Чужая Истинная для Ледяного Дракона

Глава 20. Театр

– Собственность, значит, – тщательно скрывая негодование, цедит Роувелл. – Девушка… Очень интересно, однако. С каких пор власти Аэртании потакают рабовладельцам?

– Прошу быть аккуратным в выборе выражений, господин ректор, – чуть опустив подбородок, предупреждает комиссар. – У ангильцев свои традиции и свои законы. Не нам диктовать, как им следует поступать с их женщинами.

– А вам не кажется, господин комиссар, что девушка могла искать защиты в вашей стране? – подняв бровь, спрашивает Велл.

– Вы не о том сейчас думаете, ректор, – прищуривается Бертан. – Есть приказ, и, хотя вы не аэртанец, но раз уж живёте и работаете в нашем королевстве, вы обязаны подчиниться нашим законам.

Роувелл сжимает челюсти. Ноздри раздуваются, мне даже кажется, что его зрачок становится вертикальным, хотя с такого расстояния я могу и ошибаться.

Он демонстративно и вслух зачитывает текст приказа:

– Девушка двадцати трёх лет, ростом чуть выше полутора метров. С ярко-рыжими волосами и карими глазами. Обладает магией воздуха.

Тут Велл хмыкает и опускает письмо на стол.

– То есть, – со злостью говорит он. – Хотите сказать, что рабыней шейха стала аэртанка? И вы собираетесь сейчас отдать шейху подданную Его Величества?

– На ней его метка, – перебивает Бертан. – Вам ли, дракону, не понимать значение метки? Хотите оспорить законы Драконьих богов?

Сжимаюсь в комок. Если Велл уже догадывается, что беглянка – это я, то вот сейчас всё и решится. С богами не спорят.

– В моей академии сотни адепток, но ни у одной нет метки истинности на руке, – пожимает плечами Велл. – Иначе бы я знал. Для драконов это важная информация.

Комиссар бросает взгляд на меня, будто сомневаясь, говорить при мне или нет. Потом дёргает щекой и припечатывает:

– Метка не на руке. Она на… лопатке девушки, поэтому её можно скрыть под одеждой. В связи с этим мы требуем провести осмотр всех рыжеволосых девушек.

Я чуть не захлёбываюсь от страха и возмущения в одно время. Как вообще такое возможно?!

Но если я просто возмущаюсь, то Велл окончательно выходит из себя.

– Вы в своём уме? Можете передать своему начальству, что я не позволю и пальцем прикоснуться ни к одной из своих адепток и преподавательниц, – рычит он. – И мне плевать на все угрозы. А если му… мудрецы из Совета попробуют на меня надавить, то наш старший курс несколько поредеет. Всего доброго, комиссар Бертан.

– Советую вам хорошо подумать, – сверкнув глазами, говорит комиссар и выходит из кабинета.

– Непременно подумаю о том, как вас больше не допустить на территорию академии, – со злостью добавляет Велл, когда за Бертаном захлопывается дверь. – Госпожа Эристер, вы ознакомились с документом?

Он так резко переключает своё внимание на меня, что я даже подскакиваю на месте. Вспоминаю, что у меня в руках договор, который я потребовала и хотела тщательно изучить. Но после таких новостей какая уж там сосредоточенность? Я свои-то мысли в кучку собрать не могу, а тут ещё и документы!

Мельком просматриваю пункты соглашения и подписываю. Велл проверяет мою подпись и довольно хмыкает.

– Что ж, госпожа Эристер, – улыбается он, убирая договор в папку на полку. – Можете быть свободны. А завтра, извольте быть готовой к пяти часам вечера.

Я уже почти успеваю дойти до двери, когда до меня доходит смысл этой фразы.

– Что?! – резко обернувшись, восклицаю я.

– Моя сестра ждёт нас с вами на завершающем концерте. – Он пожимает плечами. – Если вы запамятовали, я вам повторяю.

– Я не пойду, – выдыхаю я.

– А вот это уже вряд ли, госпожа Эристер. Вы подписали дополнительное соглашение, одним из пунктов которого было посещение завтрашнего представления, – заявляет Велл, и я охаю.

Всё-таки надо было внимательнее читать.

– И нет, никаких отказов, платье уже у вас, – говорит Роувелл, а потом более мягко добавляет: – Вы же не хотите обидеть мою сестру?

Проклятье. А вот это в качестве аргумента использовать было уже совсем несправедливо. Анна – слишком милая и приятная девушка. И я чувствую, насколько мы похожи…

Кратко киваю и выхожу. Уж попала, так попала…

До следующего вечера чувствую себя словно на иголках. Особенно после этого вторжения комиссара. Что означал тот краткий взгляд Роувелла на меня? Он подозревает, что ищут именно меня?

Особенно после того, как я ни с того ни с сего сиганула по улицам незнакомого города. И тем более уж он-то знает, что я легко могу сменить внешность.

А если подозревает, почему не спросил прямо? Он имел право потребовать признания, ведь я создаю проблемы для всей его Академии. О том, что внизу, в Порторее, может быть для меня опаснее, чем на острове, я не переживаю. Прошлый раз меня застали врасплох, потому что я расслабилась. А на этот раз я заранее закрою метку так, что, даже если проклятый шейх окажется рядом, она не сработает. Эм... надеюсь на это.

В очередной раз кидаю взгляд на своё отражение в зеркале и поправляю платье, очень красиво облегающее фигуру. Без ложного стеснения признаюсь себе, что на мне оно сидит ещё лучше, чем на манекене. И я безумно рада, что Велл купил его. Но…