… Чтобы принять мою любовь

Глава 16

Утро 14 февраля в доме Казбековых выдалось анекдотичным. Все бегали туда-сюда: одни готовились ехать в город, за невестой Руслана, другие готовили невесту - Лейлу. Позже, обе пары пересекутся в общем банкетном зале, а сейчас: Лейла и Малика сидели неподвижно, позволяя визажистам наложить последние штрихи макияжа. Мали держала подругу крепко за руку, стараясь передать ей таким образом больше уверенности. Сжимая пальцы, улыбнулась, обнажая ровный ряд зубов, всем своим видом излучая радость. Лейла улыбнулась в ответ. Ощущение праздника накрыло их в тот момент, когда к салону красоты подъехал Руслан, чтобы забрать Малику и поехать за Кариной. Лейле требовалось чуть больше времени на подготовку, затем ее заберет Ислам и отвезет домой. Она оденет свое свадебное платье и будет ждать Арсена. Все расписано по минутам, Малика и Зарина обо всем позаботились.
Арсен то и дело присылал ей смс-ки вроде: «Я приеду за тобой, буду громко бибикать», - она хихикнула читая, - «а ты такая, вся в белом, кружишь мне голову». Лейла ответила – «И не будет нас двоих счастливее на свете, до встречи».
***

Два десятка машин, громко сигналя и гремя музыкой в ритме лезгинки, подъехали к зданию, в котором праздновалось торжество. Впереди всей колонны стояли наряженные шарами, цветами и бантами свадебные «кареты» невест. Люди стали выходить, занимая места в первых рядах, чтобы лучше видеть молодых и сделать хорошие кадры на память. Молодежь стала танцевать, парни приглашали девушек, создали небольшой круг.
Руслан потянулся одной рукой к ручке двери, другой на доли секунды коснулся лица любимой, а затем запечатлел на ее щеке легкий, как взмах крыла бабочки поцелуй. В тоже время в другой машине, Арсен сплел пальцы рук с Лейлой, притянул к своим губам и поцеловал тыльную сторону ладони. Они вышли и сразу оказались окружены живым коридором из людей. Танцующие не отставали, стараясь подзадорить зевак, дразня наблюдающих. Малика шла следом, следя за подолами платьев невест, иногда приходилось подходить ближе и расправлять их. Такой веселой и дружной колонной люди пошли к дверям банкетного зала. Там, на пороге их поджидала Зарина и еще несколько женщин.
Зарина дала каждому молодожену по ложке меда и пожелала долгой, и счастливой жизни. Затем, стараясь скрыть слезы радости отошла в сторону. К ней подошла Малика и обняла, подбадривая, встряхивая за плечи. Схватив цветок из букета, украшавший стол, девушка протянула его матери и свекрови в одном лице и пригласила на танец. Взяв женщину под руку, она вышла в круг, пока молодые усаживались за нарядный стол. Подняв высоко руки, держа спину ровно, вздернув упрямый подбородок, вела она танец, а Зарина старалась не отставать, хоть и не умела особо танцевать. Народ расступился, создавая широкий круг. Через несколько минут к ним присоединились новые партнеры, Зарину забрал Абдулла, а к Малике подошел Эльдар. Постепенно вступили и другие пары, и они вышли из круга.
Музыка не смолкала, иногда сменяясь спокойными мелодиями, но чаще играла лезгинка, зазывая все новых и новых танцоров. Малика еще дважды выходила в круг, один раз с Русланом, второй с Арсеном, и в конце каждого танца «женихи» дарили ей букеты цветов, в знак благодарности. Народ, видя такое отношение к девушке реагировал по разному: кто возмущался, называя это неприличным; кто-то восхищался их дружбой.
Наконец, Малика присела за стол, желая перекусить. Набрала в свою тарелку «Московского» салата, наполнила высокий стакан любимым натуральным яблочным соком. И только хотела наполнить страдающий пустотой желудок, как по правому плечу ее легонько ударило что-то легкое. Повернувшись, она увидела белую розу, подобно той, что она сама протянула ранее Зарине. «Кто посмел?» - первая мысль девушки, Мали разозлилась на то, что кто-то разоряет столы. Но тут ее взгляд встретился с черными, горящими вызовом глазами. Ислам ухмыляясь смотрел на нее, ждал ответа.
- Не откажи бедному юристу в танце, - он понюхал розу, и снова протянул ей.
- Вообще-то, я ем, - возмутилась Малика, откладывая вилку.
