Чумной Кузнец 3: Печать Судьбы

Глава 4: Верить — значит идти вперёд

Стою на огромной арене, опустив щит, тяжело дыша. Пыль оседает вокруг меня, а толпа орёт так, будто увидела нечто большее, чем просто бой. Они ликуют, их крики смешиваются с ревом трибун, как шторм на море. Я победил. Опять. Монстры пали, бойцы — мертвы. И вот он я, весь в грязи и крови, но живой. Внутри чувствую знакомую пульсацию силы. Уровень получен.

Я осматриваю арену. Толпа взбудоражена, словно в экстазе. Эти люди пришли сюда посмотреть на смерть, и я дал им то, чего они хотели. В их глазах я — герой. Ну, или монстр. Неважно. Но что-то привлекает моё внимание — не зрители, не их рев, а Император. Он сидит на своём троне, высоко над всеми, в своём роскошном одеянии. И вдруг... он медленно встаёт.

Толпа замирает. Видимо, когда Император встаёт, это значит, что будет что-то важное. Даже самые громкие и буйные зрители затихают, как дети, перед строгим учителем. Глашатай, всегда начеку, тут же взмахивает рукой, требуя тишины.

— Тишина! Всем тихо! — его голос, как удар молота, разносится по всей арене. Люди молча подчиняются, затаив дыхание.

Император поднимает руку, и его голос раздаётся над ареной — громкий, уверенный.

— Сегодня мы стали свидетелями великого боя, — говорит он, и его слова эхом разносятся по каменным стенам арены. — Не просто бойцов, но и богов, которые сошлись на песках арены. Сегодня победил не человек, а бог, который доказал свою силу, своё мастерство и свою божественность.

Ну, конечно. Только вот я чувствую себя как мясо на рынке, которое только что чуть не порезали на куски. Но Император продолжает.

— Императоры — всего лишь слуги Императорства. И потому для меня будет честью иметь такого бога в своей Императорской гвардии. Пусть он защитит трон, мой народ и нашу великую Империю Светлых Облаков. Пусть этот бог войдёт в ряды моей личной охраны!

Глашатай, заметно взволнованный, тут же начинает кричать, перекрывая собственный восторг:

— Наш великий Император Светлых Облаков только что объявил о награде! Победитель вступает в Императорскую гвардию! Толпа ревёт, но внутри меня — полная тишина.

Моё внимание вдруг приковал Император. Я снова посмотрел в его сторону и заметил, что девушка рядом с ним, которую я принял за принцессу, вдруг наклонилась и начала что-то шептать ему на ухо.

Император слушал её внимательно, его лицо стало более серьёзным, чем прежде. Он кивнул в ответ на её шепот, тут же повернулся к глашатаю и тихо сказал ему что-то. Глашатай с мгновенным рвением вытянулся и повернулся к толпе.

— И теперь! Великий Император Светлых Облаков объявляет начало нового состязания! — глашатай с энтузиазмом выкрикивал это в сторону ликующих зрителей.

Моё сердце тут же сжалось, и я почувствовал, как адреналин снова захлестнул моё тело. Новое состязание? Что это ещё за чертовщина? Неужели я не вырвусь с этой арены? Бой был тяжёлым, и я уже на пределе, а теперь меня хотят вновь бросить в схватку?

Я напрягся, чувствуя, как каждая мышца готовится к тому, что может последовать. Гарпии, бойцы — этого было недостаточно? Что теперь, драконы? Или, может быть, сам Император решит, что я достоин "личного боя" с его гвардией? Моё воображение работало на полную, рисуя картины того, что может произойти в следующую секунду.

Но вдруг огромные ворота арены начали медленно открываться. Я ожидал чего угодно — ещё монстров, новых противников, какую-то ловушку — но за ними я увидел лишь несколько стражников, которые стояли наготове, как будто ждали меня. Один из них сделал приглашающий жест рукой. Пора уходить.

Я выдохнул. Это был знак, что моя часть игры окончена. Я должен был уйти с арены, и толпа явно была довольна тем, что увидела.

Люди на трибунах снова начали кричать, но теперь их крики звучали иначе — это были аплодисменты. Они неслись волной через всю арену, словно кто-то раскатал большой ковёр славы передо мной. Зрители поднимали руки, хлопали, выкрикивали слова благодарности и восхищения. "Максим!" — кричали некоторые, хотя, скорее всего, это было не больше, чем сиюминутный восторг, который они забудут до следующего боя.

Я сделал несколько шагов к воротам, чувствуя, как напряжение постепенно уходит из моего тела. Шум толпы становился тише, и этот момент, возможно, был самым странным — когда после бурной схватки ты вдруг оказываешься в центре внимания, но уже не как боец, а как нечто большее. Глупо, конечно, но внутри меня что-то шевельнулось. Что-то вроде гордости? Или, может, это просто усталость?

Когда я наконец покинул арену и вошёл в тёмный коридор за воротами, на меня тут же набросились слуги. Они начали осматривать мои раны с профессиональной быстротой, их руки двигались так, будто это был не я, а какой-то поломанный механизм, требующий срочного ремонта.

Один из слуг осторожно снял моё снаряжение, которое уже было покрыто кровью и песком арены. Он пытался не касаться лишний раз, явно не испытывая восторга от того, что ему приходится прикасаться к кровавому грязному доспеху. Я умывался в маленьком медном тазу, который они принесли, смывая пыль и кровь с лица. Глаза жгло, а в ушах всё ещё стоял рёв толпы. Честно говоря, эти звуки уже начали немного раздражать. Я спрятал своё снаряжение в инвентарь, чувствуя, как вес меча и доспехов исчезает с моего тела. Хорошо хоть эта система работает как надо. Всё что надо — уходит в мой личный "карман".

Пока я переодевался в чистую тунику, к которой меня подготовили слуги, в комнату вошли трое. Это была личная охрана Димитриса.

— Максим, — сказал один из них с ледяной бесстрастностью. — Господин Димитрис ждёт тебя. Он и ты приглашены к Императору.

Я ощутил, как внутри что-то кольнуло. Император. Что ж, вот и оно.

— Димитрис ждёт наверху, — добавил другой, кивая в сторону лестницы, ведущей вверх, в те ярусы, где уже не было грязи арены.

— Чудесно, — пробормотал я себе под нос, натягивая ремень и пряча нож за пояс.

Меня проводили через длинный коридор, который казался более мрачным и тихим по сравнению с ревом арены, всё ещё звучащим в моей голове. Ощущение, что что-то важное должно произойти, не покидало меня, как будто всё это — лишь начало чего-то более серьёзного. Когда двери передо мной открылись, я оказался в небольшой, но хорошо обставленной комнате, явно предназначенной для гостей Императора. Это не был тронный зал, а скорее нечто вроде приёмной для тех, кто дожидается аудиенции.