Чужая душа

11

 Кра-со-та!

 Великолепно! Замечательно! Именно то, что хочет услышать каждая девушка!

 Лиззи тихо выругалась сквозь зубы, отчего-то не позволяя себе более грязные выражения в присутствии бестелесного мальчика, и нашла в себе силы спросить:

— А что, все, кто тебя видит, умирают?

— Ага, — пожал он плечами как-то очень буднично. — Все. Но они все злые люди, их не жалко. А значит, и вы тоже злая.

— Но это не так! — всплеснула руками Элизабет. — Я очень добрая!

— Но вы ведь меня видите? Во-от. Значит, совсем вы не добрая.

— Ладно, допустим… А много людей ты уже… эм… тебя уже видели?

— Четыре. Вот вы пятая 

Мальчуган с грустью посмотрел на валяющуюся на земле булочку, и Элизабет тут же вспомнила, как свидетель упоминал запах выпечки. Неужели, действительно почувствовал аромат несуществующей еды этого парня?

— И все были плохими? — уточнила она, строго глядя на парня. — Все-все?

— Угу.

— И даже тот мужчина на рельсах?

 Она указала в ту сторону, откуда уже унесли тело, и мальчик проводил ее руку задумчивым взглядом. Он болтал ногами, сидя на скамейке, и в целом не выглядел раскаивающимся. И это пугало ещё больше.

— Ага, и этот дядя тоже. Очень плохим!

— И что же он такого сделал, раз заслужил смерть?

— А я не знаю! — мальчик вдруг улыбнулся, и Элизабет поежилась. — Что-то ужасное, наверное!

— Но как ты можешь говорить, что он злой, если даже не знаешь, что он сделал?

— Лиз, осталась минута, — сообщил оборотень, смотря примерно в ту сторону, где она находилась. Но только его  расфокусированный взгляд говорил, что Мэтт ее не видит.

— А мне не нужно знать, что он сделал, — снова пожал плечами мальчуган. — Я просто знаю, что хорошим меня не видно. Вот ваш друг хороший, он и вас не видит. И все другие тут тоже хорошие.

— Но ведь он погиб, пытаясь тебя спасти, — настаивала Лиз, усаживаясь рядом с мальчиком. — Это ведь был хороший поступок. Ты так не думаешь?

— Ой, плохие, хорошие! Для меня это не важно! Я знаю лишь то, что он это заслужил!

— Тридцать секунд!

— А кто были те три человека, кроме меня и этого мужчины, ты помнишь? — заторопилась Кроуфорд, но мальчик лишь лениво перевел на нее взгляд:

— А что будет через тридцать секунд?

— Я исчезну и не смогу тебя больше видеть, поэтому пожалуйста, ответь на вопрос.

— Вы что, сами захотели на меня посмотреть?

— Конечно! Это ведь так интересно! — попыталась она сыграть на детской непосредственности. — Пожалуйста, скажи мне, кто были другие люди?

— Пятнадцать! — сообщил голос лиса.

— Мужчина из молочного, — загибал пальцы мальчик. — Такой очень усатый дядя из банка… и рабочий, который трубы чинит.

— Десять!

— И они все умерли?

— Ага, — снова расплылся в улыбке ребёнок.

— Пять!

— А как тебя зовут? — наконец, вспомнила она ещё один нужный вопрос.

— Четыре! Три! Два!

— Колин, — похлопал глазами мальчик. — Никто у меня никогда не…

— Один!

 Кроуфорд почувствовала, как ее затрясли, как весь мир заплясал перед глазами, и, ещё не до конца проснувшись, успела заметить грустный взгляд Колина, который спрыгивал со скамейки, чтобы уйти.

— Ну так что? — оборотень снова бесцеремонно толкнул ее за плечо. — Ну как, успешно? Пообщалась?

— Более, чем, — вздохнула Кроуфорд, глядя в ту сторону, в которую, как она успела заметить, удалялся мальчуган. — Оказывается, это не первая смерть. А четвёртая.

— О! Поздравляю! — хлопнул лис ее ладонью по плечу. — Какое интересное дело вырисовывается!

— Ну-ну…

 Разделить его веселье у Кроуфорд как-то не получалось, хотя оборотень уже вовсю расписывал прелести поимки серийного маньяка. И описывал так мечтательно, будто уже примерял на свою грудь какие-то награды.

— О! Так я ж у тебя напарником в этом деле буду постоянным! Круто! Повеселимся! А что пацан ещё сказал?

— Да ничего особенного, Настас, — Лиззи скривилась. — Сказал, что раз я его вижу, значит, скоро умру.

— Ну блин, Кроуфорд! Опять?! — противно захныкал долговязый. — А хороших новостей нет, что ли? Нам и так теперь предстоит сообщить Баррету, что мы его ослушались. Иначе, как мы объясним ему, откуда информация? Ну хоть что-нибудь хорошее?

— Хорошее… Хм… Ну, нашего серийного маньяка зовут Колин. И он выглядит, как пятилетний мальчик.

— Все равно как-то не очень хорошо получилось… А когда ты умрешь, он, случайно, не сказал?

— Неа, — хмыкнула девушка. — Так что давай не будем говорить капитану хотя бы об этом? А то он меня снова в офисе запрет. Ты же у нас огромный сильный оборотень, ты что же, не способен меня защитить?