- Так бросай это неблагодарное дело, и пойдем со мной, - он поиграл бровями, делая маневр вверх/вниз.
Она хотела отказаться, ноги и без того уставшие, сейчас протестуя неприятно заныли. Но вот в дверях она заметила знакомый силуэт. В сером деловом костюме, белоснежной рубашке, две верхние пуговицы которой были расстегнуты, черных туфлях, с двумя огромными букетами роз в руках стоял Ибрагим. Он слишком быстро привлек к себе внимание, девушки с ней сидевшие рядом за столом тут-же принялись восхищенно шептаться. Малика зачем-то разозлилась на них и встала.
- За это, ты будешь должен мне один танец, - буркнула она.
- Женщина, а для чего я по твоему к тебе подошел? Прямо сейчас отдам тебе этот долг.
- Нет, - она остановилась и посмотрела ему в глаза, - я приглашу сама, ясно?
- Окей, напарник, шагай прямо, - усмехнулся Ислам.
Малика плавно вплыла в круг, Ислам быстро перенял лидерство и их унес танец, и ритм родной лезгинки. Ибрагим не сводя с нее глаз, пробрался к столу новобрачных и со словами искренних поздравлений, вручил букеты дамам «в белом». Зарина тут же усадила его за один стол с собой, выражая радость от того, что он смог приехать. А он все смотрел на Мали, не отрываясь. Наслаждаясь одним ее видом, стараясь увидеть, случились ли какие-нибудь перемены. Малика чувствовала его взгляд на себе, и заставляла себя не смотреть даже в сторону Ибрагима.
Ислам схватил на руки пробегавшую мимо Сабину и продолжил танцевать, держа девочку, визжавшую от восторга. Спустя минуту, Мали протянула к девочке руки и та охотно перешла к ней.
Взяв у Ислама Сабину, Мали завершила танец, плавно вышла из круга и прошла к столам.
- Садись моя обезьянка, кушать будешь?
Посадила девочку на стул и сама села рядом.
- Я хочу конфетку, - надула губки Сабина.
- Конфетка хочет конфетку, так-так-так, а какую ты хочешь конфетку? – сделав задумчивое лицо, поинтересовалась Малика.
- Во-о-он ту, - Сабина указала на желаемую, - хочу эту.
Мали положила перед ребенком то, чего она так хотела, и тут же выложила свои условия:
- Ты ее получишь, если хорошо поешь сейчас, а иначе, я ее просто выкину.
- Но, я не хочу есть, - возмущалась девочка.
- Еще как хочешь, и не спорь со мной.
Малика стала кормить Сабину, им принесли горячие блюда, и окружающие стали невольными свидетелями, как эти двое спорят, меняют дважды в минуту условия «договора» и едят. Все это время ее обжигал взгляд Ибрагима, но девушка дала себе слово – не обращать на него никакого внимания. Ей было чем заняться, новые гости, еда на столах, она крутилась везде и успевала повсюду. Ноги устали так, что пришлось незаметно сменить высокие туфли на мягкие лодочки, с плоской подошвой. От этого ее нежно розовое платье еще больше обвивало ноги и волоклось по полу, скрывая небольшой секрет Малики.
Периодически, кто-нибудь выходил на сцену и произносил тост. Учитывая, что на этой свадьбе не было никакого алкоголя, гости брали с собой стаканы с соками и после длинных речей/пожеланий, поднимали «бокалы». Казалось, к вечеру в банкетном зале присутствовали все жители города, музыка становилась громче, танцующих пар больше. Несколько раз в зал вызывали молодых, кто-то из самых смелых и юморных даже крикнул «Горько», отчего весь зал чуть не лопнул со смеху, невесты засмущались, а женихи лукаво улыбались. Микрофон взял Эльдар, и прямо с места, встав напротив столика для новобрачных, прочистив горло начал говорить.
