Чувства, что связывают нас

1 То, с чего все началось

Начало весны — всегда прекрасное время года. В это время всё начинает оживать после зимы. Уже сейчас где-то начинает цвести сакура. Однако в Чунчхоне цветение начнётся только в апреле.

Но именно в марте, как и в других городах, у нас начинается новый учебный год. Я сейчас нахожусь на третьем году обучения в старшей школе.

Время с первого класса младшей школы пролетело слишком быстро, и скоро начнутся экзамены, которые определят будущее всех школьников, но сейчас для меня это не главное.

В данный момент происходит моё признание. Если быть точнее, то моё восьмое признание за четыре года. Однако моё сердце всё ещё трепещет, словно бабочка, пойманная в тиски. Всё же это признание может обернуться удачей, а не провалом, как в прошлые разы.

— Ким Дакхван, ты мне нравишься! Станешь моим парнем? — набрав воздух в лёгкие, быстро выдаю я. Однако в ушах всё ещё слышится быстро колотящееся сердце. Оно бьётся так сильно, что готово выпрыгнуть из моей груди. — Знаешь, ты такой умный. Мне нравится твоя блестящая оправа очков! В них я могу увидеть свою любовь к тебе. — продолжаю я, понимая, что моя любовь мне не отвечает. Мне не видно его лица, ведь говорю это всё в поклоне. Ветер треплет мои распущенные волосы, лаская уши и шею, а мои глаза смотрят на потёртые лакированные туфли.

— Извини, но ты мне не нравишься, Юн Сора, — раздаётся его холодный голос, от чего по моему телу пробегает электрический ток.

Я понимаю, что это опять случилось! А ведь в этот раз я выбирала самого лучшего кандидата. У него хорошая успеваемость, внешность, и он добрый. Я даже начала в него понемногу влюбляться. Что же могло пойти не так?

— Умоляю, подумай ещё! Ты можешь больше не встретить такую девушку, как я! — хватая парня за руку, тараторю что есть силы я. От этого лицо Дакхвана меняется. У него начинает дёргаться глаз, а сам он сглатывает слюну.

— Можешь оставить меня в покое? Ты уже несколько месяцев бегаешь за мной. И твои слова жуткие! — выдаёт Ким Дакхван и, выдёргивая руку из моих рук, убегает прочь.

Я остаюсь стоять в просторном школьном дворе около сакуры. Она ещё не зацвела, но будто уже утешает меня своим видом, ведь сейчас я пережила полный позор. Вокруг меня слышатся смешки школьников, которые стали свидетелями моего позора. Правда, мне было не привыкать. Под этим деревом уже было много моих признаний. И все они заканчивались примерно так.

В этой школе у меня уже создалась определённая репутация.

— Да у неё вообще нет чувства собственного достоинства! Она же постоянно за парнями гоняется! Вы слышали её тупые подкаты? — смеётся кто-то в толпе. От этого мои зубы непроизвольно сжимаются, так что слышится скрип.

— А что такое? Следующим хочешь быть? Так я таких не беру! — кричу в ответ тому парню, от чего толпа ещё больше заходится смехом, но я не обращаю на это внимание, а просто ухожу в сторону кабинета. Как-никак скоро начнётся урок. Но, идя по коридору, на меня дует ветер, будто напоминая о неудаче.

По пути я всё же впадаю в раздумья, почему у меня всё же ничего не получилось.

Может, я недостаточно красивая? Нет, это не так. У меня мягкие чёрные волосы и довольно-таки красивое лицо. Может, оценки? Да, с ними есть проблема. Однако это не моя вина. Если бы бабушка не заставляла меня трудиться на рисовых полях с утра до вечера, то они могли бы быть лучше. Или, может, всё же дело в моих словах?

Нет, точно не в них. Я же того парня называла прекрасным, как моти. Это было довольно мило.

Ну и ладно с этим! В следующий раз я точно найду кого-то получше. Всё же парень является единственным способом убежать от бабушки. Именно поэтому я так часто признавалась. Это происходило даже тогда, когда у меня не было к ним ни капли любви. Мне было важно, чтобы они были добрыми.

Однако сейчас времени остаётся всё меньше и меньше. Нужно флиртовать и признаваться больше. Надо действовать эффективнее. А то скоро школа перестанет спасать. Тогда мне придётся проводить с ней всё своё время!

Эти мысли заставили меня передёрнуться. Это было слишком страшно. Остаться с ней означало бы всю жизнь провести по её указке. Бабушка же даже считает, что мне нельзя учиться дальше.

— Зачем оно тебе? Всё равно ты тупая. Только мужчины достойны получать образование. Ты же лучше оставайся со мной. Будешь помогать мне, а когда поумнеешь, я тебя кому-нибудь найду. Однако это будет тяжело, — вздыхала она каждый раз, когда я пыталась заговорить о своём будущем.

В те разы я просила денег на репетиторов или хотя бы новую школьную форму, а то эта уже вся застиранная и зашитая несколько раз. Всё же мне приходится донашивать форму внучки одной из подружек моей бабушки. Она была мне не по размеру. Небесно-голубая юбка была для меня слишком длинной, как и рукава пиджака. Однако это меня ничуть не расстраивало. Это лучше, чем ходить в форме, оставшейся со средней школы.

Однако всегда эти разговоры заканчивались теми словами. После этого я обычно только кивала и уходила спать либо на поле к рису. Иного не было дано. Всё же переспорить мою бабушку никто не мог. Она была железной женщиной, которая привыкла держать всё в своих руках. Именно из-за неё сбежала сначала мама, а потом и сестра, найдя парня. Однако после этого я их так и не увидела. Они исчезли без следа, словно их никогда и не существовало в моей жизни. После этого бабушка стала ещё хуже.

Однако сейчас было уже не до размышлений. Я стояла перед белой дверью в свой класс. К счастью, уже утром мне удалось узнать, в каком классе буду учиться. Всё же мне было интересно, попадутся ли люди, с которыми я училась в другие разы. Однако знакомых имён не оказалось. Но меня это не расстроило, ведь друзей завести у меня так и не получилось. Всё же учёба, работа на рисовом поле, парни и дружба несовместимы. Если честно, то работы и учёбы уже вполне хватило бы, но отказываться от счастливого билета я не собиралась.