Чудо в перьях и сбоку бантик

Глава 3 Ангел ?

Мужик, а в этом не было сомнений, застонав, сел. Села и я с отвисшей челюстью. Тут же закричав подскочила. Попу жгло огнём от еловых иголок.

— Можно потише?– простонало чудо в перьях на родном мне языке.

У меня не нашлось приличных слов чтобы ответить. Они испарились вместе с алкоголем в моей крови. Пришлось говорить на матерно-русском. У всех Новый год как Новый год, а я блин в сказку попала.

— Как некрасиво.– проворчало чудо, усаживаясь поудобней.– Приличные кикиморы бранью не разговаривают.

Челюсть у меня окончательно отпала, как и желание говорить прилично. Как он назвал меня? Кикимора?

— На себя посмотри уголёк недожаренный! Какая, я тебе кикимора?!

— Невоспитанная да ещё и пьяная.

— Ах ты петух новогодний!

— И вовсе я не похож на петуха. Я их видел. А вот ты явно в зеркало не смотрелась. Чумазая, растрёпанная, плохо пахнешь. Ты же знаешь, что кикиморам запрещён алкоголь?

Сказанное меня задело. Бросив чудо, ринулась к зеркалу в коридоре. Отражение меня не порадовало. Ммм, да. В данном виде я вполне могу претендовать на победу в конкурсе самой кикиморной кикиморы на болоте.

На голове воронье гнездо из светлых волос. Даже перо серое торчит. Думаю оно принадлежит незваному гостю. Серые глаза с кругами как у панды из–за потёкшей туши. Пухлые губы скрыты за размазанной помадой. Я ведь даже рабочий костюм не сняла. На белой блузке потёки от слёз, смешанных с косметикой. Чёрная классическая юбка до середины бедра повёрнута разрезом на левое бедро. Ещё и этот разрез достаёт почти до ремешка. За чулки и говорить не стоит. Их будто собаки драли.

Вот в таком виде я Новый год встречала. Говорят, как встретишь, так его и проведёшь. Год у меня будет весёленький.

С видом суровой реальностью в мою голову ворвалось запоздавшее понимание происходящего. Я похожая на чучело рассматриваю себя в зеркало, пока в моём зале сидит крылатый мужик свалившийся с неба. И самое невероятное то, что я это восприняла спокойной.

Нет, не может быть. Людей с пернатыми крыльями не существует. Да и с не пернатыми тоже. Скорее всего, я просто сплю. Да. Это глупый, пьяный сон.

Боль от ногтей, впившихся в руку, доказала обратное. Не сон.Тогда белочка. Ну как ещё по-другому можно видеть бред, при этом не спать. Ещё существует возможность того, что я сошла сума. Как ни крути, перспективы не радужные.

Первый смешок сорвался с губ сам собой. Ну точно я сошла сума. Истерика лилась из меня потоком, обволакивая воспалённый разум. От смеха даже слёзы выступили на глаза.

— Болезная, ты чего это ржёшь как сивая кобыла?– вмешалось видение.

— Отвянь глюк!– выдавила из себя сквозь смех и слёзы.– Не видишь у меня истерика.

— Ммм да, неправильная ты кикимора. Хотя смех, то что надо для отпугивания от болот людей.

— Да кто бы говорил. Сам похож на недобитую ворону.– подколола я плод своего больного воображения.

— И то, правда.– задумчиво протянуло чудо, рассматривая нас в отражении.– Надо исправлять.

А потом произошло невероятное. Щелчок жилистыми пальцами, с острыми коготками и мы оба чистенькие, в новой одежде.

На мне вместо рабочего костюма широкая юбка–штаны кремового цвета. Кипельно белая рубашка с кружевными ставками и высокими манжетами. Необычно, но красиво.

Глюк тоже преобразился. Разодранные светлые когда-то штаны сменили кожаные брюки чёрного цвета. Белая свободная рубаха потемнела до тёмно-серой и как-то уменьшилась в размерах, облегая довольно красивый торс. Грязные крылья очистились и пригладились.

Оказалось они не белые. Градиентом с верху вниз от белого до почти чёрного. И волосы такие же. Светлые на макушке темнели к концам.

— Вау! Хочу также уметь.– восхитились я, рассматривая то себя, то его.

— Навряд ли. В вашем мире мало силы.

— Что ты ещё умеешь?

— Много чего.

— А привести в порядок нанесённые разрушения?

— Легко.

Ещё один щелчок пальцам и моих ушей достиг тихий перезвон, будто стеклянные бусины бьются друг о друга. Зал не узнать. Исчезли мои жемчужно-зелёные обои с веточками сакуры. Их место заняла каменная облицовка с редко торчащими из стены палками. Вместо ламината, солома и жухлые листья. Посреди комнаты толстый ковёр с кучей подушек разных размеров.

Пропала плазма, на которую я копила почти два года. Из моего осталась ёлка с мигающими гирляндами и обалдевший Рыжий. Глаза кота размером с пятирублёвую монету. Испарился запас дождика, который он прятал под диваном.

— Мяу!– как-то матерно выразился кот и сокрушённо сел на пушистый зад.

Как же я его понимала. Это полный "МЯУ!"

— Слышь птица божья, верни всё обратно.– выдавила я, не узнавая собственного голоса.

Держать себя в руках оказалось слишком сложно, так и хотелось подстрелить эти шикарные крылышки из дедовского ружья.

— Что не так?– удивилась моя белочка.

— Назад верни или я тебя добью, а кот мне поможет.

Насчёт кота я не шутила. Отойдя от шока, Рыжий тихо подкрадывался, целясь на свисающие до пола крылья. Видимо, он нашёл чем заменить отобранную мишуру. Рыжий довольно часто летом таскал домой воробьёв. Думаю, эта птичка ему не по зубам. Хотя, может, просто собрался мстить.

— Подумаешь.– пожал плечами глюк и всё вернулось обратно.

Всё кроме ёлки, она возвышалась в углу комнаты доставая почти до потолка украшенная гирляндами, разноцветными шариками и почему-то маленькими пёрышками золотого и серебряного цвета. Красиво. Ну и, конечно, натворённого ним же беспорядка.

— Вид кикиморы тоже возвращать?– скрестив руки поинтересовался глюк.

Из-под дивана раздался радостный мяв и шуршание. Вернулась заначка Рыжего. Вот её мог бы не возвращать.

— Нет, это оставь.

Круто я обладатель Золотой Рыбки. Главное теперь до крайности не дойти в желаниях, дабы не остаться у разбитого корыта.

В голове промелькнула мысль, что когда всё закончится, где я очнусь дома или в палате психбольницы. Хотя какая разница. Узнаю о том позже. Сейчас мне хотелось увидеть, до чего дойдёт моя фантазия.