- Сегодня, особенный день. Мой единственный племянник женится. Я ждал этого 26-ть лет, и вот наконец, мой мальчик нашел свою вторую половину. – когда он говорил, все четверо молодоженов привстали, - И сегодня, я могу жалеть лишь об одном, о том, что моя сестра, твоя мать Арсен, не дожила до этого светлого дня. Но, так же стоит отметить, что всего этого могло бы и не быть, если бы не один человек, который тоже сейчас присутствует в этом зале. – Эльдар поискал кого-то глазами, народ в зале замер, - Маликат, я хочу сказать тебе – спасибо дочка. Ты спасла моего мальчика, подарила ему вторую жизнь. И ты, - снова повернулся к Арсену, - проживи эту жизнь достойно! Рядом с тобой сильные люди, если вдруг будет нужна помощь. Рядом с тобой любимая, если станет плохо. Рядом с тобой я, сынок, и я желаю тебе только счастья, в этом и ином мире. Руслан, - обратился ко второй паре, - мальчик, который вырос на моих глазах. Ты стал мужчиной, и тоже нашел свою половину. Дорогие невесты, вы сегодня необычайно красивые, - невесты прямо зарделись от его слов, - так будьте же счастливы, всегда. Любите друг друга, цените. И пусть в вашей жизни все будет хорошо. За молодых! – поднял Эльдар свой «бокал». Затем поставил стакан на стол и спросил: - Потанцуешь со мной, дочка? – глядя прямо на Малику.
Малика энергично закивала головой, кусая больно губу изнутри, чтобы не расплакаться. Заиграл вальс, и Эльдар подойдя к ней, протянул руку. Девушка доверчиво вложила пальчики в его ладонь, другую руку устроила у него на плече. Круг расширился, освобождая для них пространство. Они молча кружились в вальсе, пока Эльдар не заговорил первым.
- Арсен очень счастлив, ты организовала отличный праздник.
- Моей заслуги в этом мало, Эльдар Рамазанович. Я лишь решила вопрос с меню и выбрала цветы для украшения зала. Остальное – работа специалистов.
- Ну ладно тебе, не прибедняйся. – он увел ее из круга и встал в сторонке так, чтобы наблюдать за новыми парами. – Думаешь я не вижу, как ты вертишься словно на батарейках? Весь день сегодня на ногах. Когда последний раз ела?
- Недавно. Мы с Сабиной перекусили.
- Это тогда, когда ты делала вид, что пробуешь все, что она ест?
- Я поела салат, - упрямо гнула она свое. Они помолчали и тут, она сказала вслух то, о чем думала в течении всего дня, - Гаджи Алиевич так и не пришел. Я думала, что убедила его, но оказалось нет. Как так можно, Эльдар Рамазанович? Ведь Арсен его единственный сын! Какие могут быть у него причины, чтобы не приехать!?
- Видимо таких причин нет, - ответил Эльдар, глядя в сторону входа, - потому что зять приехал. Пойдем-ка, встретим нашего гостя.
Держа Эльдара под руку, Малика зашага с ним ко входным дверям. Отец Арсена прищурившись оглядывался вокруг. В строгом, деловом костюме черного цвета, отлично сидевшем на нем. В туфлях, начищенных до блеска, что можно разглядеть свое отражение, безупречно белая рубашка и черный галстук. Образ дополняли дорогие часы и орлиный взгляд мужчины.
- Добро пожаловать, Гаджи Алиевич, - поздоровалась Малика.
- Здравствуй Маликат, - ответил тот, в упор глядя на нее.
- Рады тебя видеть, зять, - приврал Эльдар, протягивая руку для приветствия.
- Эта девушка не оставила мне выбора, иначе бы я был не мужчиной. Не скажу, что я безумно рад здесь присутствовать.
- Вам просто нужен был повод, и я вам его предоставила. Ну, а вы, не теряя времени, торопитесь оплевать всех вокруг своим ядом, - процедила Мали сквозь зубы, при этом лицо ее сохраняло спокойствие, ни один мускул не выдавал ее эмоций.
Эльдар незаметно сжал ее пальцы, лежавшие у него на запястье.
- Проводите меня к молодым? – спросил Гаджи, оглядываясь вокруг, не сдержавшись, нашел к чему придраться, - А почему две свадьбы сразу? Решили сэкономить?
- Нет, боялись, что они подерутся, выясняя кто первым женится, - огрызнулась Малика.
- Тетя Мелкая, тетя Мелкая, - в ее сторону бежала Сабина, с заплаканным лицом, опухшими от слез глазами, попав в желаемые объятия малышка дрожавшим голосом затараторила, - правда, что теперь я должна дядю Арсена называть папой? Что теперь он будет моим папой? Почему, тетя Мелкая? Почему?
Гаджи застыл, ожидая ответа, словно привороженный глядя на малышку. Эльдар так же стоял рядом, не зная, что делать дальше. Малика переглянулась с ними и вернула все внимание к девочке, что держала на руках.
- Конфетка, давай-ка мы с тобой поговорим, - сказала она, - вы идите, я попозже подойду.
