Чудная семейка Норы Делайн

19

Дорогие мои, самые лучшие и тёплые читатели на свете! Спасибо огромнейшее за ваше терпение и поддержку. Пауза довольно сильно затянулась, но я решила свои трудности и с удовольствием продолжаю нашу историю. Признаться, сама сильно уже соскучилась по вам и своими героям в это вынужденное бездействие.

С любовью и благодарностью, ваша Кира.

Все дружно притихли, прежде чем, наконец, решились разобрать находку. Даже мальчики, обычно нетерпеливые, держались собранно и молча, будто чувствовали: сейчас важно не торопиться.

Я с замирающим дыханием развязала плотную ткань, в которую был завёрнут свёрток.

Внутри оказались деньги — аккуратно сложенные и перевязанные бечёвкой. Сумма была значительной, но совсем не той, на которую мы с доктором рассчитывали, изучив бумаги Делайна.

- Это явно не всё, — тихо произнёс доктор.

Я кивнула, соглашаясь с нашим другом.

Под пачками лежал сложенный лист плотной бумаги. Развернула его на столе, и Смит тут же придвинулся ближе, забыв о своей привычной сдержанности. Мальчики встали по обе стороны, с горящими глазами разглядывая находку.

Это была очередная карта Дикого клина — но уже такая, больше похожая на примерную схему от руки. Без всяких там точных масштабов и аккуратных подписей. Скорее, набросок человека, который ходил там сам много раз. Очертания уступов, изгибы троп, расщелины — всё было узнаваемо, но отмечено по-своему, на глазок.

И вся эта карта была усыпана знаками вопроса.

Мелкими и крупными — выведенными в разное время и разными чернилами. Некоторые из них были перечёркнуты крестами — ровно, без характерного нажима, выдававшего бы раздражение. Словно хозяин карты спокойно и честно отметил: здесь пусто, здесь не то. Другие так и остались вопросами, не имея особых отметок.

А вот один знак очень выделялся на фоне других.

Он был обведён, затем перечёркнут, а поверх него появился жирный, уверенный восклицательный знак. Такой, что бумага под ним изрядно продавилась.

- Вот, — негромко, с подчёркнутой значимостью произнёс доктор и постучал по отметине указательным пальцем.

- Первый вероятный источник? — прошептала я.

Смит выпрямился, и я увидела на его лице торжествующее выражение.

- Скорее всего! — сказал доктор после паузы, снова вглядываясь в карту. — Полагаю, остальные знаки тоже неслучайны.

Он провёл пальцем по россыпи вопросов.

- Смотрите: он шёл последовательно. Проверял выход за выходом, фиксировал результат. Где крест — там либо пусто, либо слишком опасно. Где вопрос — он не успел или не был уверен.
Доктор на мгновение задумался.
- Значит, рядом могут быть и другие источники. Не один.

- Все эти места нужно срочно проверить, — оживлённо заговорили мальчишки.

- Да, — уверенно согласился Смит. — Все.

Кристофер и Дэниел азартно переглянулись. Для них намечалось большое семейное приключение.

- Папа хотел, чтобы мы это нашли, — весомо произнёс старший.

- Однако не забывайте: в наших планах остаётся ещё одно важное дело, — сказал доктор, многозначительно приподняв брови.

- Отыскать второй тайник, — договорила я.

В комнате воцарилась тишина. Но в этой тишине уже не звучало растерянности — скорее это было спокойное молчание людей, которые, наконец, поняли, куда двигаться дальше.

***

Второй тайничок Эдмунда отыскали уже без труда — мальчишки знали, где находится запретное место. Больше времени ушло на то, чтобы добраться до содержимого оригинального «сейфа» мужа. Уголок для схрона он, конечно, выбрал опасный — без определённой сноровки туда не доберёшься.

Даже доктор не решился на этот подвиг экстремального скалолазанья. А о том, чтобы рисковать здоровьем братьев, даже речи не шло. Хотя оба рвались к делу, яростно доказывая собственную ловкость. В итоге пришлось просить помощи Грегора.

Наши домашние помощники, конечно, очень быстро почувствовали, что в доме происходит нечто важное и страшно секретное. Я сочла нужным посвятить эту сплочённую команду в основные детали дела, опуская пока лишние подробности.

В том, что никто из них не проболтается, я была уверена. А мои люди глубоко прониклись оказанным доверием. И теперь уже всё поместье стало походить на логово заговорщиков.

Как и ожидалось, «сейф» содержал в себе основную часть сбережений Эдмунда. Мы чувствовали себя богачами. Страсть как хотелось немедленно набрать всякой вкусноты и устроить пир горой. Но... на деньги Эдмунда, по его же примеру, пока можно было только облизываться. Однако от сердца значительно отлегло. «Шикануть» мы себе позволили только разок и совсем скромно — только чуть-чуть отметить грандиозное событие. Все — даже дети — понимали значимость и назначение этих средств.

***

Теперь нашей главной задачей стало закончить исследование заповедной территории, начатое мужем. К счастью, даже карту поисков составлять не пришлось — глава семьи уже потратил на это дело немало сил и времени. Иначе бы... ну, я не знаю, как бы мы обшаривали местность, не имея никаких специальных знаний по теме.

«Восклицательный знак» действительно оказался источником — но совсем маленьким.

Он располагался в боковом выходе в скале, ниже основного уступа, куда вряд ли кому захотелось бы спускаться: слишком сыро, неудобно, близко к паровым выбросам. Там всегда стоял специфический запах, а земля под ногами даже в холодные часы оставалась тёплой.

И всё же это была первая победа Эдмунда, которая и нам хорошо добавила энтузиазма. Что я, что мальчишки готовы были днями пропадать в Диком клине. Доктор тоже страстно горел желанием лично участвовать в поисках. Однако не всегда его желания совпадали с возможностями — Смиту никак нельзя было оставлять свою практику.

Плюс много его времени стало занимать изучение самой воды — её химического состава и свойств. Пусть наш эскулап был очень образованным, начитанным и умным человеком, а закопаться в научную макулатуру пришлось — слишком уж узкие требовались знания.