Чужая истинная, или Хозяйка магической мельницы

11

Айлин

Возвращать купленное зерно я даже и не думала. С этих станется сказать, что я заколдовала его или смошенничала. Вместо этого, недовольно ворча под нос, я достала большие противни и рассыпала овёс по ним. В печке было ещё достаточно жарко, чтобы немного его подсушить.

О том, что делают с зерном, я читала в какой-то книжке, причём совсем не магической. Вот уж не думала, что мне придётся когда-нибудь самой этим заниматься. Подсушить, хорошенько помять в ступке тяжёлым пестиком, ссыпать на широкое сито и вынести наружу.

Ветёрок дул подходящий, но по неопытности я встала так, что стоило подбросить зёрнышки, и шелуха полетела мне в лицо. Проплакавшись и прочихавшись, я разозлилась ещё больше и принялась подкидывать овёс на сите с утроенной энергией. Скоро ветер унёс всё лишнее, пора было молоть.

Запустить мельницу самостоятельно у меня по-прежнему не получалось, а кот уже наелся и больше мне не отвечал.

— Виспер! — позвала я, прикидывая чем его можно соблазнить. — Сегодня у нас будет кое-что новенькое. Ручаюсь, ты такое ещё не пробовал.

Потому что я и сама не пробовала. Овёс обычно шёл лишь в кашу да на корм животным.

Ответа не было, но с потолка полетело крохотное пёрышко, которое я подхватила и тут же сунула в карман. Будем считать, меня благословили. Я направила магию в механизм, и к моему воздействию тут же присоединилась невидимая энергия мельницы.

Мука получилась бурой и тяжёлой даже после просеивания. Пироги с такой точно не поднимутся. Зато печенье вполне может позволить себе быть плоским.

Смешав овсяную муку с остатками пшеничной, я добавила по щепотке специй из запасов Фианны. Всё время, что я колдовала над будущим печеньем, то с одной, то с другой стороны от меня падали разноцветные пёрышки. Похоже, хранитель заинтересовался происходящим не на шутку.

Печенье вышло что надо — круглое, жёлтое, как солнышко, и невероятно ароматное. Настолько, что гости первым делом отправились не пробовать воду из ручья, а интересоваться, чем же так вкусно пахнет.

На этот раз я отложила часть печенья. Заезжие рассказали, как добирались до Ларитона на телеге, и у меня возникла идея, как получить всё необходимое в обход лавочников.

Для этого я взялась проводить гостей до попутной телеги. Старое заброшенное поместье их заинтересовало, и мне пришлось рассказать всё, что я знала про живший здесь когда-то род правителей Эльмирии. О том, что последнюю хранительницу их наследия мне довелось знать лично, я умолчала.

Признаться, вид опустевшего особняка, явно выстроенного для большой семьи, вызывал необъяснимую печаль. Мне не повезло, у меня не было родных. Но если помечтать, то я хотела бы жить именно в таком месте.

На мгновение мне показалось, что в щели неплотно прикрытых ставней в одном из окошек промелькнул огонёк. Сердце взволнованно забилось, и любопытство ещё сильнее потянуло в загадочное поместье. Но магия по-прежнему не пускала меня через ограду.

Знакомый из соседнего поселения, подвозивший заезжих на телеге, неожиданно был рад меня видеть.

— А, городская! Как устроилась? Как тёткин дом?

— Неплохо, спасибо, — уклончиво ответила я. — Хотела узнать, вы часто здесь бываете? Нужны кое-какие товары, которые в местных лавках не могут мне продать.

Я угостила его печеньем и за неторопливым разговором выяснила, что старые мельницы моего знакомого не пугают. Барни — так его звали — был согласен привозить зерно и прочие продукты для меня. Мы сразу составили список того, что мне нужно, и расстались сговоренными деловыми партнёрами.

Радуясь, я помахала рукой, провожая телегу с гостями. Местные жители, для которых Барни доставлял товары, уже расходились. Некоторые всё так же косо посматривали на меня, другие не обращали внимания. Но был среди них тот самый лысый, назвавший меня ведьмой, и от взгляда, которым он меня проводил, стало немного не по себе.

К счастью, до мельницы я добралась без происшествий. Происшествие ждало меня внутри.

Горка овсяного печенья, красиво лежавшая в глиняной тарелочке на столе, была беспощадно разорена. Кругом валялись крошки, след из которых вёл под стол. А там, в тени, сжимая в когтях недоеденную половинку печеньки сладко посапывал…

Я прищурилась и склонила голову набок, пытаясь разобрать в груде перьев и меха, кто же это передо мной.