Уведя малышку в менее шумное место, в коридор, соединяющий кухню с залом, опустила Сабину на пол и присела перед ней, согнувшись в коленях.
- Кто тебе это сказал? – голос звучал грозно и звонко, но она мягко сжимала пальчики малышки в своих ладонях, вселяя уверенность.
- Все говорят, там в зале тети так говорят. Они меня спрашивали, называю ли я дядю Арсена папой. Тетя Малика, разве я должна его называть папой? Скажи мне ты, - взмолилась девочка.
В очередной раз Малика увидела, насколько не по годам развита эта малышка. Притянув ее к себе, она произнесла тихо:
- Тебе не обязательно называть его папой. Малыш, в мире много плохих людей вроде тех, кто спрашивал у тебя эти глупости. Официально, дядя Арсен теперь считается твоим отчимом, понимаешь? – глаза девочки лишь горели любопытным огнем, - Тебя это ни к чему не обязывает. Никто не заменит твоего отца. Никто. Но Арсен, он очень хороший, и любит тебя и Имку очень сильно.
- И маму любит?
- Да, и маму.
- А мама любит его?
- Конечно.
- Значит, она забудет теперь папу?
- Нет, папу никто не забудет, мы все будем его помнить. Но нужно жить дальше, ты меня понимаешь?
- А когда я вырасту, я его не забуду?
Ее вопрос напугал Малику, ведь Сабина так мало знает об Имране, плохо помнит как он выглядел и почти не имела о нем воспоминаний.
- Я буду напоминать тебе о нем, буду рассказывать, каким он был, - и прежде чем она успела сообразить, что делает, сняла с пальца кольцо и протянула девочке, - смотри, мне его подарил твой папа. Я хочу отдать тебе это кольцо, пусть оно будет твоим путеводителем к воспоминаниям.
Сабина с восторгом и благоговением взяла дорогой подарок в руки, провела маленьким пальчикам по ободку кольца и гордо выступающему вперед бриллианту.
- А как же ты? Ведь ты наверно тоже любила папу и это память о нем?
- Мои воспоминания просыпаются глядя на тебя, а кольцо, - она сняла со своей шеи тонкую цепочку, что носила, сколько себя помнила и вдев ее сквозь кольцо, одела на шею девочки, - я хочу, чтобы оно было у тебя. Это самое дорогое, что осталось у меня от твоего папы, но теперь оно твое. И не спорь со мной. Давай вернемся в зал, мама наверное волнуется не видя тебя.
Вернувшись в зал Мали слегка подтолкнула Сабину и направила к столику, за которым сидели Арсен и Лейла. Наблюдая за всем, что творится вокруг ей вдруг показалось, что она внезапно выпала из этого праздника. Все эти люди, весело танцевавшие, поздравлявшие молодых – чужие ей. Да и сам праздник этот тоже чужой. Вот Гаджи мило беседует с родителями Лейлы, ее брат Омар танцевал с одной из кузин, Руслан пригнулся к Карине, что-то весело шепча на ушко, отчего молодая девушка зарделась румянцем и опустила голову, малышка Сабина о чем-то увлеченно рассказывала матери и Арсену.
Обняв себя, девушка стояла, прислонившись к стене, мечтая скорее сбежать отсюда. Впервые ощущая на себе тяжесть чужого счастья, ей стало трудно дышать. Развернувшись, Мали сделала было уверенных два шага намереваясь покинуть зал через черный ход, но вдруг врезалась в чью-то мощную грудь. И если бы этот некто ее не придержал, девушка наверняка бы упала. Этого было достаточно, чтобы буря эмоций выплеснулась наружу, она заплакала. Уткнувшись в грудь неизвестно кому, ведь Малика не решилась взглянуть на того, кто чуть не сбил ее с ног. Мужчина прижал ее к себе, обнимая за плечи. И она узнала его, по рукам, по парфюму, по нежности, с которой ее держали в руках. Но даже на него в ней поселилась обида, он оставил ее в самый тяжелый период жизни. В день суда, когда Мали нуждалась в нем как никогда, Ибрагима не было. Слезы текли ручьями из глаз, оставляя на его белоснежной рубашке мокрые следы, а он продолжал прижимать ее к себе одной рукой, другой провел по волосам.
Слов не было, все было ясно без них. Когда их взгляды встретились, ее полные обиды, упрека и недоверия: его – любви и сожаления, говорить просто не было сил.
- Где ты был? – хриплым голосом спросила она, пальцы сложились в кулак ,и она легонько ударила его в грудь, - Где?
