Чужая душа

44

 По дороге к театру Элизабет, наконец, обрела голос и не затыкалась ни на секунду. Понятное дело, что это, скорее всего, происходило из-за паники.

 Ей завязали глаза. Якобы таким образом она не узнает, куда они едут. Это было странно, учитывая, что адрес-то девушке как раз был хорошо известен. Он был, черт побери, на приглашении написан. И повязка на глазах добавляла ощущений, что везут ее совсем не туда, куда они с капитаном собирались ехать.

 Потому Лиззи задавала просто море уточняющих вопросов, чем довела до белого каления всех своих сопровождающих.

 Варнера предусмотрительно отправили в другом самоходе. Видимо, чтобы он по дороге не взболтнул лишнего. Он-то, бедняга, Кроуфорд отказать никак не может. Ну, или почти никак.

 На самом деле Лиззи и не надеялась получить ответы на свои вопросы. Просто планировала так выбесить своих телохранителей (хотя ей хотелось бы назвать их “доставщиками”), чтобы они не особо обращали внимание на то, что она вообще занята чем-то, кроме болтовни.

 А она, конечно, была занята. И нагло пользовалась подарком капитана: попеременно брала по чуть-чуть из разных энергий и пыталась понять, какая именно поможет ей ориентироваться на местности. Лучше всего подошла бы энергия оборотней - не помешали бы хорошие слух или нюх.

 Но девушка понимала - как только она воспользуется этим, вампиры ее сразу засекут. Они же мохнатых за милю чуют. Нельзя было так сразу выдавать себя.

 Стихии не давали нужного результата. Кроуфорд не успела в должной мере изучить ни одну из них, поэтому сейчас действительно чувствовала себя слепым котенком. В груди застрял едкий ком.

— Мы ведь не в театр едем? — слишком серьезно спросила она, когда поняла, что все ее попытки сориентироваться, провалились.

 А в ответ тишина.

— Вы можете хоть на этот вопрос мне ответить?

 И снова тишина.

 Тогда Лиззи решила прибегнуть к блефу, в котором, к сожалению, никогда не была сильна. У нее вообще были большие проблемы со всякими играми, где нужно было смотреть кому-то в глаза и беспардонно врать. Она, как правило, в таких ситуациях начинала глупо хихикать и, соответственно, сразу проигрывала.

 А сейчас глаза как раз были завязаны. Вдруг, сработает?

— Энжи, если ты мне не ответишь, я сразу же, как увижу Варнера, потребую, чтобы он больше никогда не давал тебе крови.

— Не потребуешь. Ты добренькая, — откликнулась блондинка с переднего сидения. Тем не менее голос у нее был груб и мрачен.

— Ну, тогда рискни, — надула губки Кроуфорд и демонстративно откинулась на сиденье. — Ты мне никто, знаю я тебя меньше двух часов, и ты меня бесишь...

 Анжелика многозначительно хмыкнула. Элизабет же всем своим видом пыталась продемонстрировать, что говорит совершенно серьезно. Или даже вообще не умеет шутить. Кстати, капитан Баррет именно так и говорил. Буквально: “Шутки у тебя тупые, Кроуфорд”. А выражением лица прямо добавлял: “... как и ты сама”. Но вслух не произносил.

— А еще ты хотела заставить меня раздеться перед толпой незнакомых мужчин. Я, может быть, и добренькая. Но мстительная.

— А вот это действительно аргумент, — снова хмыкнула блондинка. — Убедила. Короче, в театр ты поедешь позже. А сейчас мы едем домой, магистр захотел лично с тобой познакомиться. Я уж не знала, чем такая невзрачная мелочь могла ему приглянуться… Напридумала уже всякого… А оказалось, что ты муженька моего нерадивого окрутила. Будь я магистром, тоже бы тебя без присмотра не оставляла. Да, честно говоря, вообще бы лучше заперла где-нибудь, от греха подальше. Но ты не переживай, господин Сибли очень мил с дамами. И любит говорить про свободу выбора и все такое, так что нигде он тебя не запрет.

— А зачем вам Кристофер?

— Кто? — не поняла миссис Грасс.

— Ну, капитан. Баррет. Зачем он вам?

— Ну ты и дура, все-таки, — звонко засмеялась Анжелика, но в ее смехе чувствовался какой-то надлом. — Знамо, зачем. Чтобы ты глупостей не наделала. Гарантия твоего послушания. Все поняла?

 Элизабет насупилась и недовольно пробурчала в ответ что-то, отдаленно напоминающее “все понятно”. Блондинка ответом удовлетворилась, и всю оставшуюся дорогу самоход проехал в полной тишине.

 Кроуфорд мысленно разбегалась и билась головой о стенку. Потом снова разбегалась и снова билась. Она фактически слышала, как капитан в очередной раз ее отчитывает. А живое воображение более, чем подробно, рисовало Баррета, рвущего на себе волосы и лезущего на стену. Бедный мужик опять из-за нее в переделку попал.

 Самоход резко затормозил. От неожиданности Лиззи по инерции вписалась лицом в переднее сиденье и прикусила губу. Сидящий рядом с ней вампир очень шумно принюхался, и девушка попыталась как-то слизнуть выступившую кровь, чтобы никого не провоцировать.

 Блондинка вышла и, распахнув дверь, потащила наружу путавшуюся в подоле Лиззи, на ходу стягивая с нее повязку.

 Кроуфорд в то же мгновение принялась озираться по сторонам, пытаясь по привычке вызнать хоть какие-нибудь пути к отступлению. Просто на всякий случай.

— Бесполезно, мисс. Это семейный дом. Кругом охрана.