Чувства до мурашек

Глава 43.

Стин Бриенн влетел в полупустой элитный ресторан, сметая утреннюю сонливость зала, как свежий ветер. Он был весь в движении - спортивный костюм чуть промок от пробежки, щетина на подбородке придавала лицу слегка небрежный, но обаятельный вид, а в широкой улыбке, брошенной администратору, светилась искренняя энергия.

-Каспер, старина! - голос Стина гулко отозвался под сводами. Он потрепал себя по животу. - Прости за антураж. Зацепили на пробежке - не успел переодеться. Надеюсь, не смущаю? - Его голубые глаза искрились добродушным смущением, но без тени подобострастия. Он был здесь своим, уверенным в своем праве на комфорт, даже в спортивном костюме.

Каспер ответил профессиональной улыбкой, скрывающей легкое недоумение:

-Мистер Бриенн. Рады видеть. Ваши гости уже ждут.

Стин кивнул и уверенно направился к столику у окна, где сидели Мередит и Себастьян Вайтвуд. Мередит выпрямилась, ее пальцы автоматически поправили безупречный пучок. Себастьян выглядел бледным и подавленным, легкий толчок локтем жены заставил его поднять голову.

-Мередит! Себастьян! - Стин широко улыбнулся, его рука сама собой потянулась для рукопожатия, но он сдержался, видя их скованность. - Простите великодушно за внешний вид. Ваш звонок застал меня врасплох в лучшем смысле слова! Надеюсь, новости хорошие? - Он легко опустился на стул, жестом подозвал официантку. - Двойной эспрессо, пожалуйста, моя спасительница! И что-нибудь вкусненькое к нему - вы уж сами знаете что. - Он обернулся к Вайтвудам, его улыбка была открытой, приглашающей к диалогу. - Вам что-нибудь? За мой счёт!

Официантка заулыбалась в ответ на его непринужденность. Мередит лишь холодно кивнула, отказываясь. Себастьян пробормотал: «Два чая, пожалуйста». Стин почувствовал ледяной барьер и немного сник, его бодрость слегка померкла под их тяжелым молчанием. Он сцепил руки на столе, ожидая.

-Благодарим, что приехали, Стин, - начала Мередит. Голос ее был ровным, но безжизненным. - Особенно столь оперативно. Мы понимаем, ваше время ценно. Но дело... требует немедленного обсуждения. Оно касается вашего сына.

Стин наклонил голову, искренне удивленный, брови поползли вверх.

-Арчи? - Он откинулся на спинку стула, пытаясь сохранить небрежность, но волнение уже клубилось где-то под ребрами. - Интригуете. Неужели мой сын умудрился потревожить ваш покой? - Попытка шутки прозвучала плоско, эхом затерявшись в напряженной тишине. Его улыбка замерла, не встретив отклика. Тревожная искорка мелькнула в глазах. - Серьезно, что-то случилось?

Мередит не спешила. Она наблюдала, как официантка ставит перед мужем чашку, как пар стелется над поверхностью чая, пока его пальцы теребили край скатерти.

-Представь себе, Стин, - тон Мередит внезапно стал жестче, в нем зазвенела сталь. Себастьян бросил на нее быстрый взгляд. Она вдохнула, потом продолжила уже ровнее, но не мягче: - Разговор не только об Арчи.

-Касается его и нашей дочери, - тихо, но отчетливо вставил Себастьян. - Стейси.

Стин резко кашлянул, чуть не поперхнувшись несуществующим глотком кофе. Улыбка сползла с его лица. Он посмотрел на Себастьяна, потом на Мередит, его взгляд стал острым, пронзительным.

-Стейси? - переспросил он, шутливый тон исчез без следа. - Вы говорите о... вашей дочери? Той, что была в Лондоне? - он медленно покачал головой, в глазах читалось полное непонимание и нарастающее беспокойство. - Арчи и… Стейси? Вы меня озадачили. Они… общаются сейчас? - интонация в последнем вопросе показывала, что для него это новая, шокирующая информация. - Он не связан опять с той... историей? Что-то не то сказал? Говорите, я слушаю. Если Арчи виноват - он ответит.

-Прекрасно, - Мередит поставила свою чашку с резким стуком. Вся ее фигура излучала холодную решимость. - Тогда будем откровенны. Ваш сын ведет себя по отношению к моей дочери абсолютно неприемлемо. Он нарушает все границы. Пользуется её уязвимостью.

Лицо Стина стало серьезным. Веселость исчезла без следа, сменившись сосредоточенным вниманием и нарастающей тревогой. Он отодвинул кофе.

-Пользуется? - переспросил он тихо. - Мередит, вы меня пугаете. Объясните, что вы имеете в виду? Что конкретно произошло?

-Он использует её, Стин, - Мередит наклонилась вперед, ее слова падали, как ледяные осколки. - Эмоционально. Возможно, и физически. Он - избалованный юнец, привыкший получать желаемое. Она - ранимая девушка, не оправившаяся от прошлой травмы. Он окутал её навязчивым вниманием, втерся в доверие, играет в понимание и... исключительность, - голос ее дрогнул от сдерживаемой ярости. - А на деле - методично разрушает её защиту. Действует, как охотник. И если вы не в курсе его методов - теперь вы знаете. Ваш сын - искусный манипулятор.

-Погодите... - попытался вставить Стин, лицо его стало суровым. - Это серьезные обвинения, Мередит. У вас есть... доказательства? Факты?

-Факты? - Мередит усмехнулась коротко и безрадостно. - Его поведение - факт. Его вторжение в её жизнь - факт. Его действия - не ребячество. Не невинный флирт. Это спланированная атака на психику моей дочери! На девушку, которая только училась жить снова! Он ослепил её! Сломал волю! Эмоционально подчинил! - Она почти задыхалась. - А вы... - ее взгляд, полный презрения, скользнул по нему, - либо поощряете этот его... стиль, либо предпочитаете не замечать, чем занимается ваш наследник!

Она замолчала, её грудь высоко поднималась и опадала. А через несколько секунд продолжила с леденящей четкостью:

-Если это ваш принцип воспитания - научить сына, что женщину можно просто взять, запутать, разрушить и выбросить - то он усвоил урок на отлично. Превзошел отца.

Стин слушал. Сначала с нарастающим шоком и недоверием, потом с глубокой обидой и, наконец, с холодной яростью, которая заставила его сжать кулаки под столом. Но когда Мередит произнесла последние слова, его лицо исказилось не от гнева, а от настоящей боли. Он встал. Не резко, а медленно, будто поднимая тяжесть.