Чудовище Алого Янтаря: Дорога

4 глава

Ветер вздымает хлопья пепла… Над неспокойным горизонтом мелькают тени. Пред юношей на сером песке валяется безжизненный силуэт. Из пробитой головы по длинным чёрным волосам струится слишком много крови. Кровь запачкала трясущиеся руки. Крови настолько много, что она начинает топить всё окружающее пространство. Где-то далеко громом разлетается глумливое:

– «Поплавай, псинка», и уровень крови поднимется до колен. Юноша хочет отпрянуть от этого места, побежать куда-нибудь, но обнаруживает, что на нём ошейник, толстой цепью соединённый с кровавым покрытием. Он пытается сорвать ошейник, царапает кожу, однако всё тщетно. Кровь поднялась слишком высоко. Юноша встаёт на цыпочки, жадно глотая воздух, и в конце концов полностью погружается. Янтарный взгляд рыскает вокруг, ища спасение. Воздух заканчивается. Лёгкие заполняет жидкость, а тело агония. Отмучавшись несколько минут, что длились годами, яркий взор потух, опускаясь на дно…

Хвостатый очнулся во всё той же лачуге, найдя себя валяющимся на полу.

– «Кошмары, милок?» послышался голос хозяйки, развешивающей пучки каких-то трав на протянутых под потолком верёвках. Соня ошарашенно огляделся, и уже через миг придя в себя, констатировал:

– «Всего лишь кошмар…». Бабка предприимчиво ухмыльнулась, и выдала:

– «Ты во сне так брыкался… Я уж испужалась, что мне лавку поломаешь… И часто у тебя такие кошмары?».

– «А какая разница…» просипел гость, накидывая рваное пальтишко. Деловитая старушка сказала:

– «Ты гляди, есть у меня лекарство одно, от кошмаров помогает, всего лишь нужно перед сном принять три ложки…».

– «Не, Семёновна, мне всякие травки, да эликсиры ни к чему. Уже когда-то давно по глупости повёлся на уверения твоего собрата по цеху. Но я предпочитаю о том случае не распинаться. Скажу лишь, что мне до сих пор не ясно, как я тогда выжил… Кхм... В общем никогда больше…» отрезал он, проверяя содержимое своей сумки. Хозяйка пожала плечами:

– «Ну как хошь, я б тебе пару марок скинула за красивые глазки… Но раз нет – знач нет» …

Собрав вещички, и поблагодарив старуху за ночлег, он покинул стены лачуги, дабы разведать обстановку в деревне, а заодно попробовать разжиться провиантом.

Солнце прощалось с миром, готовясь упокоиться. Комары окружили скитальца, тщетно пытаясь прокусить толстый слой грязи на коже. Он прикинул, стоит ли умыться в протекающем поблизости ручье: «…С одной стороны, ходить чумазым неприятно, но с другой так не хочется даже касаться воды». В конце концов решение было принято: встав на колени перед текущей водицей, Хвостатый нехотя зачерпнул полные ладоши, плеснул в лицо и принялся усердно смывать грязь. Эту процедуру потребовалось повторить несколько раз, дабы лик стал хоть малость чист. Полотенца под рукой не оказалось, поэтому пришлось утираться внутренней стороной пальто, той, что казалась наиболее чистой. Глаза сверкнули, вода, стекавшая по выцветшим красноватым прядям, вмиг испарилась. Он быстрым шагом направился к старосте…

Пантелей в это время как раз готовился ко сну, и внезапный стук в разбитую дверь встревожил его не на шутку.

– «Здравствуйте, господин путешественник, чем могу быть полезен в столь поздний час?» услужливо вопрошал старик, открыв дверь незваному гостю.

– «Я собираюсь скоро уходить, и мне бы не помешал провиант…» сказал оборванец, невзначай разминая пальцы. Рыбников ответил:

– «А-а, провиант… Да, у нас остались с прошлой зимовки кой-какие запасы… Но за просто так отдать их я, увы, не могу – надобно выполнить одну работёнку…».

– «Может в качестве оплаты сойдут деньги?» раздражённо поинтересовался бродяга, моментально получив оправдание: «…ну, видите ли… бедные мы люди, никто не поможет, руку помощи не протянет, а кушать детишкам надо… ловили рыбку раньше, но сейчас чертовщина какая-то в ручье завелась – воду потравила, рыбёшек всех сожрала! Не сможет ли могучий славный воин пройтись вверх по течению, и поискать в лесной чаще виновника наших бед?». Парень с красновато пепельными волосами приблизился к хозяину дома:

– «Пантелей, мне кажется или ты пытаешься от меня избавиться?». Тот весь переполошился:

– «Да как можно!? Люди честные, что ж я…», но его сразу же перебил скиталец: «Я прямо сейчас в этом ручье умывался, а до этого по течению в лесу шёл, и всё там с водой нормально…». Пантелеймон побледнел и поплыл:

– «Э-э… Так яд-то магический! Да! А тварь эта водная – на самом дне обитает, хрен её разглядишь, пока на поверхности не покажется, да за ногу не утянет!». Чужак лихо сверкнул острыми клыками, и, прищурившись отвечал:

– «Магии в вашей воде нет, а уж магических ядов и подавно, иначе я б за милю почуял столь характерное колдовство… И как я в теории должен вашего монстра искать, если он только на дне сидит, к тому-же насколько вообще глубоким должен быть ручей, чтоб там дно не просматривалось? Может, конечно, вода мутная – в ваших краях трясин хватает, но тогда вопрос об убийстве существа всё ещё остаётся открытым… Короче не парь мне мозги, старче, иначе худо будет, лучше провиантом поделись, да со скидкой за враньё». Бледный староста опасливо закивал:

– «Д-да я вообще человек старый, мне чего наши мужики рассказали, то и я вам… Вы только успокойтесь, не надо кровопролития, а уж вам скидочку порядочную сделаю – можете не сомневаться. А негодяев этих, что мне насвистели, накажем, месяц будут одной только снытью питаться…». Хвостатый, с явной издёвкой в тоне, наигранно дружелюбно ответил: