Чудо-чадо и чудовище

6. На свидание

– Елена –

К тому времени, как мы приходим домой, Маришка успокаивается и вроде бы забывает о чудовище. Не замолкая ни на секунду, рассказывает бабуле, как я ее забрала во время тихого часа из детского сада, пока все спали. Кроме воспитателя естественно.

– Представляешь, – трещит моя малышка, – все проснулись, а меня нет! Начали искать, спрашивать: где Марина Семиранова? где Марина Семиранова? – пожимает плечиками и разводит руками в стороны. – А Марина–то ис–чез–ла!

По кухне разливается задорный смех бабули и Маринки.

– Лена, ты зачем Маришку так рано забрала? Теперь дети волноваться будут, что не нашли ее.

– А мы ходили в кафе. И там…, – загадочно вращает глазами моя кнопка.

– На собеседование ходила, а компания недалеко от садика, – перебиваю дочку за секунду до того, как она собирается выпалить наш секрет. Наверняка моя непоседа забыла об уговоре.

Едва бабуля отворачивается, как я делаю большие глаза дочке и грожу пальчиком. Маринка хихикает и зажимает рот двумя руками – вспомнила тайну нашего общества.

– А–а. Ну и как собеседование? – мама не заметила наши с дочерью переглядки.

– Компания не понравилась мне, а я компании. Услышала очередное дежурное «Мы вам позвоним», решила не ждать вечера, забрала Марину пораньше.

«И сделать внеплановый поход в наше любимое кафе. И дочке сюрприз и мне настроение на весь день. Но что–то пошло не так...».

Остаток дня тело мое в раздрае и совсем не дружит с головой. Мысли в ней хаотичные и все о Дим Димыче. Он не чудовище. Он колдун какой–то. Уже несколько раз ловила себя на том, что замираю посреди комнаты, забыв зачем и куда шла. Мама начала подозрительно коситься и даже разок лоб потрогала – нет ли у меня температуры.

Ближе к вечеру меня отпустило. Дим Димыч начал активно вытесняться Вениамином и предстоящим свиданием с ним. Веня пригласил в ресторан.

Я улыбаюсь, слыша, как звонко хохочут на кухне мои любимые мама и дочь. Они решили постряпать булочки и теперь обе, измазанные в муке, раскатывают тесто. Весело им. Представляю, что к их смеху добавится мужской. Вениамина. Будет ли он также любить мою дочь, как я? Сможет ли стать ей пусть не отцом, но хотя бы другом?

Готовлюсь к свиданию. Выбираю наряд, прикидываю перед зеркалом то одно платье на плечиках, то другое.

– Мам, а ты куда на ночь глядя? – вбегает в нашу с ней комнату дочка.  Мука на щеках, подбородке и даже на кончиках косичек.

– На свидание, – шепчу ей таинственным голосом.

– С чудовищем? – загораются глазенки у малышки.

Вот же ж Роза Сябитова в миниатюре… Прикладываю палец к губам:

 – Секрет!

– Ага–ага, – шепчет понимающе дочка.

Вслед за внучкой мама появляется в комнате. И тоже щеки в муке. Ой, кулемы мои.

– Что еще за чудовище?

От мамы ничего не утаить – все услышит из любого уголка нашей небольшой двушки.

– Это секрет тайного общества, – важно отвечает Маришка и сбегает на кухню, оставив меня наедине с бабулей. Через минуту до нас доносятся громкие звуки – дочка как специально горланит:

А кто такие Фиксики –
Большой, большой секрет!

Как тут забыть Дим Димыча?

– Что за тайное общество, секреты, чудовища? – вздергивает брови мама.

– Не обращай внимания, это мы играем, – прячу зардевшееся лицо, активно перебирая наряды в шкафу. – Накрутили булки уже?

– Накрутили, "дышат". А куда ты на ночь глядя? – тем же тоном, что и Марина, спрашивает маман.

Чувствую себя несовершеннолетней девицей, над которой ведется тотальный контроль.

– У меня свидание с Вениамином, – и ей, как Маришке, шепчу таинственным голосом.

– А–а, с тем самым, от которого тебе цветы приносят?

– Да. С тем самым.

Мама усаживается на пуфик – приготовилась слушать и давать советы.

– Ты так и не рассказала, что за человек твой Веня.

– Веня как Веня, обычный, – пожимаю плечами, – 30 лет, был женат, но уже развелся. Детей нет.

– Точно развелся? Паспорт показывал?

– Показывал, мам, – смеюсь.

– Хоть бы пригласила его к нам, познакомила.

– Он заедет сегодня за мной. Предложу зайти. Если не испугается, то познакомитесь.

– Расскажи хоть, где ты его нашла. Жуть как интересно, – мама подпирает голову кулачком. Ох и любопытная–я. Как Машка и Ксюшка – подружки мои. 

– Познакомились мы с Вениамином, – вытаскиваю из шкафа другое платье, – в банке. Он там работает.

– А что ты делала в банке? Опять ипотеку хотела оформить?

– Хотела, мамуль. Девчонки на работе сказали, что там процент ниже.

– Леночка, ты опять за свое? Зачем тебе эта кабала на всю жизнь? Разве так нам плохо? Вот это тебе очень идет, – мама одобряет зеленое платье.

– Мам, нам очень замечательно втроем, но ты пойми, – кручусь с зеленым, критически оглядывая себя со всех сторон. – Маришка быстро растет, а у нас с ней одна комната на двоих и кровать в два яруса. Ей скоро в школу, подружек приводить, а у нее отдельной комнаты нет. А если у тебя появится поклонник, куда ты его приведешь?

– Появится – к нему уйду жить, только откуда он появится–то? Мне и не надо, на пенсию скоро.

– Ну какая пенсия, мам, в твои сорок семь?

Бросаю платье, присаживаюсь рядом с мамой на кровать, обнимаю ее за плечи. Мама у меня красивая, выглядит молодо и тоже блондинка. С тех пор, как с отцом развелись, замуж так и не вышла, несмотря на неплохие кандидатуры, посягающие на ее руку и внимание. Но мамино сердце молчало, а всю любовь и заботу она отдала мне и Маришке.

– Ты у меня красавица, – поправляю ей белокурые предки, – выглядишь на тридцать пять. Да тебе все подружки завидуют и соседки шушукаются. Скоро скажут, что ты ведьма и молодильные яблоки ешь.

– Ага, на балконе выращиваю. Это генетика у нас хорошая. По материнской линии передается.