Чудовищная история

Пролог

Мона Арц

Сегодня всё общежитие с самого утра стояло на ушах, а всё потому, что к нам в академию с проверкой в очередной раз нагрянул Фаерон Огрис, глава Министерства магии и личный маг Его Величества по прозвищу Чудовище. Поговаривают, что даже сам король побаивается его.

Чем эта проверка грозит студентам, никто не знал, но отчего-то все потеряли покой: кто-то в срочном порядке выбрасывал хлам из комнат, кто-то судорожно зубрил двести базовых заклинаний, кто-то стирал-гладил-наряжался...

А я после бурной ночки вялая, как желе. И знаю, что меня ждёт. Поэтому вставать совсем не хочется, вот я и тяну время.

– Мона, ты, что, совсем не боишься? Он на тебя опять всех собак спустит! – тормошила меня Бонни, соседка по комнате.

У Бонни всегда царил образцовый порядок: кровать застелена без единой неровности, на голове волосок к волоску, и вся её густейшая копна стянута в тугую косу; блузка накрахмалена до скрипа и рези в глазах от белизны.

В общем, Бонни – мой антипод.

– Совершенно не вижу смысла прихорашиваться перед ним... К тому же он давным-давно женат, – равнодушно ответила я, сонно моргая в замедленном темпе.

– Пф! Да причём тут это? Я не к тому, чтобы ты его кадрила! Ни одна девушка в здравом уме не позарилась бы на такого! Ох, ну, вставай! Ты, что, не помнишь? У тебя пятно на рубашке! Ты же вчера подливой укапалась! Это Чудовище тебя сожрёт и не подавится! А что, если тебя исключат за неопрятный вид? Как я без тебя буду жить? И каково тебе будет вылететь с четвёртого курса?

– С чего это из тысячи студентов он должен заметить именно моё пятно? Я, что, пуп земли?

– Ох, замарашка ты наша... Уже который год живёшь в обществе магов, а всё ещё не усвоила правила приличия! Тяжело тебе будет... – сетовала Бон.

Тут подключилась тяжёлая артиллерия в лице моей второй соседки, Уны:

– Мона-Мона, ты такая беспечная! В прошлом году, пока ты болела, во время проверки из академии выперли одиннадцать человек! Чудовище беспощаден! – она начала тащить меня за руку, чтобы я перетекла, наконец, в сидячее положение.

– Да-да, я помню, что твоего парня выгнали из-за того, что у него на шее был засос, – я, хоть и похожа с утра на желе, но мой мозг бодр, а ум остёр.

– Не моего парня! – Уна со злости отпустила мою руку, и я плюхнулась обратно на свою шаткую скрипучую кровать. – Он просто мне нравился! И это был не засос, а синяк от удушающего приёма! Но не суть! Я... Я ненавижу этого королевского мерзавца! Мечтаю стать квалифицированным магом и сделать так, чтобы его выперли со службы!

К слову, об исключённых: на самом деле все они промышляли сбытом запрещённых зелий, которые временно кратно увеличивают магический резерв. Надо ли говорить, что последствия приёма подобных веществ крайне негативные и иногда даже фатальные? Юных преступников арестовали и отправили на исправительные работы.

Но среди студентов истинных причин исключения не разглашали, потому и ходят байки об ужасном Чудовище, губителе молодых талантов.

***

Я лениво соскребла себя с койки, пригладила распушившиеся, как лучи солнца, наэлектризовавшиеся белёсые волосы и, потянувшись, начала одеваться в студенческую форму. Да, вещи не глаженные и не первой свежести, но мне это простительно, так как я каждый день просиживаю в библиотеке до закрытия в поисках... Кхм, об этом позже. Короче говоря, мне не до пустяков, и вряд ли меня исключат.

– Совсем ты со своей учёбой и любовью потеряла чувство реальности, – вздохнула Бонни, но, увидев, как вокруг моей шеи обвивается чёрная змея, тут же отпрянула и скривила лицо: – Этот твой артефакт такой противный! Бр-р, никогда к нему не привыкну!

– И ничего он не противный! – возразила я и погладила змею.

– Уж не знаю, кто твой возлюбленный, но, если бы мне подарили такой ужасный артефакт, то я бы укокошила и дарителя, и подарочек.

– А мне нравится змей, – пожала я плечами. – Он и пятно на рубашке прикроет, если что. Правда, мой хороший? – и змейка покивала мне.

– Ладно, хватит болтать, бежим на линейку! – поторопила вечно тревожная Уна.

И мы, захватив рюкзаки, влились в коридорную толпу, чтобы занять свои места на поле возле академии.

Фаерон Огрис, гроза всего магического мира, уже ждал, когда студенты, наконец, построятся, и грозно посматривал на свои часы.

Только мы с Уной и Бонни вытянулись по стойке «смирно!», как Чудовище прогремел в усилитель:

– Опаздывающие могут собирать вещи. Истинный маг всегда пунктуален и ценит своё и чужое время. Те, кто меня услышал и понял, пусть поднимут в воздух зелёные сигнальные флаги!

И над головами студентов дружно засветились зелёные огни, сливаясь в одно яркое полотно.

– Желающие сразиться со мной и досрочно получить диплом академии поднимите красные сигнальные флаги! – все до единого огни в воздухе остались гореть зелёным. – Неужели не найдётся ни одного смельчака, уверенного в своих силах? – будто издевался господин Огрис.

– Ваше Превосходительство, – обратился к нему директор нашей академии, – каждый студент знает, что вы – сильнейший маг из ныне живущих.