Что же будет дальше?

Глава 1

У нее красивое имя – Лилит. Так назвала ее мама, которую она почти не помнит. Мама Лилит была легкомысленной барышней, связавшейся однажды с мужчиной армянского происхождения на двадцать лет старше - так рассказывала бабушка. Воспоминания Лилит о маме обрываются где-то в четырехлетнем возрасте, и то благодаря старым фотографиям и видео из семейного архива. Своего отца она не видела никогда. Считается, что он слился, едва узнал о беременности своей временной подруги. Мамы Лилит, самой обычной девушки славянской внешности русского происхождения, не стало очень рано, поэтому ее воспитывали бабушка и дедушка. Марина Дмитриевна и Николай Филиппович растили Лилит в строгости и в любви, стараясь дать все, что могли.

От мамы Лилит достался чуть длинноватый нос с горбинкой, зеленые глаза, худощавая фигура и необычное для средней полосы России имя. А от папы, судя по всему, повышенная растительность, черные как ночь густые волосы и красивые темные брови. Впрочем, с первым помогла справиться лазерная эпиляция, как только на это появились средства.

Прямо сейчас Лилит сидела попой на асфальте, оперевшись спиной на красивое мостовое ограждение и сложив ноги по-турецки. Она не планировала ничего ужасного, просто в середине пути почувствовала слабость в ногах и непреодолимое желание разреветься. Собственно, этим она и занялась. Благо на часах было три утра, поэтому город еще спал. А июньское солнце тем временем уже выглянуло из-за горизонта и вовсю раскидывало жизнерадостные лучи по поверхностям.

Слезы текли рекой, попадая в рот и капая на платье. Их было так много, что они ни в какую не хотели заканчиваться, Лилит не нужно было смотреться в зеркало, чтобы знать, как распухли ее глаза и что мимическая морщинка между бровей стала глубже. «Все же нужно делать ботокс», - подумала она между делом.

- Я даже не знаю, о чем хочу спросить в первую очередь, - раздался рядом приятный мужской голос.

Лилит покосилась влево и увидела черно-белые кеды Vans огромного размера. Спустя секунду, их обладатель уселся рядом, вытянув ноги перед собой. Это был симпатичный парень, даже почти мужчина, с крепкими бицепсами, обтянутыми черной футболкой поло. Лилит шмыгнула носом и произнесла:

- Спрашивай.

- Что это за копыта?

Лилит застыла, даже слезы прекратили свой поток. Она улыбнулась.

- Ты, кажется, на стиле. Неужели никогда не слышал про таби?

- Какая-то японская обувь?

- Маржела вдохновлялся именно ею - да.

- Ты, стало быть, по люксу?

- Не особо. Но я неравнодушна к красивой обуви… и сумкам, - Лилит распутала ноги и вытянула их так же, как незнакомец.

- Уверена, что они, - он указал пальцами на ее балетки, черные с раздвоенным носком, действительно, напоминающие копытца, - про красоту? По-моему, ты похожа на корову, - незнакомец прищурил глаза с нависшим веком, отчего они стали совсем узкие, и дерзко улыбнулся. Лилит засмеялась. Он говорил так беззлобно, что обижаться совершенно не хотелось.

- Зато я модная корова.

- Точно, ты модная телочка, - перефразировал он и тоже засмеялся.

Они молчали минут пять, слушая заливистое пение птиц, пока незнакомец не задал то, что интересовало его в первую очередь.

- Расскажешь, чего ревела?

- Не знаю.

- Если без повода, то это хорошо.

- Почему?

- Очищает душу, - пожал он плечами.

- А если повод есть?

- То, смотря какой.

- Что, если я точно знаю, что мне изменяет муж?

- Повод стремный, но всплакнуть по этому поводу вовсе не грех. Главное, чтобы не вошло в привычку.

- А если уже вошло?

- То с этим что-то нужно делать.

- Например?

- Например, сделать мужа бывшим. Или изменять ему в ответ.

- А если я его люблю?

- Это ничего не меняет. Почему, кстати, терпишь?

- Я с самого начала знала, что он любит другую, - Лилит говорила об этом абсолютно спокойно. Наверно, привыкла.

- Почему согласилась выйти за него?

- Любила.

- Хочешь секрет?

- Конечно, я обожаю секреты.

- Я тоже люблю девушку сводного брата.

- Стре-е-ем, - Лилит толкнула его плечом в плечо в знак поддержки, мол «друг по несчастью».

- Согласен. Давно он тебе изменяет?

- Около года.

- Откуда знаешь?

- Он не скрывал.

- Почему не разводишься?

- Нашему сыну шестнадцать. Мы его любим и не хотим травмировать, ждем… не знаю, хотя бы совершеннолетия.

- Сколько твоему сыну? – шокировано уставился на нее незнакомец.

- Шестнадцать.

- Ты что родила в четырнадцать?

Лилит рассмеялась, его лесть была словно пластырь на рану.