Что-то пошло не так

35. О чем ты думаешь, мой друг, вздыхая тихо и печально

В том, что взрослые способны устроить трагедию из ничего, Гарри убедился уже давно. И сегодня этот прискорбный факт снова подтвердился. Казалось бы, Блэка оправдали, умирать он тоже передумал, у тетки его, Гарри, никто не отберет. Радоваться надо, а у них такие лица, словно им флоббер-червя в овсянку кинули. Тетя Петунья косится так, будто жалеет, что не нашла в себе сил впихнуть Гарри в объятия Блэка с криком: «Заберите от меня этого паршивца!». Декан и профессор Снейп мрачно переглядываются и тяжело вздыхают. Крестный стоит как статуя посреди зала, а на нем повисла миссис Малфой и рыдает, словно задалась целью утопить его в слезах. А вокруг бегает, шумит, галдит, топает и шепчется толпа почтенных магов.

Обстановка с каждой минутой тяготила все сильнее, так что потащившему всех на выход профессору Шеклболту Гарри был безмерно благодарен. Профессор МакГонагалл уходить явно не хотела, но Шеклболт подхватил обеих дам под руки, коротко бросил Снейпу:

— Пацана не потеряй, — и уверенно двинулся к небольшой двери в углу зала.

Профессор Снейп мученически закатил глаза, крепко взял Гарри за плечо и вытолкнул в узкий, довольно-таки грязный коридор.

— Это служебный ход для авроров, — пояснил Кингсли недоуменно озирающейся миссис Дурсль. — Ну там, привести, вывести, поднести…

— Вытащить, выбросить, — в тон ему продолжил профессор Снейп. — Мы будем тут стоять и слушать байки о героических аврорских буднях, или все-таки пойдем дальше? Мистер Поттер, вы можете постоять спокойно хотя бы минуту?!

— Прошу прощения, профессор, — потупился Гарри. — Но я тут вспомнил кое-что. Точнее, забыл…

Услышав про зеркало, профессор Снейп выдернул ошеломленную таким напором тетю Петунью из рук Шеклболта и потащил вперед по коридору, шипя что-то об обещании проводить ее домой, которое он намерен выполнить прямо сейчас. Профессор МакГонагалл поджала губы и наотрез отказалась идти выручать говорящий артефакт из-под лавки. Кингсли Шеклболт тяжело вздохнул, покосился на МакГонагалл, на удаляющегося Снейпа, потом почему-то на потолок и выскользнул обратно в зал.

Вернулся он минут через десять в компании директора Дамблдора.

— А вот и Гарри! — искренне обрадовался директор. — Тебе понравилось заседание Визенгамота? Не каждый мальчик в твоем возрасте может похвастаться тем, что его допустили на такое важное мероприятие!

МакГонагалл ощутимо передернуло. Кингсли снова покосился на потолок и вздохнул. Поттер, уже начавший уставать от всех этих вздохов, ужимок и страдальческих лиц, чуть было не ответил честно, но вовремя вспомнил, что он вежливый и воспитанный мальчик.

— Это было очень познавательно, сэр. Жаль только, в зале было несколько шумно, но я все равно рад, что смог поприсутствовать на этом событии.

— И даже поучаствовать, — по-доброму усмехнулся Дамблдор, протягивая ему открытую бонбоньерку. — Возьми конфетку, Гарри, не стесняйся.

— Благодарю вас, сэр, — проголодавшийся Гарри цапнул из директорской конфетницы самую большую лимонную дольку, но сунуть ее в рот не успел. Изображавший статую имени самого себя Шеклболт как-то очень быстро отлепился от стены, оттер Гарри от Дамблдора и двинулся к выходу. Профессор МакГонагалл повлекла за ним директора, а Гарри остался стоять столбом, неверяще глядя на пустую руку. Нет, он, конечно, читал про воров, способных украсть что угодно откуда угодно. Но чтобы аврор? Мармеладку? У ребенка?!

К моменту прибытия в Хогвартс настроение у Поттера испортилось окончательно. Его раздражало все: бубнящее в кармане зеркало, с мученическим видом беседующая с Дамблдором о погоде МакГонагалл, пылающий жадным любопытством взгляд Рона Уизли, нетерпеливое ерзанье по скамье Драко Малфоя, заикание Невилла и доносящееся от учительского стола бормотание Хагрида:

— Да он маленький совсем, вот такусенький! Рази ж он может кого обидеть!

Сжевав котлету и спрятав в карман завернутый в салфетку сэндвич, Гарри пулей вылетел в коридор, провожаемый воплями: «Эй, друг, ты куда?»

Конечно, это было глупо. Гарри и сам понимал, что не сможет отсиживаться в заброшенных классах все оставшееся до окончания учебного года время. Но хоть немножко покоя он мог себе позволить? Без дурацких вопросов и необходимости снова и снова пересказывать проклятое заседание? Хотя бы час или…

— Ай! — беспорядочные мысли улетучились из головы, выбитые оттуда сразу двумя ударами. И если затылок пострадал от столкновения с почтовой совой, неудачно вошедшей в поворот, то лбом Гарри ухитрился протаранить профессора Снейпа. И, судя по мученическому взгляду профессора, чугунный лоб Поттера снова ушиб ему что-то жизненно важное.

— Десять… баллов… с Гриффиндора, — просипел Снейп, аккуратно прислоняясь к стене.

— Простите, сэр, я нечаянно, — заалел ушами Гарри.

Сова прошла на второй заход, заложила слишком крутой вираж и врезалась в стоящие в нише доспехи.

— Простите, сэр! — выкрикнул Поттер и бросился к бестолково ворочающейся на полу птице.

— А сейчас за что? — с умеренным интересом осведомился профессор, осторожно отлепляясь от стены.

— На всякий случай, сэр!

Снейп смерил его фирменным взглядом, предназначенным для полных болванов, и медленным шагом покинул поле боя. Гарри отвязал от совиной лапки большой пергаментный свиток и сломал коричневую сургучную печать с большой буквой «М».

«Уважаемый мистер Поттер… поскольку вы являетесь… были, участвовали… постановление о смене опекуна… новыми равноправными опекунами назначаются миссис Петуния Дурсль, в девичестве Эванс, и мистер Сириус Орион Блэк… принадлежащая вам копия постановления…»

— Постановление где, дура министерская? — от души рявкнул Гарри на сову. — Потеряла?

«…может быть получена вами в Министерстве Магии лично, или выслана вам совиной почтой по письменному запросу. Поскольку вы являетесь несовершеннолетним волшебником, форма запроса должна быть засвидетельствована представителем Министерства Магии в присутствии директора школы, заместителя директора по учебной части, декана вашего факультета и вашего опекуна и предоставлена в секретариат лицом, присутствовавшим при подписании формы запроса».