- Улаживал кое-какие дела, - спокойно ответил он, но сощурился, получив еще один удар, чуть сильнее первого.
- Какие? – голос все еще хрипел, Мали шмыгнула носом.
- Не важно, - отрезал он.
- Еще как важно, - она хотела снова ударить, но он поймал ее руку.
- Перестать, - попросил он, - лучше, подари мне танец.
- Не буду я с тобой танцевать, - тоном обиженного ребенка отказала она.
- Всего один несчастный танец, - не обращая внимания на ее капризы, просил Ибрагим.
- Тем более несчастный, не хочу, - надула она губки, хоть он этого и не видел.
- Мали, - позвал он, на что она отозвалась звуком «ммм?», - я скучал по тебе.
- А я нет, - соврала девушка, - и вообще, я обижена на тебя. И не намерена так легко прощать. Мне нужно привести себя в порядок, - она хотела вырваться из рук, но Ибрагим держал крепко, - отпусти. Мне надо…
- Сначала пообещай мне танец, - выставил он условие.
- Не хочу, не буду. Бараш, я закричу!
- Кричи, но знай, я заткну тебя поцелуем, - улыбнулся он.
- Ты в себя поверил что ли, я не поняла? Отпусти, кому сказала?!
- Волшебное слово, - настаивал Ибрагим.
- Тогда отпустишь?
- Угу.
Она состроила гримасу, делая вид, что обдумывает его предложение. Из общего зала послышались ритмы медляка и Ибрагим делал попытки ее раскачать, импровизируя танец.
- Ладно, будет тебе танец. Только договорись, чтоб к нашему выходу музыку сменили на нормальную.
- Ок, - он развел руки освобождая девушку.
Мали быстрым шагом пошла в дамскую комнату, когда через 15-ть минут вернулась, Ибрагим стоял на том же месте. Подойдя к нему встала чуть дальше за спиной. Он словно почувствовал ее появление, протянул ей руку. Девушка вложила в его большую ладонь свою, и стая бешенных мурашек прошлась по спине, когда она услышала:
- С днем Святого Валентина, любимая.
Как только они показались под лампами ярко освещенного зала, песня, что играла в этот момент резко прекратилась, вызвав у танцующих волну негодования. Но пару секунд спустя заиграла новая песня. Мелодичная, с красивым медленным мотивом, и если Мали правильно угадала это был Стас Шуринс. Она ожидала что включат лезгинку, но вместо этого им видимо придется танцевать медляк. От осознания того, что Ибрагим обнимает ее на глазах у 400-ста человек, выбила ее из колеи. Растерявшись, не попадала в ритм, взгляд бродил по людям вокруг, боясь наткнуться на укор в глазах близких. Но их словно никто не замечал, каждый был занят своим, и до парочки в центре зала не было никакого дела.
- Забудь о них, - шепнул ей на ухо Ибрагим.
Она обратила на него свой потерянный, напуганный взгляд. И только сейчас вслушалась в слова, что пел Стас.

«Прости меня, я был не прав
Позволь смотреть в твои глаза
Я все отдам, я знаю сам
Что виноват, прости меня»

Все стены, что она выстроила между ним и собой, пока его не было начали трещать, угрожая тем самым обрушиться. Он закружил ее, ноги девушки отнялись от пола, и сейчас Малика была в прямом смысле «в его руках». Ощущение полета, сумасшествия и нереальности происходящего накрыло ее. Сделав несколько кругов, все так же держа ее в руках, Ибрагим все-таки привлек к их паре внимание. Омар было хотел подойти к ним и отобрать у друга свою сестру, но Ислам остановил его, положив руку на плечо. Омар бросил злой взгляд на парочку, затем на Ислама, затем чертыхнувшись направился к выходу из зала. Смотреть на то, как сестра позорит его семью, у парня не было сил. Омар был сторонником «старой школы», он не признавал отношений до брака или вне брака. Для него это было дикостью, пошлостью. Он и сам сначала женился, а потом «построил отношения» с той, что для него выбрали родители. И признаться, он не капли об этом не сожалеет. А она, его сестра, дочь тех же родителей, идет совсем по другому пути, наивно полагая, что этого никто не видит. Омар жадно втянул в себя сигарету, выбросив окурок, растоптал его. Затем сев в машину, уехал домой, к семье, что ждет его. Его семья – жена и дочери, вот что должно его волновать, а не избалованная младшая сестра.