Что случилось в лагере на Хэллоуин

ГЛАВА 2: ОСВОЕНИЕ ТЕРРИТОРИИ

Утро встретило гостей ярким осенним солнцем, пробивающимся сквозь панорамные окна домика и заливающим гостиную теплым золотистым светом. Оливия проснулась первой, как обычно – ее внутренние часы всегда срабатывали ровно в семь утра, независимо от того, в какой точке мира она находилась. Девушка потянулась, выбралась из пустой постели, где спала вместе с Самантой, и направилась на кухню.

Включив телевизор с каким-то утренним шоу, которое она никогда не стала бы смотреть в повседневной жизни, девушка занялась приготовлением кофе в настоящей качественной кофемашине – той самой, которую в США не встретишь даже в хорошем отеле. Это был приятный бонус.

Взяв кружку, Оливия подошла к огромному панорамному окну на задний дворик и замерла, любуясь видом. Утренний лес выглядел совершенно иначе, чем вчера вечером. Деревья в золотисто-красных тонах переливались на солнце, осенние листья мягко покачивались на ветру, а вдалеке, между стволов сосен, виднелись другие домики глэмпинга, их зеркальные фасады отражали небо и лес, создавая почти сюрреалистическую картину.

От бассейна с подогревом поднимался пар, создавая легкую дымку в прохладном осеннем воздухе. Ей захотелось немедленно пойти и поплавать, но она решила дождаться остальных.

– Доброе утро, ранняя пташка, – раздался сонный голос Саманты со спины.

Оливия обернулась и увидела подругу, заходящую со стороны главного входа. Та была уже одетая, в черных джинсах и уютном сером свитере, волосы аккуратно собраны в высокий хвост. В руках, как всегда, ноутбук, а в другой – высокий стакан кофе.

– Доброе, – улыбнулась Оливия. – Ты уже работаешь?

– Проверяю почту, – пожала плечами Саманта, устраиваясь на барном стуле. – Куратор выставки прислал правки. Опять. Чтобы хоть как-то раздуплиться ходила за кофе в местный ресторан, не получилось разобраться с кофемашиной.

Оливия взглянула на свою кружку, потом на Саманту.

– Для тебя элементарно, – буркнула Саманта, по-своему истолковав взгляд подруги. – А я предпочитаю, когда кто-то другой возится с этими кнопками.

– Ты же в Европе выросла! Там кофемашины на каждом шагу!

– Именно поэтому я знаю, что проще купить готовый кофе, чем самой возиться, – невозмутимо ответила Саманта, открывая ноутбук.

– Сэм, мы же на отдыхе, – укоризненно произнесла Оливия.

– Отдых – понятие относительное, – не отрываясь от экрана, ответила та.

Вскоре к ним присоединились парни. Чед, как всегда бодрый и энергичный после утренней пробежки, сразу направился к холодильнику, где обнаружил приветственный набор от глэмпинга: свежий сок, йогурты, круассаны и фрукты.

– Ребята, здесь завтрак! – объявил он, начав доставать продукты и расставлять их на барной стойке. – И, кстати, вид офигенный. Я правильно предложил это место?

– Да-да, ты молодец, – рассеянно ответил Алек, изучающий брошюру глэмпинга, которую взял вчера на стойке регистрации. – Здесь написано, что территория занимает двадцать акров, из которых десять – это современная часть, а остальное... – он нахмурился, перечитывая строчку, – ...исторический участок бывшего детского лагеря, закрытого в 1992 году. Рекомендуется держаться основной территории.

– Закрыт в 92-м? – переспросила Оливия, подсаживаясь к столу с кружкой кофе. – А что случилось?

– Не указано, – Алек перевернул страницу, пробегая глазами по тексту. – Просто написано, что лагерь прекратил работу по техническим причинам. Здания находятся в аварийном состоянии и представляют опасность для посетителей.

– Технические причины, – протянула Оливия, и в ее карих глазах загорелся тот самый огонек любопытства, который друзья знали слишком хорошо. – Знаете, что обычно скрывается за формулировкой "технические причины"?

– Оливия, не начинай, – предупредила Саманта, даже не поднимая глаз от ноутбука.

– Я просто говорю, что это подозрительно, – пожала плечами блондинка, откусывая круассан. – Лагерь работал, судя по фотографиям на стенах в холле, с пятидесятых годов. Сорок лет! А потом вдруг – бац, и закрылся. Не продали, не перепрофилировали, а именно закрыли и бросили.

– Может, просто обанкротился, – предположил Чед, наливая себе апельсиновый сок. – Девяностые – тяжелое время было. Многие места тогда позакрывались.

– Или произошел несчастный случай, – добавил Алек. – Если погиб ребенок или случился пожар, лагерь могли закрыть по решению властей.

Оливия оживленно кивнула.

– Вот именно! И это объяснило бы, почему его до сих пор не снесли. Может, там судебные разбирательства тянулись, или собственность оспаривалась...

– Или просто снос дорого стоит, – прервала ее Саманта. – И владельцы глэмпинга решили сэкономить, оградив территорию забором.

Они позавтракали, обсуждая планы на день. Алек предложил изучить все треккинговые маршруты в окрестностях – в брошюре было несколько живописных троп через лес к озеру. Саманта хотела остаться поработать – дедлайн выставки приближался. Чед мечтал найти хорошее место для фотосессии в осеннем лесу, чтобы обновить профиль. А Оливия... Оливия хотела исследовать заброшенную часть лагеря.

– Нет, – категорично отрезал Алек, даже не дав ей договорить.

– Я еще ничего не сказала!

– Ты собиралась предложить пойти туда, куда нам вчера запретили ходить, – спокойно ответил он, откладывая брошюру. – Я тебя знаю, Оли. Ответ – нет.

– Я не предлагала туда идти, – возразила Оливия с видом оскорбленной невинности. – Я просто хотела посмотреть издалека. Мы же можем пройтись по территории глэмпинга? Это не запрещено. К тому же, я видела у них на сайте, что здесь будут проводить ярмарку. Хотелось бы, знаете ли, попить тыквенный латте, купить пару свечек, карамельное яблоко…

— Жареные каштаны тоже пришлись бы к месту. — поддержал ее Чед.

Саманта подняла глаза от ноутбука и посмотрела на подругу с подозрением.

– Оливия, ты же понимаешь, что «посмотреть издалека» в твоем исполнении обычно означает «подойти поближе, заглянуть внутрь и, возможно, что-нибудь там найти»?