Чудная семейка Норы Делайн

15

Ну как, ворвались… Вошли-то они вполне благопристойно. Просто само неожиданное появление братьев произвело громкий эффект.

- Добрый день, господин Грифольд, — в лучших манерах воспитанного лорда поздоровался с гостем Крис и повернулся ко мне:

- Прошу прощения, что был вынужден вас прервать, но дело срочное. Я прямо сейчас составляю крайне важный документ и не хочу ошибиться. Могу задать вам вопрос?

- Конечно, дорогой, тем более мы с нашим гостем уже всё обсудили, — ласково улыбнулась мальчишке.

- Благодарю вас, — кивнул старший и с самым озабоченно-серьёзным видом спросил:

- Леди Нора, я имею возможность самостоятельно составить и отправить в распоряжение полицейской канцелярии свидетельство о недостойных благородного человека предложениях лорда Крамберга, о которых я вам рассказывал?

- М-м... - пряча первую растерянность, многозначительно и абсолютно, кхм, неинформативно приподняла бровь я.

- Или всё-таки вы, как наша приёмная матушка и добрая наставница, должны будете представлять наши интересы перед законом? Я читал, недавно вышли поправки, разрешающие детям высказывать свои претензии едва ли не с десяти лет.

И физиономия такая ясная, сосредоточенная - хоть портрет в семейную галерею пиши.

«Что он несёт?!» — я едва удержалась от того, чтобы шлёпнуть себя ладонью в лоб в классическом жесте «рука-лицо».

Вся эта трагикомедия была явно постановочной. Ни о каких официальных претензиях мы с ребятами не говорили. Да и... что вообще в этом смысле предоставлять правоохранительным органам? Угроз как таковых лорд Крамберг в общении с братьями всячески избегал. Напротив, манил к себе всякими "плюшками" да сладкими обещаниями. Законом вовсе не возбраняется обожать детей и предлагать им лучшее. А что уж у него действительно на уме - недоказуемо.

Кристофер скорее всего знал об этом. Однако вот же стоял, складно излагал свой якобы неотложный и важный вопрос.

И кто моих пацанов вообще надоумил на этот театр?

Ладно, слуг я сама попросила немного подыграть: создать гостю маленькие неудобства пребывания в нашем доме. (Ключевое слово, кстати, "маленькие".) Но дети?! Их я точно не собиралась привлекать к этой игре.

И главное — какова выдержка! Ни один мускул не дрогнул за весь этот безупречно-канцелярский спич. Словно экзамен на юриста сдавал. С отличием.

А «матушка» с «доброй наставницей» чего стоили! Это ведь мои хулиганы самостоятельно сообразили, как сообразно своему детскому положению высказать собственное мнение о чаяниях дядюшки. Чётко и достойно, не дожидаясь приглашения, которое вряд ли имели шанс дождаться.

- Полагаю, как ваш законный опекун, я всё-таки возьму на себя заботу об этом вопросе, — выдавила я, кажется, немного розовея от усилий оставаться невозмутимой. А что делать? Пришлось поддерживать ребят и включаться в эту авантюрную выходку.

Меня раздирали восторг и хохот, который я отчаянно душила в груди.

А вот Грифольду было явно не до смеха. Нижняя челюсть гостя съехала вниз и в сторону, отчего лицо приобрело вытянуто-кособокую форму. Будто его поразила неуправляемая судорога. Рот открылся, зрачки очумело заметались в орбитах. Однако Грифольд оставался нем как рыба. И столь же, кстати, пучеглаз. То ли нужные слова никак не подбирались на язык, то ли они застревали у мужчины в горле.

Тут ещё Дэниел решил вступить, кхм, в действие.

- Господин Грифольд, а как поживает дядюшка Поль? — пряча за маской невинности коварную усмешку (я точно уловила, как она промелькнула на детском лице), эдак светски поинтересовался этот шкодник, явно задумывая очередную каверзу. - Здоров ли? Так же скучает по нам?

Выразив вежливое участие, Дэниел протопал ближе к центру действия, поднял на гостя честные, заинтересованные глаза и... уселся на стул. Ровно тот, на котором в обманчивой безопасности покоилась шляпа посетителя.

В этот момент выдержка окончательно изменила Грифольду. Я бы даже сказала: лопнула на пресловутый британский флаг. Щёки мужчины молниеносно сменили неказистый бледно-зелёный окрас на эффектное бордо.

Не слушая больше никаких извинений, гость выхватил сплющенный в неэлегантный блин цилиндр и ринулся к двери. Которая к полной неожиданности всех присутствующих распахнулась перед самым его носом: в гостиную степенно вплывала наша кухарка, держа перед собой поднос, уставленный чашками и чайником.

Конечно, всё это с жалобными дзыньками полетело в стороны, окатив беглеца горячим настоем.

- Ну что же вы, господин, так неосторожны?! - всплеснув руками, пожурила Грифольда Этель. - Ай-яй, вон и чашечка разбилась! Разве можно так спешить? — распекала пыхтящего гневом гостя женщина. На которую, кстати, не попало ни капли. Отчего сразу возникло подозрение: Этель как будто нарочно караулила подходящий момент за дверью и несла свою ношу на вытянутых руках, чтобы иметь возможность увернуться.

Ой, мамочки! То, что задумывалось мной как лёгкая нервотрёпка для нежеланного визитёра, на глазах превращалось в натуральный жёсткий буллинг. Какую-то тотальную охоту за скальпом незадачливой жертвы. Вот это воображение у моих... подельничков!

Плюясь ругательствами и как-то дезориентировано размахивая руками, ошалевший мужик уже просто напролом рвался к двери, которую ему заслоняла дородная фигура поварихи.

- Куда же вы? А как же ваш плащ? — внёс свою лепту подпиравший Этель дворецкий. - Только вот ведь незадача, пока мы его чистили, в ткани обнаружилась дыра — такая неприятность. Это вы, очевидно, нечаянно порвали о гвоздик, когда пробирались в сад сквозь забор. У нас в заборе, знаете ли, немало неудобных гвоздиков.

Грифольд не глядя цапнул свою одежду из рук услужливого Мэллоу и, словно ослепший от паники заяц, выписывая зигзаги и сшибая углы, понёсся по коридору к выходу. К чёрному - подальше от парадного и от греха.

- Это, надеюсь, всё? — выжала из себя я, обессиленно опускаясь в кресло и немо содрогаясь от беззвучного смеха.