Чудеса заказывали?

Часть 2.

Наступил декабрь месяц. Предновогодняя суета захватила и дом Ирмы. По выходным она водила сына в торговый центр присматривать елку, украшения.

— Матвей, разве ты не хочешь украсить квартиру? Как думаешь купим небольшую елочку, или с наш рост? — то и дело спрашивала она его.

— Давай маленькую, поставим на стол, а то большую куда? У нас только коридор просторный.

— Это да, ты прав, — вздохнула Ирма и потянулась за елкой, но не успела.

Сильные мужские руки быстрее её с другой стороны стеллажа подняли это маленькое украшенное чудо и понесли к кассе.

— Ну вот не успели, — огорчилась Ирма. — Девушка, девушка, а у вас есть еще маленькие елочки?

— Нет, это была последняя, но мы ожидаем еще привоз через неделю.

— Спасибо.

Купив только мишуру и наклейки на окна, Ирма с сыном пошли домой. Уже там у подъезда они встретили этого мужчину, который забрал елку из под носа.

— Странно, сосед видимо, раньше я его не видела, — думала Ирма, пропуская сына в подъезд, а мужчина тем временем шёл с большими пакетами за ними.

— Давайте я придержу, входите, — проговорила она чуть краснея, когда рассмотрела его вблизи. Высокий, выше её на голову, волевое лицо, серые глаза, нос с небольшой горбинкой, одет в теплую куртку на меху...

— Спасибо, мы наверное соседи, неделю назад только въехали. Будем знакомы, Игорь, — сказал он, — извините руку не пожму, пакеты.

— Конечно, а я Ирма.

— Это ваш сын с вами был?

— Да, Матвей, учится в пятом классе.

— Мой тоже, правда на домашнем обучении, если что обращайтесь.

— Хорошо, — ответила Ирма.

Уже дома она вспоминала разговор на лестничной площадке.

— Странно, подумаешь двери придержала, а он уже к себе приглашает. И как на это смотрит его жена? Да не твое дело Ирма, идти всё равно не пойдешь. Дурочка! — вопил голос, — человек лишь поддержал беседу, что же теперь всех в козлов записывать, это да...

— Представляешь, у нас новые соседи на этаж ниже и мальчик твоего возраста, правда он дома учится, наверное...

— Больной, — закончил Матвей, — мне-то что.

— Матвей, так нельзя говорить.

— Ладно мам, не буду.

Прошла неделя, когда они встретились вновь. На улице была отличная погода: шёл небольшой снег и светило солнце, Матвей увлек лепить снежную бабу.

— Ну мам, сегодня суббота пойдем погуляем, когда еще я буду бабу лепить?

— Не бабу, а снеговика, — поправила сына Ирма, — на вот морковку не забудь.

И они вышли лепить. Ирме нравилось это время, когда она могла подурачиться с сыном, провести время вместе и не просто, сидя по разным углам, а на одной волне. Через некоторое время двери подъезда открылись и вышел сосед, двигая перед собой инвалидную коляску с мальчиком.

Матвей не обратил на них внимание, сосредоточенно катая шары для снеговика.

— Привет! — подойдя сказала Ирма, — хорошо что вы вышли, погода прекрасна.

— Привет! — ответил Игорь, — это мой сын Марат. Сын, а это Ирма... как вас по батюшке?

— Сергеевна.

— Ирма Сергеевна, а там смотрю ваш сын Матвей? — указал он за её плечо.

— Да, мы лепим снеговика. Может с нами?.. — и спохватившись, прикрыла ладошкой рот.

Игорь уже привык к таким жестам. Прошёл уже третий год с тех пор как он с сыном попал в аварию на дороге. Жена не выдержала больниц, лечения, ушла из семьи и от сына отказалась. А он, как он может отказаться от своей родной крови и плоти?! Он обожал Марата до аварии и после ничего не изменилось. Марат был долгожданным ребёнком. В брак он вступил поздно, когда ему было уже тридцать пять лет, а сейчас ему сорок шесть, а Марату одиннадцать. В аварии сильнее всех пострадал Марат: ему перебило ноги и врачи разводили руками.

— Ходить? Нет, что вы. Если только чудо случится, — говорили они все, а ведь он обращался к разным специалистам.

Первое время Марату было очень тяжело. Не привыкший сидеть на одном месте, теперь он был прикован к креслу. Только огромная сила воли самого Марата и Игоря не дали обоим скатиться в депрессию. Тяга к жизни у Марата была большой. Поэтому несмотря на травму, он продолжил обучение.

— Буду работать на дому, — говорил он отцу, зная как тот радуется его улыбкам. Хотя сам слышал как отец иногда по ночам воет в подушку, думая что никто не слышит. Мама ушла и Марат понял, что только он теперь может стать той опорой для отца, когда просыпаешься и понимаешь что нужен кому-то. Из-за этого НУЖЕН появляются силы жить и жить хорошо, а не делать вид. Так они и стали поддержкой друг другу. В этот город они переехали совсем недавно, в том они решили оставить всё: аварию, боль, неоправданные надежды.

Подкатив коляску с сынок к скамейке, Игорь стал помогать катать шары Ирме. Матвей сначала не хотя, а потом всё более охотно присоединился к их кругу. Он посматривал на своего ровесника исподлобья. Даже сидящий, он выглядел выше, чем сам Матвей. Прямой взгляд, тёмная челка, торчащая из под шапки.