Что-то с ней не то

Глава 25

Тебе не кажется, что нас используют втёмную?

Они приземлились на высоком почти лысом холме. Андея сползла на землю и замерла, оглядывая окрестности. Инга же решила, что настала пора для небольшого теста. Не то, чтобы она была заядлым испытателем-контролёром, или вообще параноиком. Даже смешно!

Не смешно то, что предстояло впереди. И нет в запасе лет, за которые они с сестрой смогли бы сожрать пуд соли. Мама когда-то сказала: тебе никогда не поверить тому, кто не верит тебе – это работает и наоборот. Её-то первой реакцией на «предательство» сестры не была обида или возмущение. Нет, этот выверт спровоцировал работу мозгов – и только. Поиск причины такого шага. Значит, она верит Андее – странно, но факт. А сестра ей? Доверяет ли?

Ингири взмахнула крыльями и оторвалась от земли – Андея повернула голову. Не бросилась к улетающей ингири, не закричала. Молча провожала её глазами, не сделав и шага.

Выходка, конечно, зверская. Только и жить хочет зверски. Поэтому Инга дожала себя, через силу улетая всё дальше и дальше. Ещё на подлёте к холму, приметила почти рядом с ним деревеньку. Вот и направилась туда, на ходу сочинив причину. Опустилась на бахче – подальше от крайних домов. Уменьшилась и огляделась: здоровенные шары с тёмно-коричневой глянцевой кожурой и стелющейся по земле листвой. Местные арбузы с жёлтой сахарной мякотью – как раз самый сезон.

Воровать, конечно, нехорошо. Но с одного не обеднеют – решила она, отодрав средненького размера шар. Впилась когтями в скользкую кожуру и поспешила слинять. Если свидетели и были, кто ж им поверит, будто кровожадные ингири, рвущие на части отродья Эттахра, будут тырить по ночам с грядок.

Андея уже не стояла на вершине холма. Она сидела на камне и пялилась в небо. Инга приземлилась рядом и аккуратно уложила к ногам размечтавшейся сестры арбуз. Обернулась и невинным голоском осведомилась:

– Ты случайно нож не прихватила?

– Он со мной случайно круглые сутки, – хмыкнула Андея, расстёгивая дублет.

– А чего так плохо прячешь? – хмыкнула в ответ Инга. – Ты его лучше в штаны засунь. Ещё проще доставать.

– А вина почему не прихватила? – капризно скуксилась эта зараза.

И ни слова, ни вздоха о выходке ингири. Догадалась, что ей устроили проверку на вшивость? Скорей всего. Во всяком случае, спрашивать нельзя – это чувствовалось на уровне инстинктов. Раз Андея сделала вид, что забыла о произошедшем, Инге тоже не трудно притвориться, будто ничего не случилось.

– Народ пугать?! – дурашливо вознегодовала она. – Это ж не огороды разорять. Для вина нужно в дом залезть. Ночью. В истинном облике.

– Не нужно накалять. Лучше давай слетаем за вином, – решительно потребовала Андея. – Рядом с деревней, которую ты обокрала, постоялый двор. Там и ночью не спят. Быстренько сгоняем, возьмём вина и закусить. Я с обеда не ела.

– С этой штукой полетим? – кивнула Инга на арбуз, прежде чем обернуться.

– Вот дурища! – проворчала старшая сестра и полезла на борт.

Постоялый двор был – и как его прежде не разглядела? Он ярко светился и шумел всеми распахнутыми окнами. Гульба на всю катушку, и дым коромыслом. То, что к ним мигом прицепятся, даже не обсуждалось.

Андея предпочла не стаскивать наглухо завязанный башлык. А для Инги она припасла тёмный платок. Лично повязала его на манер никаба с узким отверстием для глаз – лица ночных гулён светить не стоило. Впрочем, как раз лица-то для потенциальных ценителей женских прелестей представляли наименьший интерес.

Ценители встретили их прямо во дворе. Несколько мужиков – в кожаных штанах военных и замызганных рубахах навыпуск – выясняли отношения. Верней, этим занимались двое – остальные болельщики. Пьяный ор сопровождал какой-то вялый поединок двух нетвёрдо стоящих на ногах Гераклов. Те неубедительно звякали мечами явно для галочки – главным действием в этом шалмане была возможность выпустить пар на свежем ночном ветерке.

– Девки! – радостно провозгласил самый глазастый или заскучавший болельщик.

– Хозяина сюда! – звонко выкрикнула Андея, остановившись прямо в распахнутых воротах.

Проникать глубже на вражескую территорию смысла не имело: сами всё притащат. Пока противник вне зоны досягаемости, всё кончится его испугом при виде ингири – если Инге придётся показать, кто тут кто. И молниеносным исполнением требований таинственных налётчиц. Стоит же допустить врага до тела, и неизвестно, как отреагирует взбешённая насилием ингири.

Пока Инге удавалось контролировать знаменитую ярость летучих обезьян. Но это абсолютно не гарантирует, что она удержит зверя в следующий раз. Сможет перебороть её прежде, чем поотрывает тут всем головы. Зачем поганить веками творимую репутацию ингири? Они людей не убивают – аксиома этого мира. Людям дай единственный случай, они мигом дорисуют остальные и выведут плачевную статистику. Тогда папа Шин-хад сам дочуркам головёнки пооткручивает.

– Чего сказала?! – осведомился кто-то из обернувшихся мужиков.

Пара самых сообразительных двинули, было, встречать так удачно заглянувших на огонёк девок. Инга была не прочь покрасоваться, когда оно к месту. И не влечёт трагических последствий. Жаль случай не тот. Она быстро шагнула в сторону от сестры и обернулась. Подросла и распахнула крылья.