Чумная попаданка. В поисках древней магии

Волшебная палочка

— Нет, она не доставляет мне проблем… — проговорил Элиос по старинному телефону с круговым циферблатом, ходя шахматной пешкой.

Мы приехали домой к деду, в двухэтажный дом, что был по-старинному обставлен, и уже час говорил с мамой. Она трезвонила ещё до нашего прихода, и, в отличие от моих ожиданий, у них не было ни ссор, ни ругани. Больше всего мама волновалась о том, чтобы я не мешала деду с его работой.

Эта женщина меня поражает. Я — самый спокойный ребёнок из её потомства! А она меня только позорит. Сделав ход, я коротко произнесла одними губами: «Мат», отчего мужчина остолбенел. Поднявшись и потянувшись, я принялась осматривать новые хоромы.

Вкусы моего родственника были недурны. Я не разбиралась в названиях дизайна этого мира, но настоящее тёмное дерево с сочетанием красного всегда работало, сама мебель была удобна и элегантна, хотя, на мой взгляд, всё было слишком заставленно.

Проходя мимо одной стены, я заметила нарисованное дерево каких-то родов, листья которого словно колеблелись на ветру. На ветвях были портреты людей, а под ними надписи. Читая их имена, я заметила вычеркнутую фамилию Поттеров. Она была не единственной, но слишком часто за сегодня слышала эту фамилию. Мне уже было интересно, кто такой был этот Гарри Поттер и чем он так прославился на этот мир. Кстати, там я встретила и фамилию сегодняшнего знакомого — Нотт. Маркус Нотт и его сын Теодор и его жена Элеонора…

— Ты даже спросить ничего не хочешь, — поблизости я услышала какой-то обиженный голос Элиоса. Увидев мой взгляд, он, конечно, подобрался, ибо смотрела я на него с немым негодованием: «Мужик, тебе за семьдесят, так что успокойся».

Тем не менее вопрос у меня возник.

— А почему у тебя это дерево нарисовано? Твою фамилию там не видно, значит, мы не относимся к аристократам. Или это обязательно для всех магов иметь его?

— Сначала хочу тебя поправить, — холодно и раздражённо начал он. — Мы не маги, мы — волшебники. Маги — это чуть ли не оскорбление для таких, как мы. — С гордостью сказал он.

— И чем же? — Это меня заставило усмехнуться, как по мне, слова — это просто слова, что по большей части часто уходят в никуда.

— Магия — это то, что используют маггловские фокусники и артисты. Их техники иллюзий направлены, чтобы обмануть зрителя. Волшебники — это те, кто изучают древнее искусство магического мира для установления равновесия. Волшебники — это кровь, что течёт в каждом из нас и помогающая познавать глубины неизвестного. А люди, что тут, — он указал на древо. Его глаза горели, словно у маньяка, а лицо пребывало в благоговейном восторге. — Истинные чистокровные волшебники! Не запятнанные маггловской кровью. Они истинные чистокровные волшебники, — его голос всё разгорался и разгорался, когда же я смотрела на него со смесью жалости и тоски.

Боже, как я терпеть не могу фанатиков.

— А ты сам в эту чушь веришь? — Мои слова ударили по нему, как молот по наковальне. — Чистота крови, истинные волшебники. Дедушка… Это же такая чушь, придуманная для красивого словца, и придумана теми, кто вообще не понимает принципа природы.

— Ты... Ты слишком мала для понимания таких вещей… — Он попытался уйти от ответа, но я не могла не усмехнуться:

— Чем больше кровосмешения между семьями, тем меньше потенциала у потомков. Тот чудак, которому пришла эта «гениальная» идея, явно был послан и Истарими, — я называла так падшех ангелов, из-за который на земле появлялись нефелимы, из которых и происходили маги и иные магические существа. —, они те ещё проказники, особенно после греческих расприй за трон, — усмехнулась я.

— Что? — Не понял меня дед, но я лишь махнула рукой.

Мне не дано знать, происходило ли в этом мире подобные события и был ли сказ в бесконечных летописях бродячих бардов о них. История идёт, даже для меня разными путями, и нечасто я могу ухватить ту нить словесных интоплетаци, вечных переписываний и логичности в событиях, где логика, как таковая, отсутствовала.

Из этого порой все новые жизни кажутся вечным повторением бредом сумасшедшего ума, где хоть ненадолго отключишь мозг, и жизнь уже танцует в странностях бытия, ведя её к концу. Одна история в разных мирах может течь по разным путям. Как река, она ищет путь к великому и прекрасному морю, но не идёт до конца, до самого моря каких-то миров, но они всегда отличались.

Я принялась бродить по особняку, не обращая внимание на мужчину.

Перед глазами я видела образы того, что могло произойти, или то, что происходило в прошлом. Я дотронулась до глаз. Быстро же они перестроились после «трёх граней мироздания». Обычно уходили годы для прорицателей, чтобы начать видеть их. А тут так быстро случилось подобное?

Я закрыла глаза рукой. Единственный вопрос , что возник в моей голове бы: «Почему я этому удивленн?»

*****

Устроившись в особняке, я проводила в доме деда за теми же делами, которые были у меня дома, а именно за чтением книг и спортом по утра. Единственное, что добавилось к моим летним занятиям это практикование владения меча.

Каждое утро для меня начиналось с ледяного обливания в пять часов, часового бега, пятнадцатиминутной разминки и часовой тренировки мечом. Всё же мастерство не припивается с годами. Движение, что помнил мозг, через время уже спокойно повторяло тело. Дедушка, заметив это дело, начал молча наблюдать за мной.

- Ты не хочешь присоединиться? — Под конец тренировки всё же задала я ему вопрос.

- Не думаю, что мои косточки выдержат.

Я посмотрела на него с усмешкой, но тем не менее ничего не сказала.

Когда мне везло и я доживала до старости, я лишь сидела и рассказывала сказки своим внукам... А ведь внуки у меня чаще появлялись в научных, а не магических мирах... Тем не менее все внуки у меня были с моим характером, отчего чаще всего я либо в тюрьмах сидела из-за их революционных взглядов, либо меня держали в заложниках, ради какого-то их изобретения. Нет, были и спокойные времена, когда внуки работали, выбирали супругов, и я доживала в спокойствие до смерти, но эти жизни можно было перещитать по пальцем. Эх, времена... Жаль, это были единичные случаи из моих перерождений...