Чуга

Чуга

Глава 1, в которой вы узнаете о Фуксах и не только.

Слышали ли вы когда-нибудь о Фуксах, тех, что обитают на Холмах Пустоши? Никто уж и не упомнит, почему долину, окруженную покатыми изумрудными холмами, прозвали Пустошью, но почему называли ее также Вересковой, сомнений не оставляло: долина обильно поросла веточками сиреневого кустарника, густо стелющегося по земле. Если смотреть на Пустошь сидя на Холмах, то кажется, будто сиреневое кружевное покрывало кто-то Невидимый заботливо набросил на луга меж Холмов.

По краю Вересковой Пустоши неспешно текла серебристая с переливами Река. Летом под лучами яркого, хоть и не жаркого солнца текла она, звеня и обнажая серые валуны и камни. Весной же, когда сходил последний снег, становилась она широкой и могучей, разливаясь, иной раз, до самой середины Вересковой Пустоши. Оттого и не строили дома жители Пустоши у реки, предпочитая возводить их в укромных уголках  у подножия или в изгибах самих Холмов.

Домики у Фуксов были диво как хороши: крепкие, ладные, с широкими окнами, с крышей из глиняной черепицы. Выкрашены домики были в тон небу, холмам и Пустоши: сиреневые и голубые, зеленые и песочные, крытые красной  или желтой черепичной крышей нарядно выглядывали они между Холмов.

Сами Фуксы были невысокого роста, коренастые и работящие, с длинными чуткими ушами и носом картошкой, которым они часто поводили из стороны в сторону, принюхиваясь, не пахнет ли, случаем, только что испеченным пирогом у соседа, чтобы зайти к нему в гости на чай. Больше всего в жизни Фуксы обожали ходить друг к другу в гости. Рассядутся чинно возле зажженного камина, если в непогоду, и пьют чай из блюдечек с пирогом или малиновым вареньем. А если денек погожий, то иной раз соберутся вместе, возьмут корзинку, пледы и идут пить чай из термосов у самой реки, рассказывая друг другу истории и небылицы.

По соседству с домиками Фуксов, на краю Вересковой Пустоши стоял также одинокий примечательный во всех смыслах домик: ярко голубой краской была выкрашена крыша, а все стены были разного цвета, на окошках белели уютные занавески, а на подоконниках алела цветущая герань. Жила в странном домике не менее примечательная хозяйка – Чуга - так ее звали. Была она непохожа на Фуксов: повыше и постройнее, с перепончатыми лапами, носом-клювом и длинной шеей. Жила Чуга уединенно и скромно, ухаживала за маленькими палисадником и варила самое вкусное в округе варенье.

Как и Фуксы, Чуга тоже очень любила гости, правда сама в гости она ходила крайне редко. Если уж откровенно, то только дважды:  на праздник, на который позвали всех обитателей Холмов- и- за-ними, посвященный проводам необычайно жаркого и щедрого лета, а также на один маленький семейный праздник по случаю рождения у соседей Малыша Фукса. Жила она, что уж и говорить, почти на самом краю Пустоши, оттого и забывали все время другие обитатели позвать ее в гости. Чугу это, конечно, огорчало, а позвать гостей сама она не решалась, потому как нрава крайне робкого и стеснительного. И только один Малыш Фукс забегал к ней иной раз на чай, чтобы отведать самое вкусное в округе варенье. Тогда Чуга доставала свой самый лучший сервиз, раскладывала в прозрачные креманки темно-рубиновые  вареные вишни и разливала травяной чай. По правде сказать, нет ничего лучше на свете, чем пить ароматный чай с вареньем в доме у Чуги.

Сразу за домиком проходила старенькая одноколейная железная дорога, служившая негласной границей Пустоши, и отделявшая ее от внешнего мира. Железная дорога местами поросла ковылем и подорожником, что и не мудрено, ведь поезд ходил по ней всего лишь один раз в неделю. Да и какой это был поезд, когда в нем всего один вагон да паровоз? Однако же все жители Пустоши радостно бежали встречать поезд, так как вагон этот был не обычный, а почтовый, а больше всего после походов в гости Фуксы любят получать письма.

Одно из окон домика Чуги выходило прямо на железнодорожный перрон с одинокой будкой регулировщика, и Чуга каждый раз с замиранием сердца ждала полудня среды, ведь именно в этом время прибывал поезд.

Каждую среду, за пять минут до прибытия Чуга надевала резиновые сапоги и брала зонт-трость, на случай, если вдруг начнется дождь, и выходила встречать поезд на перрон. Издалека, попыхивая белым паром, грузно переваливая колесами, приближался огромный паровоз. Двумя радостными гудками машинист объявлял жителям Холмов Пустоши о прибытии и спрыгивал на платформу. Машинист снимал фуражку и чинно раскланивался с Чугой.

-Добрый день, Уважаемая Чуга, как поживаете, как здоровье?

Чуга делала легкий реверанс и, прижав лапы к груди, задавала сокровенный вопрос.

-Уважаемый Машинист, есть ли письмо, адресованное Чуге в вашем почтовом вагоне?

 Машинист надевал фуражку, засучивал рукава и приступал к поиску, приговаривая «Ну-ка, ну-ка, ну-тес посмотрим… Фуксу из домика с желтой крышей, Фрау Фукс из зеленого дома под Холмом, Семейству Почтенных Фуксов». Так он перебирал все письма, а после неизменно разводил руками.

-Сожалею Уважаемая Чуга, но сегодня вам тоже нету письма. Возможно, оно еще просто не успело дойти и прибудет в следующий раз!

- Да-да, скорее всего, в следующий раз! Наверное, вы правы! -  раскланивалась обрадованная Чуга, прощаясь с машинистом.

А перрон уже заполняли обитатели Пустоши, получавшие от машиниста заветные белые конверты с радужной маркой. Чуга же уходила в свой домик, открывала окошко и махала вслед уходящему паровозу, оставаясь ждать очередной среды.

Но вот однажды, выйдя на платформу без пяти минут до полудня, держа наготове зонт,  Чуга напрасно прождала паровоз целых полчаса - неслыханное для Чуги приключение! Не пыхал вдалеке пар, никто не оглашал радостными гудками прибытие поезда и растерянная Чуга стояла на перроне, то сжимая, то разжимая зонт. Вокруг озадаченные толпились жители Пустоши.



ekaterina pietra

Отредактировано: 15.06.2017

Добавить в библиотеку


Пожаловаться