Чтобы ты улыбалась

Разговор с сёстрами

Дом, который мы забронировали на ближайший год, на месте нас порадовал: широкие двери, пандус при входе, а из окна спальни видно море. Поэтому после суточного отлёживания в гостинице, я заключил договор с правом пролонгации. И следующие два дня мы просто заселялись.

Лишь когда всё устаканилось, и мы наладили быт с помощью приходящих работников, я стал думать о лечении. Оказалось – очередь в главный санаторий расписана на многие месяцы вперёд. Меня внесли в длинный список, но ничего конкретного не обещали, ведь мой случай почти безнадёжный. А есть и те, у кого шанс выздороветь намного выше. Я всё это понимал, но надежда…

Почему-то после приезда в этот город, во мне поселилось странное желание – появиться перед Наташкой на своих двоих. Знал, что это невозможно, но воздух вокруг пьянил, и чувства сходили с ума. Я безумно хотел её увидеть, но также и боялся, что она любит своего мужа и мне в её жизни делать нечего. Но ещё больший страх вызывала мысль, что Наташки больше нет.

Тогда возникал вопрос – почему ведьмы из головы так настойчиво учили меня уму-разуму? Наверное, нужно с ними пообщаться. Но позже.

Ударяться сразу в бизнес я не стал. Мы с Тимофеем вместе решили насладиться незапланированным отпуском.

Целыми днями торчали на набережной, пили кофе, смотрели на море. Я впервые за два года заехал в воду: здесь для этого оказалось всё предусмотрено. Деревянный настил, уходящий прямо в море с поручнями. Специальное кресло-коляска для плавания, в которую меня пересаживали и вручную заводили в море. Да, много в ней я не мог, и тело погружалось в воду лишь частично, но кайфа от этого я испытывал не меньше.

Вся нагрузка приходилась на Тиму, но он не роптал. Где не проходила коляска – нёс на руках, ругаясь сквозь зубы. Я предложил платить ему как грузчику. Он послал меня в изощрённой форме.

Мы объездили все окрестности, ели шашлык, пили пенное, говорили «ни о чём» и просто наслаждались жизнью. Вокруг бурлила жизнь: красивые девушки в купальниках, на которых я реагировал, лишь как на фон, грязевые лечебные ванны, солёное море, яркое солнце. Всё это стало моим постоянным атрибутом, но всё же чего-то не хватало. Вернее – кого. Зелёных глаз и здорового сарказма их владелицы.

Прошёл месяц, и я понял, что, ложась спать, я мечтаю увидеть во сне мою потеряшку. Услышать её смех, заглянуть в бездонные глаза.

А потом раздался звонок на номер, который я оставил для детективного агентства.

– Мы нашли её, – просто сказал сотрудник.

У меня в горле мгновенно всё пересохло, и я захрипел.

– Точно она?

– Без сомнений, я съездил в тот город и сравнил фото и оригинал.

– А есть ли рядом с ней мужчина? – с тревогой спросил я.

– Не заметил. Я три дня ходил следом, потом пришлось уехать. Город маленький, каждый житель на виду. Тем более, мне показалось, что она меня заметила, – радостно отчитывался детектив.

– Пришлите фотоотчёт и все остальные данные мне на почту, – всё ещё не веря, попросил я.

Неужели мои поиски завершились?

Сердце прыгало в груди, а руки тряслись от нетерпения.

Телефон тренькнул, и я, затаив дыхание, открыл первую фотографию.

Длинные светлые волосы вились ниже поясницы. Огромные зелёные глаза смотрели вопросительно на продавца магазина.

Как детектив умудрился сделать такое фото? Да! Она прекрасна. Чуть постройнела, но при этом округлилась в нужных местах. Стала женственной. Лихорадочно листал фотографии дальше. Вот она в магазине, за рулём, на детской площадке. А на следующем кадре застыл. Копия мамочки смотрела в объектив знакомыми зелёными глазами. Сколько в ней было задора! Радостно улыбаясь во весь рот, малышка ела пирожное. Крем размазался по лицу и попал на носик. А Наташка смеялась в ответ, пытаясь вытереть лицо салфеткой. Смотреть на этот снимок стало больно. Им так хорошо без меня.

Нет, я не дам собственной неуверенности больше прорасти. Хороший урок преподали сёстры. А я ведь и правда, побаивался. Не хотелось снова висеть серой неопределённостью в непонятном нечто.

– Где она?

– Крым. Посёлок Земляничкино. Живёт в своём доме, уединённо.

У меня земля ушла из-под ног. Крым? Мы с Тимофеем дышали одним с ней воздухом целый месяц, а я понятия не имел.

– Да, это она, – пробормотал я ошеломлённо, – договор выполнен. Куда выслать платёж?

– Я скину номер карты, – попрощался со мной детектив.

Я оплатил выполненную работу, а потом раскрыл карту Крыма.

– Ты представляешь, между нами всего сто тридцать километров! – воскликнул я, когда нашёл Земляничкино.

– Вот это да! – не удержался Тима. – Когда едем?

Я задумался. Пора признаться, что не всё так просто.

– Тим, – решил покаяться я – не всё так просто. Я её сильно обидел, и возможно, она не захочет меня видеть.

– Тогда… – Тима склонился, читая вместе со мной информацию, присланную из агентства, – ничего себе! В районе её знают как лесную Талу. Такая молодая, а уже знаменитая целительница. Ты знал?

– Нет, – я как в трансе замотал головой, вспоминая все наши отношения, – были способности, но не лекарские.

– Я понял, – довольно улыбнулся Тима, – нужно к ней обратиться в качестве пациента. Неужели она откажет своему другу детства?

– Другу точно не отказала бы, а вот любимому мужчине, который её отверг, имеет право.

– Всё равно надо попробовать, – не отступал Тима, – я помню, как она о тебе беспокоилась, даже после того как вы поругались.

– В этом вся Наташка. Безусловно мы поедем, но надо подготовиться. Ты видел, у неё дочь. Кстати, сколько ей лет?

– Так, давай посмотрим, вот есть данные. Дата рождения – второе ноября…

– Что-о? – перебил я Тиму, – какой год? Это же… это же… подожди… мы ведь были вместе в начале февраля, а это значит, что я… – папа?!

– Тогда это всё меняет, – воскликнул Тима, – ты имеешь право на дочь, если ты уверен, что она была лишь с тобой.

– Уверен, – резко ответил я, вспоминая наш единственный раз. – Но давить этим на неё я не буду. Всё может стать только хуже.