Чудо для тёмного герцога

Глава 7

Слуги не спешили на зов, а опасалась, что герцог не выдержит и сам пойдёт искать дворецкого. Не потому, что я хотела присутствовать на экзекуции, а только потому, что боялась, что виновные попробуют избежать наказания.
Всё же при мне и Оливии даже наглая Марыся особо не оправдывалась.

― Это уже переходит все границы дозволенного, ― возмутился герцог, когда через полчаса ожидания и ещё пары звонков, никто так и не появился. ― Ты, иди и позови дворецкого, экономку и личную служанку моей племянницы.
Марыся на негнущихся ногах поплелась к двери.

― И смотри мне, не медли, ― напоследок напутствовал её хозяин, и служанка заспешила.
― Пока здесь не стало слишком людно, может, обговорим условия моей работы? ― напомнила я, зачем вообще оказалась в замке.
Хотя учитывая, как я сюда попала, я всё ещё опасалась, что меня не взяли на службу.
― В ваши обязанности, пани Амелия, входит воспитание Оливии, жалованье две сотни метикалов в год…

― Помилуйте, господин герцог, ― возмутилась я. ― Две сотни, так столько получают няни без образования.
― А у вас, стало быть, образование имеется? ― почему-то усмехается герцог.
― Имеется, ― строго ответила я. ― Я обучалась в пансионе пани Вильчур, а затем на курсах гувернёров.
― И дипломы с рекомендательными письмами имеются?
Оливия, почувствовав моё негодование, успокаивающе гладила меня по спине, чтобы герцог не видел.
― Дядя, пожалуйста, давай оставим Амелию, ― оставив меня, Оливия подбежала к герцогу и стала перед креслом, где он сидел, на колени. Она схватила его руку и приложила к щеке.
У меня сердце сжалось от её поступка. К тёмным богам эти деньги, жалко оставлять её в этом холодном доме в полном одиночестве.
― Вставай, Оливия, ― растерялся герцог. ― Никогда так больше не делай.
У девочки на глазах появились слёзы. Я первый человек, кто обратил на неё внимание и вот последствия. Мы знакомы два дня, а она уже готова руки целовать, ради того, чтобы меня оставили.
Это надо было так сломать девочку, перевернуть все ценности с ног на голову.

― Я согласна и на две сотни, только Оливия, не плачь, ― ласково уговаривала я её. ― Я не брошу тебя.
― Правда? ― с надеждой спросила она меня, и я кивнула. ― Ты не уйдёшь как мама?
В горло перехватило спазмом от жалости к ней. Что же стало с её мамой? Где она сейчас? понимаю, что при ней спрашивать герцога не стоит. Мало ли какая правда могла проявиться. Спрошу позже, когда Оливии не будет рядом.
― Дипломы, как и одежду мне должна привезти сестра, прошу позволить ей подняться ко мне, ― сразу поставила я в известность герцога о посещении Аманды. Скоро она меня найдёт, и тогда всё равно придётся просить разрешения на её посещения. ― Можно, она будет, иногда навещать меня, Оливия не пострадает. Мы будем находиться все вместе.
Герцог кивнул, не стесняясь, рассматривая меня. Что его так заинтересовало? Я нервно поправила волосы, которые сегодня ещё не знали расчёски.
― И ещё…

― Не много ли просьб, дорогая пани, ― насмешливо произнёс герцог, смущая меня.
― Я хотела попросить разрешения посещать вашу библиотеку и брать книги для чтения.
― Это само собой разумеющееся, вы воспитатель Оливии, и всё, что касается её благополучия в вашем распоряжении. Не нужно каждый раз спрашивать у меня разрешения, ― удивил меня герцог, а Оливия захлопала в ладоши.
― Амелия, ты остаёшься со мной, ― обрадованно кинулась она ко мне в объятия.
― С нами, ― поправил девочку дядя Итон, ― Амелия остаётся с нами.
Герцог отвернулся к окну, а Оливия украдкой поцеловала меня в щёку.
― Я так рада, ― шепнула она мне.
― И я рада, ― прошептала я в ответ, целуя её в лобик.

На лестнице послышался топот ног и приглушённые разговоры.
― Ваше сиятельство, вы нас звали, ― в дверях появился невозмутимый Густав, а за его спиной прятались три женщины.
― Мне бы хотелось знать, слышали ли вы мой приказ насчёт пани Амелии, которые я отдал вам во дворе? ― голос герцога был обманчиво спокойным.

Марыся вся сжалась и даже стала меньше ростом. Дворецкий и остальные слуги расслабились.
― Конечно, ваше сиятельство, я отдал необходимые распоряжения служанкам, ― с достоинством ответил дворецкий.
― Густав, либо вы меня сейчас обманываете, либо вас служанки водят за нос, ― ледяной голос герцога пробирал до костей и дворецкий заметно поёжился.
― Вы знаете меня не первый год, ваше сиятельство, и разве я подавал повод к подобному недоверию? ― с достоинством спрашивает Густав.
― Теперь я уже сомневаюсь, ― герцог не обратил внимания на обиженный вид дворецкого. ― Но допускаю, что вы не намеренно обманывали меня, а допустили халатность.
― Виноват, ― Густав опустил голову, только я успела заметить, как яростно сверкнули у него глаза. На кого он злится? На герцога или служанок?
― А с вами я даже разбираться не буду, ― безразличным тоном сказал герцог служанкам. ― Густав, уволить всех троих без выходного пособия.
Вам же я даю ещё один шанс, не подведите меня при подборе персонала. Особенно обратите внимание на личную горничную моей племянницы. Она должна быть расторопна и не выполнять больше никаких обязанностей, кроме как прислуживать пани Оливии.

― Благодарю вас, ваше сиятельство, ― Густав низко поклонился, облегчённо переводя дух. ― Я сегодня же займусь этим.
― И ещё, ― герцог пристально всматривался в лица служанок, ― найдите расторопную прислугу для пани Амелии. Ей необходимо помогать до полного выздоровления. Следить за приёмом лекарств. Принимать пищу воспитательница Оливии будет вместе с ней. Вам ясно?
Все присутствующие кивнули, даже мы с Оливией. Кажется, жизнь налаживается и я подмигнула улыбающейся девочке.
― Ваше сиятельство, ― дворецкий говорил так, словно сомневался, стоит ли беспокоить его светлость. ― У ворот замка стоит девушка с узлами и требует пустить её к пани Амелии.