Чужая истинная, или Хозяйка магической мельницы

22

Откуда вообще взялись в моей голове такие мысли? Я никогда не считала себя особенной красавицей или какой-то примечательной. Даже когда Дэйрон начал ухаживать за мной, всё удивлялась, почему он выбрал именно меня. Внешность у меня самая обычная, из красоты, пожалуй, только волосы. Талантов немного: могу творить простейшие заклинания без счёта и тесто. Вот и всё.

Но когда Тай смотрел на меня своими нагловатыми зелёными глазами, я чувствовала себя не просто хорошенькой или симпатичной. Я начинала казаться себе самой красивой девушкой в мире — столько восхищения было в лице дракона.

Я снова поднялась в спальню и посмотрела на себя в зеркало. Так и есть. Стоило вспомнить о Тае, как глаза начинали блестеть, щёки и губы розоветь. Если с Дэйроном я превратилась в выцветшую копию себя, то свобода, свежий воздух и привлекательный поклонник делали из меня красавицу.

Жаль, что связь истинных мешает мне жить по-настоящему свободно. Дэйрон почувствует всё, что коснётся меня. Так что соседу не достанется ничего, кроме пирога.

Тайрелл

Стоило тронуть защиту на лестнице, ведущей на третий этаж, мерзкий кот тут же перешёл в атаку. Ментальный приказ замолчать он не воспринял, только разозлился ещё больше. А хуже всего, что Лин встала на его сторону.

Чем больше Тайрелл крутился рядом с ней, тем больше понимал — девушка использует ту самую силу, которую он искал. Иначе как ещё объяснить, что он не смог пробиться через её защиту? Едва ли она сама справилась бы с натиском дракона. Откуда в таком хрупком теле взяться подобной силе?

Но это не было препятствием для Змея. Когда обе — и Лин, и сила — станут его, он позаботится о безопасности девушки. Как правящий лорд Эльмирии.

А пока что нужно было принести извинения. Один портальный переход, и Змей очутился на одном из знаменитых шумных рынков Мореллиана. Он уже бывал здесь раньше. В двадцати шагах отсюда — тёплое море, вкусная еда, прекрасные девушки. Но там, в Эльмирии, — долг. А ещё дом.

Почему-то при мысли о доме вспомнился не родительский особняк и не дом Эйгардов в столице, а круглая светлая комнатка, полная запахов выпечки. И руки Лин, которая наполняла эту комнатку волшебством.

Назад он вернулся быстро. И очень вовремя. Оставив подношение мерзкому животному, Тай ушёл недалеко, скрываясь в сумраке. Лин наконец-то сняла косынку, но темнота съела все краски. Всё, что он смог заметить — что волосы девушки тяжёлым водопадом опускаются ниже спины. Стоя во тьме дракон чувствовал, что его пробирает дрожь от желания погрузить в этот водопад руки, окунуть лицо и вдохнуть поглубже.

Лин скрылась в доме, пора было уходить, но что-то привлекло внимание дракона. Какое-то движение на идущей вдоль поместья Эйгардов дороге. Тьма быстро сгустилась, скрывая всё, но Тайрелл чувствовал, что там кто-то есть.

Ждать пришлось недолго. Скоро на тропе, ведущей к его домику, показался человек. Местный, судя по одежде. Мужчина явно спешил — шляпа то и дело соскальзывала с его головы, обнажая светлую лысину. Он возвращал её на место одной рукой, второй держа подальше от себя корзину с плетёной крышкой.

— Эй, — тихо окликнул дракон.

Голос был едва слышен в вечернем стрекотании сверчков и пении жаб, но идущий вздрогнул и повернул голову. Этого хватило, чтобы перехватить его взгляд.

— Сюда, — приказал Тайрелл, и мужчина, спотыкаясь свернул с тропы.

Он остановился в двух шагах, трясясь так, будто летним вечером внезапно ударили морозы. Дракон вперил в незнакомца пристальный взгляд и едва не зарычал.

У мелких людей мысли лежат на поверхности. Особенно те, что яркие и эмоциональные — не нужно особого таланта, чтобы их прочесть. Тайрелл протянул руку, забрал корзину и отставил на крыльцо своего домика, не сводя глаз с жертвы.

— Пожар тоже устроил ты? — тихо с угрозой спросил он.

Мужчина попытался опуститься на колени, но взгляд дракона удерживал его на месте.

— По… по… милуйте. Я не хотел навредить… Только напугать… чтобы ушла…

Руки Тайрелла сжались в кулаки. Никогда ещё драконья сущность не требовала так отчаянно крови. Даже когда его обходили соперники. Даже когда Рейна отобрала титул. Он с трудом сделал вдох, пытаясь держать себя в руках.

— Ты один? Сколько вас таких в городе?

— Не… не знаю… Многие не любят… — жалкий человечишко мотнул головой в сторону мельницы.

Тайрелл коротко кивнул, принимая решение. Воля дракона огнём прошлась по дрожащему разуму человека, выплавляя в том новые образы, сжигая то, что не положено помнить.

Он уйдёт обратно в город. Он никогда не причинит зла девушке, живущей в мельнице. Он будет смотреть и слушать, не намерен ли кто-то ей навредить. А обо всём подозрительном будет рассказывать на крыльце старого дома. Кому? Он поймёт при встрече.

Когда лысый, зажав шляпу под мышкой и спотыкаясь, поспешно ушёл, Тайрелл отнёс корзину за дом. Под его рукой прутья вспыхнули, расходясь и лопаясь от жара. Внутри извивались в огне три змеи с ярким ядовито-оранжевым окрасом. Глядя на них, дракон мотнул головой, прогоняя жгучее желание догнать лысого и свернуть ему шею. Обошёл вокруг домика, вдыхая ночную прохладу. И остановился глядя на слабо светящееся окошечко в мельнице.

Стекло в нём уже появилось, но занавесок всё ещё не было. В скудном свете была видна девичья фигурка — проворные пальчики девушки быстро заплетали волосы в длинную косу. Проклятый полумрак скрывал подробности.

Тайрелл решительно втянул прохладный воздух. Хватит ходить вокруг да около. Завтра он узнает их цвет.