Чудеса рядом

Глава 14

Изабелла принялась молиться, чтобы Джессика принесла ему счастье.

Но как смогут два человека, живших в столь разных условиях и не имеющих ничего общего, ужиться между собой?

С тяжелым вздохом Изабелла подумала о том, насколько Джессика беспомощна и эгоистична.

Вернувшись в свою каюту, Изабелла снова взяла в руки книгу, но ей почему-то расхотелось читать.

Она подошла к открытому иллюминатору и выглянула наружу.

Слепящее солнце сверкало на гладкой, спокойной поверхности моря. Трудно было поверить, что совсем недавно их корабль раскачивало и швыряло из стороны в сторону с такой силой, что невозможно было удержаться на ногах.

Теперь же ветер был совсем слабым, паруса беспомощно повисли, и судно шло под парами.

Вечером, когда сестра Тереза сидела с Джессика Изабелла поднялась на палубу. Темное небо было усеяно звездами.

Изабелла  с восторгом ощутила, что ей совсем не холодно без плаща, в одном тонком платье, и хотя к вечеру температура воздуха немного упала, было все еще очень жарко. Горячий воздух был насыщен влагой, что служило источником непрерывных жалоб Джессика  все последние дни.

— В Красном море всегда очень душно, — успокаивала ее сестра Тереза. — Когда мы выйдем в Индийский океан, станет намного легче.

«А мне нравится такая погода!» — подумала Изабелла 

Это было правдой. Она обнаружила, что горячий влажный воздух почти полностью излечил ее от насморка, который доставлял ей мученья в течение всей зимы.

Ее нос больше не был заложен, исчезла привычная ломота во лбу. Она могла свободно дышать, и это принесло ей громадное облегчение.

— Зимой все страдают от насморка, — как-то сказала ее мать, — поэтому не думай, что ты сильно отличаешься от других.

— Я так и не думаю, мама, — ответила Изабелла. — Просто я упомянула об этом, потому что мне очень трудно дышать.

— Терпеть не могу, когда жалуются на малейшее недомогание! — резко оборвала ее графиня.

Хотя Ищабелле  было обидно, что мать не проявила сочувствия к ней, она все же могла ее понять.

Джессика жаловалась и ныла по любому поводу, к тому же сама графиня каждую зиму страдала от ревматизма, и не желала слушать про чужие болезни, потому что ей хватало своих.

Отец, однако, проявил больше внимания.

— Возьми понюшку моего табаку, Изабелла, — сказал он. — Когда у меня насморк, я всегда так делаю, и мне это очень помогает.

Изабелла попробовала сделать, как он советовал, но от этого у нее лишь сильнее заложило нос.

У нее было подозрение, что это не обычный насморк, а следствие экземы, так изуродовавшей ее лицо.

Если это было так, она отлично понимала, что ей ничто не поможет. Она давно уже прекратила употреблять какие-либо лекарства от своей болезни, окончательно убедившись в их абсолютной неэффективности.

Теперь же, глядя на море, она глубоко вздохнула и почувствовала, что ее нос дышит намного легче.

Она прошлась по палубе, почти безлюдной в это время суток. Из курительной доносились взрывы хохота, и ей стало ясно, где коротают время пассажиры, которые не хотят рано ложиться спать.

Прислушиваясь к хриплым голосам, она подумала, как мало знает о мужчинах.

Однако же ей приходилось решать так много чужих проблем и выслушивать такое количество тайных признаний и от деревенских жителей, и от слуг в Олдеберн-парке, что она неплохо разбиралась в человеческой психологии.

Люди, одетые в роскошные туалеты и вращавшиеся в высших слоях общества, тем не менее продолжали оставаться просто людьми.

Они рождались и умирали. Они хотели быть счастливы так же, как и простая судомойка или мальчишка, работающий на конюшне.

Изабелла с завистью подумала о сестре Терезе.

Ее жизнь была посвящена тому, чтобы помогать другим, и Изабелла была убеждена, что именно вера позволяла ей найти правильные ответы на все вопросы. Вера вдохновляла ее, это было видно по выражению ее глаз, по тому, как она разговаривала. Когда она не читала Джессика , она задумчиво перебирала четки, и Изабелла знала, что она молится.

«Я уверена, что ее молитвы помогут Джессика , — сказала себе Изабелла елла. — Может быть, они сотворят чудо, и она станет такой же, как все окружающие. Возможно, замужество совсем изменит ее».

Она пыталась представить себе Джессика  в роли жены и матери, но это было очень трудно.

«Я уверена, что все будет хорошо», — пыталась убедить себя Изабелла 

Она знала, что когда она беспокоилась о будущем, ее волновало счастье не только Джессика, но и Максимуса Керби.

Она хотела, чтобы он был счастлив.

Она подумала, что он заслуживает семейного счастья. Как это, должно быть, тяжело для мужчины, несущего такое бремя ответственности, не находить отрады и покоя в своем доме.

Изабелла взглянула на звезды и внезапно подумала, как замечательно было бы оказаться на месте Джессика и знать, что скоро ты станешь женой самого привлекательного мужчины на свете.

Если бы ее ждало такое будущее, она сейчас, в эту самую минуту, обращала бы к нему свои мысли, веря, что они долетят до него через все моря и океаны, которые пролегли между ними.

Душой она была бы рядом с ним, хотя их разделяли долгие мили пути.

В своих мечтах она разговаривала с Максимусом Керби, слышала его голос. Увлекаемая своим воображением, она представила, как он сжимает ее в объятиях! И, испугавшись этой мысли, она внезапно вернулась к действительности.

«Как только это могло прийти мне в голову»? — спросила она себя.

Но тут же с грустной улыбкой решила, что мечты не могут никому повредить.

Она вовсе не предавала Джессика  потому что в конце концов какое имеет значение, думает ли она о Максимусе Керби или мечтает о нем.

Он не узнает об этом, а когда она вернется в Англию, все, что у нее останется, — это мечты.

«Мне очень посчастливилось», — сказала себе Изабелла .