Чудная семейка Норы Делайн

11

- Колдует? — повторила я.

- Я просто оговорился, — торопливо поправился мальчишка.

Но моё воображение уже во всю матушку разыгралось — и успокаиваться не собиралось. Пока я не увидела младшего своими глазами — живого, здорового и в полной безопасности, — чувство надвигавшейся угрозы только крепло.

«Вот надо же было гонять по поляне мячик, вместо того, чтобы сразу насторожиться отсутствием ребёнка? Тоже мне, мамаша!» — мысленно ругала себя я.

Перед обедом дом зашумел своим обычным нетерпеливым ожиданием: где-то звякала посуда, из кухни тянуло мясным бульоном и свежим хлебом, голоса слуг то и дело перекликались по коридорам.

Мы с Крисом невольно и на редкость синхронно сглотнули слюну, проходя мимо открытых на проветривание окон.

- Так куда мы идём? — стараясь сохранять хладнокровие, поинтересовалась у старшего.

Кристофер на секунду замялся, потом пожал плечами, да как-то уж слишком старательно.

- Наверное… опять где-нибудь прячется.

- «Где-нибудь»? - переспросила я. - Разве у Дэнни нет одного удобного места для своих... кхм... — как-то не сразу подобралось слово для абсолютно пока непонятных занятий младшего. Называть их «колдовством», цитируя Криса — язык не поворачивался. Это слово меня, признаться, изрядно пугало. - Для своих дел, — нашлась я.

- Просто... - Крис коротко глянул на меня, — в прошлый раз наш Грегор застал его за эм-м... «делом», — мальчишка аккуратно повторил выбранное мной определение. - И Дэнни пришлось искать себе новое убежище.

- Это настолько опасно? — по венам прокатилась тревожная морось.

- Не-ет, — смешно сморщил нос и максимально убедительно помотал головой мой спутник. - Грегор, да и другие не понимают, что он делает. Считают его увлечения странными и даже подозрительными. А на самом деле он ничего плохого не творит — возится со своей старой тетрадкой и считает себя колдуном.

Так. Всё равно ничего не понятно, но мы уже, кажется, приближались к цели. Совсем скоро ситуация должна была проясниться.

Мы уже покинули двор, прошли насквозь почти весь сад и свернули за хозяйственные постройки. Туда, куда, очевидно, редко кто заглядывал без конкретной нужды. За старым дровяником, почти вплотную к каменной стене, обнаружился узкий проход, прикрытый раскидистым кустом. Там и прятался Дэнни.

Он сидел на корточках, весь уйдя в своё занятие. Перед ним стоял огарок свечи в подсвечнике, над ней — старая металлическая ложка. В ложке лежал… Что?! Пришлось старательно напрячь зрение, чтобы убедиться: глаза меня не подводили. Огурец! Самый обыкновенный, слегка подсохший. Рядом — пучок тряпиц, жестяная миска и аккуратно разложенные столовые приборы.

Я замерла.

- Дэнни?

Мальчишка вздрогнул так, что едва не опрокинул свечу.

- Я… я сейчас! — торопливо затараторил он, заслоняя ложку ладонью. — Я не колдую! Честно! Я только…

- Свечу потуши, — сдержанно, но чётко сказала я, уже шагая вперёд. — Сейчас же.

Мальчик послушно наклонился и задул пламя. Сердце всё ещё прыгало заполошным зайцем — мысль о ребёнке наедине с огнём серьёзно тряхнула нервы.

Я присела рядом, стараясь выровнять дыхание.

- Ты напугал меня. Очень.

- Простите… — он сжался. — Я думал, меня не успеют потерять.

Кристофер встал рядом — настороженный, готовый в любой момент вмешаться.

- Что ты делал? — спросил он у брата. И, между прочим, довольно строго. Видно, и он хорошо струхнул от увиденного и теперь корил себя за недогляд.

Дэнни сглотнул и, поколебавшись, всё-таки убрал руку, прятавшую объект «опыта».

- Ложки чистил, — тихим, упавшим голосом признался юный доморощенный «колдун».

Я моргнула.

- Ложки?

- Ну да, — он оживился, словно ухватившись за спасительную соломинку. — Если огурец нагреть и потереть — можно убрать ржавчину и темноту. А у нас там… — он кивнул в сторону дома. — В общем, накопились грязные. Я подумал… если договор, то надо сразу что-то полезное сделать.

Я внимательно посмотрела на ложки в миске. И правда — одна из них была заметно светлее остальных. Надо же... огурец.

- Где ты это узнал? — спросила я уже совсем другим тоном.

Дэнни потянулся к лежащей рядом потрёпанной тетрадке и осторожно подал её мне.

- Это папина, — сказал он тихо. — Он ею очень дорожил. Тут много всего: как вещи чинить, ну и всякое такое. Я ещё не со всем разобрался.

Я с больши́м интересом раскрыла тетрадь. Крупный, аккуратный почерк, местами приписки на полях.

«Смесь от мышей», «Дым против злых снов», «Мазь для рук» — медленно просматривала я. Да здесь целый сборник древней бытовой химии обнаружился.

- И что, получается? — не отрывая взгляда от строчек, деловито спросила я.

- А то! — гордо выпятил грудь младший. Правда, тут же и немного смутился. - Не всё, конечно... Но вот мыши-то и в самом деле уходят! А они не верят, что я помог, — в голосе ребёнка послышалась обида.

- Кто, они?

- Слуги наши. Говорят, от лукавого это всё — беда от такого бывает. А что же за беда, когда одна польза? — малец по-взрослому негодующе развёл ладони. - Вот я и... прячусь, колдую здесь потихоньку, — виновато обмяк плечами он.

Кристофер нахмурился.

- Я не хотел опять всё испортить, — заметив насупленные брови брата, совсем расстроился мелкий и подозрительно засопел носом.

Я закрыла тетрадь, положила её рядом с ним, поднялась и подошла ближе.

- Слушай меня внимательно: то, что ты делаешь, — это не колдовство. Это забота. И наблюдательность. И желание, чтобы мир стал хоть чуть-чуть лучше. Хозяйственные хитрости — умные, полезные и нужные вещи.

Он поднял на меня мокрые глаза.

- Правда?

- Правда. Но есть вещи, которые нельзя делать в одиночку. И не сто́ит держать в секрете. Если хочешь — мы можем вместе разобрать твои записи. А ещё лучше даже с доктором. Вдруг он тоже любит такие… — я улыбнулась, мысленно представляя лицо Смита, — эксперименты.