Что-то с ней не то

Глава 16

Для четверых женихов нужны четыре невесты

– Странно, – с лёгкой издёвкой ответствовал Босху низковатый бархатистый голос гостьи. – Ты уверял, что многое отдашь, лишь бы я переступила порог твоего дома.

– Уверял, – с той же издёвкой подтвердил Босх своим сногсшибательным баритоном. – Для мага у тебя слишком короткая память. Это было четыреста лет назад. С тех пор ты показала себя редкой сукой. Если бы не законы равновесия, ты бы давно сдохла. И не обязательно от моей руки.

Всё-таки не богиня – благотворно подействовала новая информация на переполненную головушку Инги. Уже легче.

А вот интересно: красивые голоса магов – это побочный эффект? Или они себе их нарочно наколдовывают в качестве дополнительного инструмента воздействия на умы? Прямо гримёрка оперного театра – мысленно съязвила Инга, надеясь, что дурацкая засада её вознаградит. Если не тайной, хотя бы качественным представлением.

Судя по увертюре, опера будет любовно-торгашеская. Судя по участию в ней магов – мистически-интриганская. А если приплести сюда ингири в подполье, то в какой-то момент всё может закончиться корридой. Если, конечно, она наберётся терпения и не чихнёт. Хотя пыли в новом с иголочки шкафу не оказалось.

Видимо, обширное – и наверняка богатое – платье прошуршало по полу. Скрипнуло кресло, и гостья язвительно заметила:

– Ты как всегда галантен. Даже задницу от кушетки не оторвал. Вижу, пьёшь в одиночестве? Сразу из двух стаканов? Хотя…, – звякнуло металлом по дереву.

– Тебя удивляет, что я приготовил для тебя чистый стакан? Нужно было туда плюнуть?

– Хамство в награду за то, что я всё-таки переступила порог твоего дома, – деланно укорила хозяина Уйтола.

– Переступила и переступила, – насмешливо прокомментировал Босх на фоне бульканья. – Случись это, когда звали, я бы перед тобой весь извертелся. Тогда да: у меня зудело. Больше ты меня не интересуешь. Знаешь ведь: я умею забывать не только победы. То, что мне не перепало, я забываю с тем же успехом.

– Жизнь не стоит на месте? – уточняюще проворковала магинька.

– Она щедро подкидывает мне женщин на любой вкус, – без малейшего злорадства констатировал Босх. – К тому же сговорчивых. Променять их на одну возомнившую о себе пустышку? Да ещё не первой свежести? Фу.

– О, не старайся меня…

– Так, что тебе надо, Уйтола? Сразу договоримся: историю о том, как ты вознамерилась мне помочь, оставь при себе. Ты не получишь моих ингири. Даже в награду за то, что повеселила меня, когда матриарх устроила тебе взбучку. Жаль, что не прикончила.

– Какая мелочная месть за мой отказ, – упорно продолжала дама эксплуатировать тему мужской несостоятельности.

– Уйтола даже не старайся? – весело прокомментировал Босх. – Меня устраивает, что не вышло заполучить такой подарок, как ты. Не будь смешной. Если у меня один раз вскочило на тебя, то тут же и выскочило. Я восхищаюсь мешаниной твоей тупости и самомнения. Только эти непобедимые качества привели тебя сюда. Что, рискнула поторговаться? А на кон поставить дочь Шин-хада? Это ведь ты её украла?

– Конечно, я, – горделиво поддакнула магинька.

Инга тотчас согласилась с Босхом: тупость и самомнение. Непобедимые качества у некоторых особо одарённых. И наверняка во всех уголках вселенной.

Надо же, как интересно: оказывается, мнимая дочурка Шин-хада уже не торчит под опекой воспитателей в ожидании приданого. Деву похитили – хоть эта сюжетная линия развивается по законам жанра. А то все остальные просто умора.

Было у короля четыре дочки: три стервы и монстр. Убойная затравка для мелодрамы. После неё что-то там блеять о турнире соискателей их руки беспощадно смешно. Тех соискателей придётся отлавливать по всем хададам. И тащить на турнир в цепях.

– Вперёд: шантажируй, – между тем, пригласил даму Босх проявить себя в лучшем свете.

– Твоя бесшабашная удаль неубедительна, – пренебрежительно оценила гостья.

– А кто тебя убеждает? Ты, как всегда выдаёшь желаемое за действительное. И это замечательно. Ничто так не радует, как неизменная слабость врага, – удовлетворённо констатировал Босх на фоне очередного сладостного бульканья из горлышка бутыли.

Фу – шикнула сама на себя Инга. Что за бред? Сладостного! Ещё немного, и она заговорит скверными стишатами. Которые полезут из неё под прессом бесконечного похмелья. Всё, с этой минуты больше не капли. Ингири-алкоголичка стопроцентно будет иметь конфликт с остальными ингири-истеричками.

– Так, кого ты вознамерилась шантажировать? – по-деловому суховато осведомился Босх.

– А ты угадай, – кокетливо предложила гостья.

– Варианта всего два, – принялся нудить Босх по-прежнему суховато. – Шин-хад, конечно, забеспокоится и клюнет. Но взять с него нечего. Он не повелевает ингири. Сам вечно трясётся, что какая-нибудь сволочь вроде тебя испортит ему такой замечательный договор. А со мной можешь даже не затеваться. Первое, что я сделаю: отправлю нашим старикам инфу о том, что моя лояльность под вопросом. Уговор нарушен: меня шантажируют. Потом я уничтожу ингири. После чего слеплю что-нибудь новенькое. А новый подарочек может переплюнуть старый.