Чужая душа

32

— Так ты за рубашкой ко мне домой так рано явилась? — ухмыльнулся напряженный, как никогда, капитан.

— Ну откуда ж мне было знать, что за те несколько часов моего отсутствия вы ее уже кому-то одолжите! Могли бы и предупредить...

— Кроуфорд! Я сейчас оставлю тут тебя в таком виде.

— Ладно-ладно… — мигом насупилась девица. — По делам я явилась. Серьезным. Кучу новостей привезла. А там… она. Я растерялась и все забыла.

 Баррет глубоко вздохнул.

 Знаете, в этом его вздохе была сконцентрирована вся скорбь мира, все претензии к Древним и всё недовольство своим положением. Заодно, прислушавшись, можно было разобрать, как он еще и кары небесные на головы всем женщинам призывает.

 В общем - очень выразительный вздох получился. Качественный.

— Сейчас вспомнила? — как-то траурно поинтересовался Крис.

— Сейчас вспомнила, — в тон ему ответила девушка.

— Хорошо, — кивнул мужчина и вскинул голову в сторону временно притихших зрителей. — Эй, вы! Там! Одежду ее сюда закиньте?

 Глумливое хихиканье, перемешанное с не менее саркастическими вопросами “да зачем, Крис, и так же все круто”, достаточно быстро было пресечено сверкнувшим пламенем взглядом Баррета.

 Для большего устрашения мужчина еще и пообещал натравить на них Элизабет, если они сейчас же не выполнят просьбу. Девушка даже успела возмутиться, дескать, она же не животное, чтобы ее на кого-нибудь натравливать. Но, вспоминая последние пятнадцать минут своей жизни, быстро прикусила язык. Да и капитан так многозначительно фыркнул на это ее заявление, что спорить как-то резко расхотелось.

 Пока Лиззи судорожно натягивала форму, все еще кое-как прикрываясь широкой барретовской спиной, прочие ударники уже разошлись. Оно и понятно. Все спектакли на сегодня завершились: и на мордобой посмотрели, и на девушку обнаженную. Можно сказать, день уже прожит не зря, есть что друзьям рассказать.

— Я всё, — сообщали девушка, застегивая последнюю пуговицу на кителе.

 Напряженные мышцы капитана, наконец, расслабились. Баррет опустил руки и, обернувшись, принялся пристально рассматривать несколько сконфузившуюся под его взглядом подчиненную.

— Ну что опять? — не выдержала Кроуфорд и всплеснула руками.

— Да ничего, — хмыкнул он в ответ.

 Да так красноречиво это сделал, что сразу становилось понятно - очень даже “чего”. Таким тоном еще девушка часто отрицательно отвечают на вопрос, обиделась ли она.

— Капитан! — еще больше стушевалась рыжая, изучая свою одежду. Может, и эта где-то порвалась неудачно. — Да что не так-то?

— Да вот думаю… — протянул Кристофер, почесывая подбородок и глубокомысленно глядя куда-то в сторону. — Где под формой ты умудряешься прятать такую внушительную…

 Но закончить фразу ему не дали. Красная, словно мак, девушка, фактически закипая, прицельно кинула ему в голову его же собственный второй тапок. Ее губы хлопали, как у рыбы, с них периодически срывалось что-то очень неразборчивое, напоминающее “ах вы!”, “да я!”, “да вы!” и “да я вам сейчас!”.

 Но на этом дело и закончилось. Кроуфорд лишь возмущенно сопела, а Баррет же, напротив, посмеивался.

— Да какая разница, Элизабет, — махнул он рукой. — Давай уже эти свои новости, коль уж мы так рано на работе.

— По порядку или по степени важности?

— Хм… Давай по степени важности.

 Девушка гордо расправила плечи и, царственной походкой обойдя капитана, двинулась на выход из зала.

— Итак, слушайте… — словно сказочница, начала она.