Что в себе хранят ключи с узором

Глава 9 Пустота

Открытие последнего портала казалось невозможным. Севил, сжимая ключ, ощущал нарастающее напряжение. Внешне спокоен, внутри он боролся со штормом предчувствий. Но портал открылся без усилий, приглашая их в пустоту.

Бесконечная, ослепительно-белая пустота. Ничего, кроме однообразного белого пространства. Абсолютная тишина давила на уши, словно физическое присутствие страха. Воздух был густым, тяжёлым, пропитанным чем-то невыразимо холодным.

— Что… это…? — прошептал Севил, голос хриплый от ужаса, который, казалось, всё глубже проникал в кости. — Неужели… это и есть мир? Пустота… абсолютная пустота…

— Не может быть… — прошептала Софи, её голос дрожал, а тело пронизывал ледяной озноб. — Почему он пустой? Где жизнь? Где хоть что-то… кроме этой… удушающей белизны? Это… невыносимо…

— У меня есть объяснение, — сказал Итан, его голос звучал не уверенно, а скорее как признак ужасающего предчувствия. — Мы не знаем, где пятый ключ. Возможно, этот ключ… не ключ к миру, а ключ к чему-то большему, к чему-то… ужасающему. Что-то злое заполучило его, испортило этот мир и, вероятно, использует его обитателей… эти капли воды… как оружие против Огоньков. Вода тушит огонь… это слишком очевидно, слишком… ужасающе логично.

— Неужели… мы опоздали…? — пробормотал Севил, лицо бледное, губы побелели. Тяжесть ситуации давила на него с неимоверной силой, словно бесконечная белизна этого мира.

Внезапно, из бездны тишины вырвался детский плач — тоненький, пронзительный, как звук разбитого стекла. Следуя за ним, они услышали едва различимый шепот: «Тише… пожалуйста… тише…»

В углу, сжавшись в крошечный комок, дрожали десять капелек воды. Невероятно маленькие, прозрачные, словно осколки льда, но в каждой – глубочайшая, пронзительная печаль. Одна, крупнее других, сжимала в своих невидимых объятиях ещё меньшую каплю — её ребёнка.

— Пожалуйста… — прошептала капелька-мать, голос тише шепота, едва слышен, потерянный в бесконечной тишине. — Не трогайте моего малыша… Заберите меня… убейте… но… не трогайте… его…

— Тише, тише… — мягко сказала Софи, приближаясь к ним медленно, осторожно, словно боясь спугнуть этих хрупких существ. — Мы… мы… хорошие… мы Хранители.

— Что…? — прошептала капелька, в её голосе – недоверие и глубочайший страх, который отражался в каждой дрожащей капле. — Раньше… был только один Хранитель…

— Да, — ответила Софи, голос её звучал тихо, успокаивающе. — Я – Хранитель, а это мои друзья. Мы пришли помочь. В мире Огоньков война… и нам нужны… бойцы.

— Извините… — прошептала мать, её голос, слабый, исчезал, словно растворяясь в белизне. — Мы… ничем… не можем… помочь… Здесь… были… ужасные существа… Они… уничтожили… наш мир… Мы… чудом… выжили… И… вода… тушит огонь… Мы… бесполезны…

— Мы постараемся всё исправить и вернуть вам мир, — сказала Софи, её голос звучал решительно, давая капелькам надежду. — А пока… нам пора вернуться.

— Желаю… удачи… — прошептала капелька-мать, и её голос исчез совсем, растворившись в безграничной, холодной белизне пустоты.

Возвращение в их собственный мир было похоже на возвращение из могилы. Холод пустоты, пропитавший их до костей, не исчезал. Он обволакивал их, словно липкий туман, напоминая о хрупкости их мира и о ужасающей мощи того, что они только что увидели. Тишина их комнаты казалась неестественной после оглушающей тишины пустоты, и обыденные звуки – скрип половиц, шелест листьев за окном – вызывали недоверие, словно это был сон, из которого они вот-вот проснутся в бесконечной, удушающей белизне.

Севил, обычно такой энергичный и уверенный в себе, сидел, сломленный, словно выжатый лимон. Ключ с изображением воды, некогда символ надежды, теперь лежал на столе, бледный и холодный, как призрак прошлых надежд. Его пальцы дрожали.

— Это существо… — прошептал Итан, голос дрожал от ужаса, — оно невероятно сильно… Оно уничтожило целый мир… превратило его… в это… в ничто…

— И всё… из-за одного ключа… — сказала Софи, её голос был спокоен, но в нём звучала горькая истина. — Ключ… владеет силой… несравнимо более великой… чем просто открытие миров…

— Мы… разберёмся с этим позже, — сказал Итан, его голос стал твёрже, полный решимости, — Сейчас… надо действовать! Иначе… они сотрут и наш мир… Этот ужас… не должен распространяться… Мы остановим его… любой ценой! Даже если цена… будет невыносимо высокой