Чудовище туманного леса

Глава 6

Из жилой комнаты уже выглядывала сухопарая старуха в чёрном одеянии и таком же платке на голове.

— Ну, заходите, коль пришли, — поджала она тонкие губы и сердито посмотрела на Арину.

Молодые люди вошли в комнату. А там не то что спать — сесть было некуда. Кроме бабки, в доме были ещё три женщины помоложе — дочери или невестки, четверо мужчин и несколько детей — от малышей до подростков.

Воздуха в избе, несмотря на открытое окно, было мало. Большое семейство готовилось к ужину. Женщины готовили и накрывали на стол, за которым сидели мужики и мальчишки постарше. Свободным оставалось только одно место — старосты. Старшие девочки занимали малышей, ползающих по полу. Те, что помладше, что-то шили или вышивали.

При появлении Арины хмурые взгляды всех обитателей безразмерного дома обратились на неё.

— Спать будешь на месте Чернавки, — буркнула хозяйка дома и повернулась к охотнику. — Поешь с нами, Яр?

— Нет, спасибо, — ответил мужчина. — Мне в дозор скоро.

— Простите, что влезаю, — тронула за плечо бабку Арина. — А где спала ваша Чернавка?

От прикосновения старуха вздрогнула и отстранилась.

— Там они с мужем спали, — указала она рукой на пол в углу избы.

Весь её вид говорил о том, что она не рада принимать чужачку в своём доме. Неудивительно — своих бы по углам как-то распихать.

— Спасибо вам за гостеприимство, — Арина приложила руку к груди. — И вы меня, конечно, извините, но я не хочу спать с Чернавкиным мужем. Пошли, Яр, я у тебя поживу. У тебя посвободнее будет.

Она решительно развернулась и толкнула дверь в сени. В спину ей донёсся дружный «ох» удивления и неодобрения, и возгласы вроде: «Бесстыдница!»

— Какой я тебе Яр? И что ты себе позволяешь? — зашипел Яромир, поймав девушку за руку уже на улице.

— А что я себе позволяю? — удивилась она. — Ты видел? Там яблоку негде упасть. И психологическая обстановка удручающая.

— Ко мне ты тоже пойти не можешь, — упрямо поджал губы мужчина.

— Ещё как могу! — упрямо ответила Арина. — Ваш волхв сказал, что если я не захочу к старосте, то могу пойти к тебе. Так что извини.

На улице уже смеркалось, и отовсюду доносился запах готовящейся пищи.

Охотник заиграл желваками, но молча повернулся и пошёл по улице к главным воротам.

«Ну вот, довыделывалась. Сейчас он меня из деревни выставит, и буду я под забором ночевать», — струсив, подумала Арина.

Но мужчина привёл её к крайней избе и, открыв двери, молча пропустил вперёд.

Девушка с интересом вертела головой по сторонам. У Ярослава в сенях был армейский порядок: по стенам стояли и висели копья, ножи разных размеров, лук со стрелами и даже парочка мечей — или чего-то очень на них похожего.

В жилой части было всё, как у остальных: печь в углу, стол с лавками у окна и широкая лавка, видимо имитирующая кровать, у противоположной стены. Сундук и полки с простой посудой.

Арина остановилась посреди комнаты и вдруг почувствовала смущение. Вся её бравада осталась за порогом жилища этого угрюмого холостяка.

Видимо, Яромир почувствовал состояние девушки.

— Не стой столбом, за стол садись, — сказал он, не глядя девушке в глаза. — Время вечерить.

Молча он зажёг стальную свечу, достал тёплый чугунок из печи и поставил на стол деревянную миску.

— А ты? — спросила Арина, заметив, что второй тарелки он не достал.

— Я ухожу на ночь. Меня не будет. Можешь располагаться, — буркнул охотник и стал заворачивать в тряпочку кусок хлеба и мяса.

Не попрощавшись, он вышел из дома и оставил нежданную гостью одну.

Арина вздохнула и положила себе мясное рагу с овощами. В окно ей было видно, как охотник во дворе что-то проверяет. Девушка с аппетитом съела ужин и почувствовала, что смертельно устала.

Она сложила руки на стол, на них положила голову и смотрела в темноту вечера за окном.

С улицы пахло остывающей землёй, прелыми листьями и дымом печей. Стрекотали сверчки, где-то блеяла коза и вяло перегавкивались собаки.

Арина не заметила, как уснула.