Чудо(вище) для мажора

Глава 6

(Даниил)

— Даниил, что за вид! — цедит сквозь зубы мама. — Немедленно приведи себя в порядок.

Ну вот, я же говорил!

Отец же, играя желваками, молча награждает меня испепеляющим взглядом. Все, как обычно.

— Молодежь, — роняет улыбку Лясова старшая, дабы не разгорелся конфликт. — Даша, помоги Дане подобрать рубашку к ужину, и спускайтесь к столу.

— Хорошо, мама, — рапортует послушная дочка и тянет меня за руку наверх.

Как же, собака, меня все это бесит. Почему никто не считается с тем, чего я хочу, что мне нравится, как к мне нужно? Я им что, марионетка? Петрушка?

— Данил, как думаешь, на какой цвет лучше сделать акцент? Больше белых роз или нежно-розовых? Или добавить чего-то яркого на столы? Фиалки?

— Даш, мне похрен, — опять она про свадьбу.

Спокойно, Даник, скоро все пойдут на хрен. Скоро ты будешь свободен! Но без звездюлей Добби не обойдется. Поэтому нужно подстраховаться. Помимо того, что я уже попросил, в случае чего, работу у Волкова, дяди Ромыча, еще надо бы нала снять. Только вот дома его не оставишь, а Рома уехал на соревнования. Нужно надежное место. Точно! Меня озаряет беспроигрышный вариант, что с этим делать. Это же гениально!

— Данил, ты меня слышишь?

— Делай, как хочешь, — отмахиваюсь от нее.

— Слушай, — расплывается она в пошлой улыбке. — Я хоть и в этом соответствующем моему статусу платье, однако трусиков на мне нет. Хочешь пошалить по-быстрому?

А я сегодня еще столько не выпил, чтобы на Лясову залазить.

Нет, она в принципе ничего так, просто для двадцатилетней девушки у нее все слишком. Внешность слишком похабная, несмотря на то, что родаки пытаются одевать ее прилично. Слишком навязчивая, слишком приторная, слишком высокая. Она всего-то на пол головы ниже меня. Короче, ее слишком много в моей жизни. А я этого не хочу. Но она тупо постоянно трется рядом. Тошнит уже.

— Данил, что ты делаешь?

Достаю из шкафа куртку и накидываю на себя. Хватаю кроссы и обуваюсь прямо в спальне, чтобы не задерживаться внизу. Что я делаю? Сваливаю. Нахрен не нужны мне эти разговоры о свадьбе.

— Будешь, уходить, дверь за собой закрой, — бросаю я и сбегаю вниз по ступеням.

— Даниил? Даниил, куда ты? — орет мне в спину отец.

Даже не оборачиваюсь. Прыгаю в тачку и еду на автобан. Выжимаю газ на полную и несусь к пацанам, будем гонять вместе. Сегодня шикарный заезд. Баки полные. Ехать двадцать километров навстречу ветру.

— Красавчик, где обещанный пивас? — подходит ко мне Осипов.

— В багажнике, выгребай.

— Круто, на финише раскидаем. Ты с нами?

— Да, кто гоняет?

— Все свои. Мишаня, Мемасик, Ларс. Городок сейчас подъедет.

Отлично, в заезде полно Волковских и не только. Есть с кем потягаться.

— Эй, красотки, кто прыгает? — подмигиваю девчонкам, что толпятся между машинами.

Толпой начинают визжать от радости.

— Давай ты, — выбираю темненькую, в короткой юбке.

Та моментально приземляет свой зад на пассажирское сиденье.

К старту подкатывает тачка Городка. Уже с какой-то бабой приперся. Усмехаюсь, пока не вижу, что рядом с ним моя Лимитка сидит. Цепенею. Она здесь с какого хрена?

Тачки начинают рычать. Я крепко сжимаю руль и улыбаюсь красотке на соседнем сиденье.

— Ща всех сделаем!

По команде срываемся с места. Позади черный дым от колес, а впереди двадцать километров кайфа. Быстро обхожу Мишаню и Мемасика. Глотать пыль из-под моих колес приходиться и Ларсу. Почти всю дорогу идем с Городком на равных. Лавируем между авто и фурами, пофиг. Обгоняем даже какой-то левый байк. Красотка поднимает визг при очередном обгоне и тут же чмокает меня в щеку, явно надеясь на продолжение этим вечером.

— Красавчик ты лучший!

Виляю по дороге, ночная трасса словно живая и пульсирующая. Принимает меня, впускает в свой поток. Сердце бьется, сливаясь с ревом мотора. Мое тоже перекачено чистейшим адреналином.

Позади меня маячит субарик Городецкого, мигаю ему кроваво-красными стопами. Хорошо, что трасса сегодня сухая. Позволяет выжать максимум, почувствовать свободу. За окнами, как кадры из фильма маячат деревья, старые заброшки, огни придорожных фонарей, уже закрытые кафешки. Но все это не важно, все это фон, шум. Главное, это ветер, что хлещет по щекам, рев мотора, крепкий хват руля, когда каждая тысячная секунды это миг между триумфом и кузовом в отбойнике.

— Давай, малышка, – шепчу я, сам не знаю кому: машине, себе, ночи. Улыбка не сходит с лица. Но это не улыбка победителя, это гримаса чистого восторга.

Вот только прибавляю газу, а Городок не отстает. Практически подрезает, вырвавшись вровень. Вот же кретин. Мы летим параллельно, колесо к колесу. Рев двигателей сливается в один протяжный звериный вой. В глазах рябит от скорости, от фар встречных машин.

На последнем километре цепляю бампер авто Арса. Но обогнать он себя один хрен не дает.

На полкорпуса позади моя тачка вылетает из темноты следом за субариком Городка. Тормоза визжат, сбрасывая бешеный темп. Финиш.

Я останавливаюсь. Глушу двигатель. Тишина обрушивается как ушат ледяной воды. Но внутри все еще бушует шквал эмоций. Сердце колотится, руки слегка дрожат на руле. Не от волнения, от колоссальной энергии, что только что пронеслась сквозь меня.

— Красивый, ты че творишь?! — ржет Городок, вываливаясь из тачки.

Круто погоняли, адреналина хапнули.

— Ты мне, кретин, бампер коцнул. И свою зачем подставляешь? Или богатым тачки это перчатки?

— Похрен, Арс, круто же прокатились! — тоже доволен я. Ведь для меня кайф не только в победе.

Обнимаю красотку, что ластится рядом, трется об меня своим полуобнаженным телом, несмотря на осень. Но вот моя улыбка какого-то черта быстро сползает с губ, когда из тачки Городецкого выходит Чудова. Бросаю на нее внимательный взгляд. Она что, с Арсом мутит? Почему с ним катается? Хотя мне должно же быть пофиг.