Что-то пошло не так

16. Что ты мне подаришь, лето

На следующее утро Гарри встал, преисполненный решимости мстить. Жестоко, коварно и страшно. Номером один в списке шла ушастая зараза, посмевшая спереть чужую почту. Под вторым номером проходили все приятели, которые ничуть не обеспокоились тем, что он не отвечает на письма. А вдруг с ним что-то случилось? С ним, всеобщим достоянием, надеждой и опорой магического мира, сэром Гарри Поттером! Тьфу… Третья строчка, после недолгих колебаний, была отведена директору Школы Чародейства и Волшебства, кавалеру чего-то там и председателю где-то там, Альбусу-как-его-там-Дамблдору.

Ворочаясь в постели, Гарри вспоминал события прошедшего года, пытаясь понять: наврал ему Добби, или какая-то угроза все же существовала? По всему выходило, что опасностей в школе было три. Трехголовая собака, которая была крепко привязана. Тролль, который бесславно погиб в женском туалете. И профессор Квиррелл, который уже умер. И вот в ситуации с профессором было что-то неправильное.

Мальчик вновь и вновь перебирал в памяти все мелкие детали, которые ему удалось вспомнить. Почему директор сказал, что Квиррелл вел его в Больничное крыло, хотя Гарри точно помнил, что они шли в башню Гриффиндора? Чей голос слышал Гарри возле двери, за которой сидел ужасный пес? Почему у него болела голова в присутствии Квиррелла? Почему профессор парализовал его, хотя он, Гарри, не сопротивлялся? Кто отнес его в Больничное крыло? Почему у него не было ни одного синяка, если они упали с лестницы? И наконец, почему Квиррелл не заикался, когда разговаривал с Гарри в коридоре?

Обняв подушку, Гарри поедом ел себя за то, что не догадался расспросить хотя бы мадам Помфри. Вдруг бы да узнал что-нибудь полезное… Но время было упущено. Оставалось только ждать следующего учебного года и грядущих неприятностей.

Утром, плотно позавтракав, довольные Дурсли отбыли покупать вещи для отдыха на Майорке. Гарри оставался дома один, наедине со списком дел, который оставила ему поджимающая губы тетка.

Убедившись, что Дурсли ничего не забыли и не собираются возвращаться, Гарри проскользнул в гостиную и набрал заученный наизусть еще год назад номер телефона. Трубку сняли после третьего гудка.

— Отдел по надзору за маглорожденными волшебниками, — лениво пробасил сонный мужской голос. — Младший аврор Салливан. Слушаю вас.

— Понимаете, сэр, — зачастил в трубку Гарри. — У нас возле дома крутится чокнутый домовик. Письма ворует, розы ломает, я с ним поговорить пытался, а он бред несет какой-то, а тетя мне за розы знаете как всыпала! И управы на него нет никакой, а он почту утащил, а дядя как раз важного письма ждет, и вообще, нормальные домовики не ведут себя так! А вдруг он кинется?!

— Спокойно, пацан, — разом проснулся младший аврор. — Звать тебя как? И адрес скажи, где домовика твоего ловить. Но учти, если это шуточки…

— Нет, сэр, это не шутка, сэр, — снова запричитал Гарри. — Я знаю, я в брошюре читал, что за такие шутки штраф положен! Да и что я, совсем дурак? Вы сейчас по ложному вызову поедете, а кому-то помощь будет нужна? Нет, сэр! Мы в Литтл Уингинге живем, на Тисовой улице, в четвертом доме! А зовут меня Гарри! Гарри Дурсль! А вы его правда поймаете?

— Точно так, пацан, не блажи, — заверил его аврор. — Родственники твои маглы?

— Да, сэр, — признался Гарри. — И они… не очень любят волшебство.

— Ну, насчет этого не волнуйся, никто ничего не заметит. Бригада уже отправилась. Главное, если увидишь домовика, не вздумай его руками хватать или злить. Вредные они твари, и увертливые, — проинструктировал его аврор. — Сиди тихо и ничего не бойся.

— Хорошо, сэр, спасибо вам большое! — возликовал в трубку мальчик, шваркнул ее на рычаги и, насвистывая, отправился поливать розы. Месть номер один была запущена.

Докрасив садовую скамейку, он решил сделать перерыв. Солнце нещадно палило, словно пытаясь расплавить асфальт, Гарри вспотел и очень хотел пить.

Умывшись прохладной водой, он соорудил себе трехэтажный бутерброд, налил лимонада в высокий стакан, уютно устроился в тени живой изгороди и задумался. Прошло полдня, а никаких известий от Отдела по надзору не поступало. С другой стороны, с чего он решил, что Добби постоянно крутится возле дома Дурслей? Дел у него больше никаких нет, что ли? Наверняка появляется раз в день… хотя совы! Совы по расписанию не летают! Значит, Добби должен был присматривать за домом круглосуточно, чтобы не упустить ни одного письма. Интересно, как к этому относится его хозяин? Домовые эльфы, вообще-то, очень занятые создания, и если один из них начал манкировать своими обязанностями… Гарри представил себе Добби, прищемляющего уши печной дверцей, и блаженно прижмурился.

Внезапно ему на макушку шлепнулось что-то шуршащее. Гарри заполошно подскочил, опрокинув стакан с лимонадом, подобрал с травы свернутый в трубочку пергамент и недоуменным взглядом проводил быстро удаляющуюся сову. Это еще что за фокусы?

Развязав шнурок, он с удивлением уставился на криво нацарапанные строки. Почерк, без сомнения, принадлежал Драко.

«Гарри! Папа бы никогда! А я тем более! Маме оно вообще не надо! Ей бы за нами уследить! *клякса*. Ты не думай, это недоразумение какое-то! *след от сломавшегося пера*

Я попрошусь с отцом! А ты надень мантию, а то явишься, как магл какой-то! *большая жирная клякса*

Он, наверное, правда с ума сошел. Ну все, я побежал одеваться *синий след от испачканного в чернилах пальца*».

Гарри покрутил письмо, перечитал еще раз, посмотрел на обратной стороне пергамента. Никаких подсказок. Вот что это сейчас было? При чем тут мама Драко, которую Гарри в глаза не видел, и кто сошел с ума?

За калиткой кто-то деликатно кашлянул.

— Мистер Поттер?

— Да, мэм, — подтвердил Гарри, впуская во двор элегантно одетую даму с седыми чуть подвитыми волосами. Из ридикюля пожилой леди торчал кончик волшебной палочки.

— Меня зовут Аманда Доусон, я старший инспектор Отдела по надзору за маглорожденными волшебниками. Это вы сегодня звонили в Министерство с просьбой избавить вас от неизвестного домовика?