Чудовище на Новый год

7

Глава 7    А он мне нравится…

Николина

‒ Как прошёл сегодня твой день? ‒ бабушка разливала нам чай, после того, как проводила Анрэя. За окном уже сгущались сумерки, и мы сели ужинать.

Я же никак не могла прийти в себя после его взглядов, что менялись чуть ли не со скоростью света. Всё время поглядывала на дверь, боясь, что он снова ворвется сюда и начнет всё громить, и искать несуществующего человека. Может, он потерял кого-то или его бросили? И теперь ему мерещится образ или неуспокоенный дух?

‒ Николина, ты меня слышишь? ‒ Ирма тронула меня за плечо.

‒ Извини, бабушка, задумалась. Никак не могу отойти от произошедшего, ‒ не стала скрывать я свои волнения и переживания. ‒ Кого он искал? Ведь дома была только я.

Бабушка загадочно улыбнулась. И она странная. Нет бы успокоить внучку, что пережила такое, а ей весело.

‒ Никто не заглядывал? Может, кто меня искал? ‒ поставила передо мной дымящуюся чашку.

‒ Да нет, не было никого. После того, как ты ушла, я пообедала и прибралась. Посмотрела фильм, затем пошла в баню, по твоему совету. Еле приволокла ноги оттуда. После всех твоих масел, ‒ проговорила и тепло улыбнулась ей. ‒ Надо будет повторить. Нанесла свои любимые духи, крутясь перед зеркалом, и только хотела начать одеваться, как в комнату ворвался этот бешеный, ‒ другого слова для него я не нашла.

Вёл-то он себя точь-в-точь как обезумевший зверь. Во-первых, кто, не постучавшись, врывается в комнату к девушке? То факт, что он имеет ключи от этого дома, мы опустим. Во-вторых, нужно, наверное, спросить, был кто в доме еще, кроме меня? В-третьих, сделать лицо попроще. И, в-четвертых, в чужом доме не крушат комнаты, доводя гостей до нервного тика.

‒ Откуда у тебя эти духи? ‒ пока я размышляла про пункты, к которым стоило бы прислушаться Анрэю, бабушка задавала вопросы.

‒ Духи? Мне их папа подарил. Один флакончик не успевает заканчиваться, как отец преподносит следующий. Я не против, запах-то мне нравится, ‒ выложила я как на духу, ни о чем не подозревая, а вот бабушка напряглась. ‒ Как себя помню, папа всегда их мне дарил.

Дальше бабушка попросила меня их принести. С чем был связан её интерес к моим духам, я так и не поняла, но флакончик положила на её протянутую ладонь. Ирма ловко открутила колпачок и принюхалась. В точности, как до этого делал Анрэй. Движения были схожи до мелочей.

‒ Так, так. Интересно, ‒ бабушка разговаривала сама собой, всё еще принюхиваясь, при этом закрыла глаза. ‒ Да тут намешано всего. Ага, не обошлось и без табака. Хитро и умно.

Ирма еще долго изучала мои духи, затем вернула колпачок на место, а флакон исчез в кармане её платья. С удивлением взглянула на неё.

‒ Они тебе больше не понадобятся. И думаю, стоит сказать родителям, что ты у меня, а не в горах со своими друзьями, ‒ улыбнулась она мне и развернулась к плите. Откуда она узнала, что я приехала к ней без разрешения? ‒ И ещё. К нам на ужин сегодня придут гости. Они хотят познакомиться с моей внучкой. За столом будет и Анрэй. Он придет извиниться.

При упоминании имени мужчины дрожь прошла по телу. Вспомнились его прикосновения ко мне, и как мне стало горячо от одного его касания. Не может же быть такого, чтобы меня мог взволновать совершенно незнакомый человек случайным касанием? Даже Геру я заметила только на пятый год обучения вместе. А тут я видела его всего три раза. Не знаю, какой он человек. Правда, ладони у него горячие…

‒ Он тебе совсем не нравится? ‒ тут же поинтересовалась бабушка, наблюдая за эмоциями на моём лице.

‒ Он меня пугает, ‒ честно призналась я.

‒ А ты отбрось всё произошедшее, что связано с ним, и представь его рядом с собой. Просто рядом, как своего парня, мужчину, ‒ подначивала меня бабушка. ‒ Словно вы познакомились при более в романтических обстоятельствах. Просто представь.

Зачем бабушке это? Но я поддалась на её уговоры и закрыла глаза.

Анрэй.

На вид ему можно было дать больше тридцати лет. Но он был не брит, да и хмурился всё время. Эдакий средневековый воин, наученный только вести войны, сражаться и не знать боли. Мужчина был крупного телосложения, высоким и поджарым, словно и зимой частенько навещал солярий. Но он вряд ли, такие мужчины красивы от природы. И не смазливым личиком, а именно мужественной красотой. На лицо он, конечно, и так был симпатичным. Если бы мы познакомились при других обстоятельствах, то я бы, скорее всего, не устояла перед ним. За ним я действительно была бы как за каменной стеной. Я доставала Анрэю едва до подбородка, хотя не была хрупким созданием. И его голос. От них же мурашки по коже. Приятные такие. Словно нежишься в объятиях бархата и шелка одновременно…

А его руки… Загребущие, мозолистые, крепкие, но от этого не менее желанные. Всего лишь на секунду представила, как бы он обнимал меня, касаясь обнаженной кожи. Ведь мог. Сегодня я была защищена от него одним лишь полотенцем. Да и запястье до сих пор горело от его прикосновения, напоминая о нем. 

И до меня только дошло, что он и пальцем не тронул, хотя был, как бы мягко сказать, в бешенстве. Даже мой вид его не раззадорил. Другой бы сразу начал флиртовать, глазки строить, или перешел бы к более настойчивым поползновениям. Я же была не защищена ничем. Меня от таких мыслей передернуло.