Что-то новогоднее, или Как Вася жениться (не) хотел

ЭПИЛОГ (Александр)

В те далёкие времена зимы не всегда снежными были. Что-то изменилось в мире, будто какой новый дракон согревал жаром из пасти землю, и выпавший чудесный снег сразу таял.

Как-то вышел маленький Ваня на крыльцо и грустно посмотрел на лужи и на плачущие сосульки – не покататься на санках, не нарезать круги на коньках на скованной льдом реке!

Тут и Эвелинка вышла, младшенькая. Ловит она капельку с сосульки, а тут птица метнулась с крыши, да прямо в лицо, едва Эвелинка уклониться успела, только красная точечка на щеке осталась.

– Смотри, смотри, Ваня, меня птица поцеловала.

Ваня осмотрел младшую сестрёнку.

– Да не поцеловала, а чуть глаз не выбила. Вот гадина!

– Да нет же, поцеловала она меня, – весело заверяет Эвелинка и щёку трёт. – Пойдём погуляем.

– Да, как же гулять-то, Элька, смотри, какая слякоть.

– Слушай, а у меня мысль, – прищурила глаз Эвелинка. – А давай мы эту скучную капель в радость превратим.

– А, выдумываешь ты всё, – скептично сказал Ваня, но всё же взял её руку в рукавичке, и пошли они к высоким корабельным соснам.

Тяжело и глухо шумели сосны, роняя слёзы свои. Эвелинка поймала одну слезинку, вытянула её на руке, дохнула – и получилась – яркая стеклянная игрушка. Ещё поработала пальчиками и образовалась маленькая ёлочка с острой верхушкой. На вышедшем солнце она сверкала, подобно бриллианту!

– Ух ты! Как это у тебя получается? – спросил удивлённый Ваня.

– Да это же легко, – уверяла Эвелинка, как будто всю жизнь занималась превращением капель в игрушки.

– Гляди! – она ловко поймала жирную каплю, подбросила её в руке, огладила и та стала шаром.

– Класс! – похвалил Ваня. Они стали так забавляться, собирая новодел в шапку. – Вот бы ещё цветными их сделать, – сказал брат.

– Да запросто! – уверила сестра, протянула руку и взяла солнечную нитку, вытянув её из солнечного луча, будто из пряжи. Оплела ею игрушку, и та заблистала золотом. А потом поймала синий луч с небес и добавила. Так они ходили по лесу, делали игрушки, добавляли зелени от игл, коричневой краски от коры... А ближе к вечеру пошли выуживать алые краски заходящего солнца.

Вася и Нюра дивились детям – откуда у них столько таланта появилось. А ночью стали потихоньку падать крошечные пушинки снега. Они застывали в свете фонаря (купленного Васей и установленного у ворот), а потом, в незримом вальсе тихо оседали на землю.

К утру мороз сковал речку, а все дороги занесло снегом. Сугробы блистали на солнце золотыми, фиолетовыми красками и серебром.

В тот же вечер нарядили ёлку. Но ей оказалось тесно стоять в гостиной, и она, кряхтя, поскрипывая и важно ступая, самостоятельно зашагала в комнату. Все это сочли предновогодними чудесами Деда Мороза и так и оставили. Ну, какой Новый Год без чудес?!

Нарядили ёлку игрушками Эвелинки и Вани – не страшно им было никакое тепло!

А Дед Мороз, поздно вечером зашедший с подарками, не знал, что подарить Эвелинке. Он поклонился ей и сказал:

– А тебе, юная Владычица северной зари, дарю право повелевать зимними чудесами. И дано тебе будет это право в канун и сразу после рождения нового года.

И засияла в светлых волосах Эвелинки жемчужная, яркая звезда.

Поле ухода Деда Мороза, вся семья с шумом и хохотом высыпала на улицу. Нюрка с Васей слепили снеговика, а Ваня и Эвелинка затеяли игру в снежки. А потом свистнув в волшебную дудочку из берёзы, вызвала Эвелинка северного оленя, запрягли они его в санки и поехали кататься.

Тут и сказке конец!

КОНЕЦ

А что случилось со Снежным драконом Суртом, и как Баба-Яга стала победительницей в конкурсе «Самый вкусный пирожок» – это уже совсем другая история…