Чумной Кузнец 7: Райские Крылья

Глава 1: Наёмница, монах и повар

Этот вопрос звучал даже в моей голове нелепо, но вслух он сорвался сам. Я стоял рядом с тушей Ледяного титана и не мог отвести глаз. Массивное тело, покрытое голубоватым льдом, лежало на боку, словно заваленная статуя. Из пробитой груди ещё поднимался редкий поток морозного пара, а огромные кристаллы инея медленно осыпались на снег.

— Вы действительно только что убили титана одним ударом? — повторил я, глядя на Ван Луна.

Старик стоял напротив туши, сложив руки за спиной. На фоне туши он казался маленьким, почти хрупким — но я уже видел, что это обманчивое впечатление. На кончиках его пальцев всё ещё дрожали едва заметные вибрации — от того самого удара, который разорвал грудную клетку чудовищу, словно она была из стекла.

— Не стоит удивляться, — спокойно ответил Ван Лун, медленно поглаживая свою белую бороду. — Когда полсотни лет тренируешь один и тот же удар, никто не сможет устоять перед тобой.

Он произнёс это без хвастовства. Просто как факт.

— Вас стоит бояться, — выдохнул я.

— Не бойся того, кто знает тысячу приёмов, — чуть улыбнулся монах. — Бойся того, кто тренировал один приём тысячу раз.

— Максим ты собираешься изрекать мудрость? — скептически протянула Эйла, приподнимая бровь. Она стояла сбоку, опершись на арбалет, и внимательно изучала труп титана. — Или всё-таки заберёшь то, что собирался с него снять?

— Да, точно! — спохватился я и подступил ближе к туше.

Система, словно только этого и ждала, любезно развернула перед моими глазами полупрозрачное окно с лутом.

[Ледяной титан повержен!]

Вы получили:

— Сердцевина Ледяного титана [Эпический материал]

— Осколок кристаллического льда [Редкий] х3

— Обледеневший фрагмент доспеха [Необычный]

— Зачаток ледяного духа [Особый компонент]

Среди всего списка мягким, почти живым сиянием светился главный трофей — Сердцевина Ледяного титана. Кусок кристаллизованной ярости холода, ядро чуда-уродца, которого мы только что отправили в небытие.

Я потянулся мысленно, отметив предмет.

— Забрать всё, — произнёс я команду.

Лут мигнул и исчез, ощущение тяжести добавилось где-то в глубине инвентаря. Я буквально почувствовал, как внутри меня что-то щёлкнуло — очередной шаг к тому самому имбовому доспеху, который должен был родиться в Кузне Рассвета.

— Наконец-то всё идёт как надо, — я не удержался от широкой улыбки.

— Не расслабляйся, — тут же отозвалась Эйла. — Всё всегда идёт как надо до тех пор, пока в тебя не летит что-нибудь острое.

***

Обратная дорога к башне заняла несколько дней. Мы двигались по заснеженным долинам, обходили замёрзшие ущелья, переходили по хрупким, но всё же крепким ледяным мостам, под которыми ревели реки — где-то глубоко внизу. Мир вокруг был белым и синим. Белым от снега, синим от льда и неба. Иногда казалось, что мы вообще идём по какому-то выцветшему эскизу, ещё не дорисованному художником.

Зверь подо мной — мой ледяной гепард — скользил по снегу почти бесшумно. Мускулы под шкурой работали идеально отлаженным механизмом, дыхание выходило парами. Время от времени он вскидывал голову, прислушиваясь к чему-то, что ускользало от моего слуха, а потом вновь спокойно шёл вперёд.

Интерфейс показывал мигающий маркер цели где-то впереди — башня, спрятанная среди скал.

Тихие минуты дороги, когда никто не говорил, были странно комфортными. Но всё же за пару дней пути молчать всё время было невозможно. Так или иначе, мы начали разговаривать. Вернее, сначала говорила Мира — за себя и за всех, — а потом потихоньку подтянулись и другие.

Вечером первого дня мы остановились на привал у подножия скальной гряды. Я разжёг костёр, глядя, как огонь жадно хватал сухие ветки. Зверь улёгся на небольшом удалении, свернувшись кольцом, но держал уши настороже. Эйла чистила своё оружие, рассеянно, но методично. Мира уже рылась в рюкзаке, считая, сколько у нас осталось еды. Ван Лун сидел чуть в стороне, прямо на снегу, подогнув ноги по-восточному. Его, кажется, вообще не беспокоил холод.

— Вы же сказали, что почти не покидали свой монастырь, — начал я, когда пауза затянулась. — Почему тогда… сейчас решили выйти в мир?

Старик открыл глаза, посмотрел на меня поверх огня. Пламя отражалось в них золотыми искрами.

— Потому что мир пришёл ко мне сам, — ответил он. — Я не искал приключений. Но однажды утром, когда я вышел во двор монастыря, рядом с чашей для омовения появилось окно.

Он изобразил в воздухе прямоугольник.

— Пришлось признать: либо я сошёл с ума, либо боги нашли новый способ докучать старикам. В обоих случаях, сидеть на месте было бессмысленно.

Я слушал, кивая. В моей голове всё это, конечно, укладывалось в текст квестового описания и код, который бесконечно гоняет триггеры. Но для Ван Луна это было… чем-то иным.

— И вы просто ушли? — спросил я. — Оставили монастырь?

— Я лишь первый раз покинул его так далеко, — поправил он.

Он посмотрел на свои ладони.

— Если моё отсутствие очистит путь от того, кто хочет сделать мир тюрьмой, значит, я всё ещё служу своему монастырю. Просто чуть шире, чем обычно.

В его голосе не было ни грамма пафоса. И именно поэтому слова прозвучали сильнее, чем любая пафосная клятва.

— Вас всё равно стоит бояться, — повторил я, всё ещё помня, как Ледяной титан сложился после одного его удара.

— Бояться стоит того, кто живёт без цели, — спокойно ответил монах. — У него нет ничего, что можно разрушить.

Я чуть усмехнулся. Ну да. У меня цель была — очень конкретная. Надавать по башке вирусу, вытащить людей и самому не сойти с ума.

***

С Эйлой разговор вышел сложнее.

Она была из тех, кто привык не говорить лишнего. Если у Миры каждое предложение норовило разрастись в историю, то у Эйлы каждое слово было точным, отрезанным и, как правило, последним в диалоге. Единственное, что мне удалось узнать прежде всего, что Эйла была в некой группе под названием Круг Луны.