Чудо в Купальскую ночь

4

Глаза открывать не сильно хотелось. Кто их знает, этих древних богов, куда в в этот раз закинули… Обратно точно не вернули. Во мне боролись любопытство и страх. Любопытство, конечно же, пересилило. Оказывается, меня приземлили возле невероятной красоты терема. Небесно-голубые стены были украшены затейливыми орнаментами. Сперва показалось, что они одинаковые. Но, присмотревшись, поняла - по каждому краю стены вился уникальный орнамент, и он словно перетекал в соседние.
- Лёлишна, чего замерла? - окликнула меня Дива. - Вставай, заходи в терем.
Перун помог сначала подняться с травы, а потом и взойти по крутым ступенькам терема. Нет, я не беспомощная. Мне всё здесь в такую диковинку, смотрю по сторонам, а не под ноги. Зашли в горницу, нас усадила за стол девчушка лет семи. Быстро поставила перед нами деревянное блюдо с блинами и огромные деревянные кружки с каким-то напитком.
- Прядёт? - спросил у девчушки Перун.
- Прядёт второй день, - вздохнула та. - Доолгооо…
- Привыкай. Не вздыхай, - с укором сказал Перун. - Или в поле возвращайся - к братьям-сёстрам.
Девчушка быстро куда-то убежала, ничего не ответив. Видно, обратно ей совсем не хотелось. Дива придвинула блюдо поближе ко мне.
- Ешь, девонька! Небось, проголодалась после всех своих путешествий, - ласково произнесла она.
- Нет, - сказала я, а рука сама потянулась за блином.
Эта необычная божественная пара, глядя на меня, рассмеялась. Хотя, глядя на них, и не подумаешь, что это боги. Встретила бы их в своём мире - подумала, что руководители кружка из дома творчества, влюблённые в своё дело до невозможности. Но это самые настоящие боги, и я где-то в очень Древней Руси, как поняла.
Отхлебнув напиток, поняла - вкуснее этого ничего в жизни не пила. Надо рецепт спросить - в "Калачике" такое пойдёт. Да и блины необычные. Очень вкусный обед. Взяла ещё один блин, попыталась на вкус определить рецепт. Конечно же, не получилось. Да, наши предки знали толк в простй и сытной еде.
- Дива, Перун, мы же сюда не поесть прилетели? - расслаблено поинтересовалась у богов.
- И поесть тоже, - улыбнулся Перун перемене моего настроения. - Девонька, ты память растеряла? Забыла о чём в лесу говорили? Мы к Макошь пришли, чтоб она растолковала как тебе в твой мир вернуться. Знаешь, кто это такая?
- Имя слышала, - мне почему-то стало стыдно за своё незнание славянских богов и богинь. - И где же она?
- Прядёт чью-ту судьбу.
Ответ меня поразил так, что я замерла с кружкой у рта.
- Это как? А вы меня вернуть обратно не можете так, как сюда доставили?
- Не можем, Лёлишна, - вздохнул Перун. - Если б могли, уже дома была бы. Прости нас, девонька! Кто ж знал, что ты в руки это яйцо возьмёшь… Хорошо, хоть не разбила.
- Совсем дурочку из меня не делайте, пожалуйста, - обиделась я. - Подозрительные яйца я не использую - ещё посетителей не хватало отравить. А может и ничего бы не случилось, если б разбила?
Дива и Перун в лице переменились. Но ответить ничего не успели. Из соседней горницы вышла невероятной красоты женщина. Высокая, статная, черноволосая, в платье в пол под цвет небесно-голубых глаз. Не подумайте, Дива - тоже нереально красива. Но эта излучала в добавок к красоте какую-то неведомую силу. Такая действительно может чью-то судьбу изменить.
- С чем пожаловали? - поинтересовалась она.
Дива откуда-то достала проклятое чёрное яйцо. Меня прям передёрнуло от его вида.
- Опять Кощей? - возмутилась Макошь. - Я всё пропустила?
- Ты же за прялкой была, - успокоила её Дива. - Макошь, мы вместе с яйцом девицу из будущего забрали. Её бы вернуть обратно…
- Как тебя зовут? - наконец-то Макошь обратила на меня внимание.
- Лёлишна, - почему-то я представилась так, как меня Дива назвала.
- Ну что, девица Лёлишна, отпускаем их? Им яйцо надо ещё отнести, чтоб Кощею всё вернуть, - пояснила Макошь.
Я лишь кивнула в ответ. А боги словно растворились в воздухе. Эх, даже не попрощались. Ну и ладно. Хотя, могли бы и сказать что-то. Всё-таки не увидимся больше. За этими мыслями я и не заметила, что меня очень пристально рассматривает Макошь. Как кролика подопытного, точне крольчиху, изучает. Прям дрожь пробрала, а вместе с дрожью злость пришла. Уставилась в ответ на Макошь.
- А ты смелая, Лёлишна, - протянула она. - Мало кто решится вот так в упор на богиню, ответственную за судьбы людей, смотреть. Ты и сейчас глаз не отвела.
- Может быть потому, что в моём мире в тебя не верят? - с вызовом поинтересовалась у неё.
- Смешная ты… - грустно произнесла богиня. - Верят в меня в твоём мире, и не только в меня. Да и на уровне ощущений от предков тебе благоговение перед нами должно передаться. У всех оно есть.
- Может, и у меня есть это благоговение. Но я очень устала и хочу домой! - недовольно ответила я. - И мне совершенно всё равно кто меня туда сейчас отправит!
- Ишь, какая шустрая!- усмехнулась Макошь, и провела рукой по моей спине.
И в этот момент стало действительно всё равно. Исчезло всё - злость, усталость, раздражение. Стало абсолютно всё равно, что нахожусь в неизвестном мире. Желания все куда-то испарились. Последнее, что я помнила - мягкую подушку под головой.

- Отдохнула? - раздалось у меня над головой.
Я, что, уснула? Как, когда? Мне ведь совершенно не хотелось. Мгновенно вспомнила где сейчас находусь. Опять проделки богов, что ли?
-Теперь и поговорить можно, - продолжила Макошь. - Вернуть тебя обратно мы прямо сейчас не можем, Лёлишна!
Как? Почему? Навсегда что ли тут останусь? На глаза навернулись слёзы.
- Так, не плакать! Ты меня услышала? Сейчас не можем! - попыталасьуспокоить меня богиня.
- А когда сможете? - я уже не сдерживала рыданий.
- В Купальскую ночь. Если тебе будет положено чудо или найдёшь цветущий папоротник, - спокойно пояснила Макошь.
- Цветущий папоротник? Чудо? Издеваетесь? - зло спросила я. - Нечего мне сказки рассказывать! Не верю в них.
- Веришь-не веришь, а кощеево яйцо в рученьки свои взяла… - пробормотала Макошь. - Вставай, буду тебя в чувство приводить, Лёлишна из будущего.
Богиня отвела меня в небольшую горницу, усадила за прялку и дала веретено в руки.
- Работай! Выгоняй дурные мысли из головы, - приказала она и вышла.
Чего? Она сейчас серьёзно? Где я, а где вот эти женские атрибуты древности… Точно, издеваются. В горницу забежал огромный черный кот и потёрся об мои ноги. Эх, мурлыка, умел бы ты говорить… Я б тебе рассказала, что даже иголку в руках толком держать не умею. Все мои женские таланты сосредоточились только на кулинарии, а на рукоделии они отдохнуть решили. Кот словно прочитал мои мысли и решил успокоить громким мурчанием. Я сама не заметила, что пряду нить. Как?
Тем временем в другой горнице шёл очень занятный разговор.
- И что это было, позволь поинтересоваться? - возмутилась Макошь.
- Ничего, - ответил ей приятный баритон. - Помог девочке нить её судьбы спрясть, ты ж сама хотела.
- Хотела, - подтвердила Макошь. - А ещё хотела, чтоб она осознанно это сделала. И непонятно какого лешего ты вмешался?
- Дядюшку моего зря не поминай, а то явится ещё сюда, - рассмеялся баритон. - Лучше расскажи, что девочка спряла себе.
- А ты разговор не переводи. Теперь я понимаю, за что тебя Кощей обратил в кота. Слишком ты самовольничать любишь.
- Кощей меня до сих пор вообще-то нечистью считает. Вам же всем это и на пользу, - возмутился черный кот, и вернулся к прежней теме. - Что девочка спряла?
Ответа он не получил. Лёлишна вышла к ним из соседней горницы.
- У меня это… - смущённо пробормотала она, - нитка закончилась. Совсем.
- Вот и славненько, - ответила Макошь. - Сейчас тебя соберем, и поселим недалеко в избушку на опушке. Надо ж где-то тебе жить до Купальской ночи…
- А раньше совсем никак? - с надеждой спросила Лёлишна.
- Никак, девонька. Сначала тебе надо научиться верить в чудеса. Запомни, чудо может произойти только с тем, кто в него верит! - сказала Макошь. - А сейчас ступай в горницу, и выбери себе несколько платьев. Твоё совсем поистрепалось. Да и не для наших краёв оно.
Девушка ушла, а Макошь шикнула на кота:
- Иди-ка, Семён, к дядюшке своему! Заодно и с мавками, и с русалками у реки поговоришь. Может какие новости расскажут. Или ты за Лёлишной хотел увязаться?
Кот ничего не ответил, только хитро посмотрел в сторону богини и выскочил в окно. "Паршивец! - подумала Макошь. - И за что только люблю этого прохвоста…" Она щёлкнула пальцами, и тут же прилетела птица на окно. Макошь что-то шепнула ей, и та сразу же улетела.