Чужая невеста

Глава 12

Утро для меня начинается незаметно. Несколько часов бессмысленным взором пялясь в прикрытое лёгким тюлем окно, я не успеваю подметить, когда именно тёмное беззвёздное небо озаряется красными всполохами пробуждающегося солнца. Не знаю, в какой момент тишину начинает разбавлять ненавязчивое пение птиц, и в котором часу к их голосам примешиваются раздражающие вопли автомобильных клаксонов. Просто внезапно осознаю, что город проснулся, а я так и не успела вздремнуть.

Думала. Так много думала о том, о чём думать была не должна, что теперь с трудом отрываю голову от подушки. И то лишь для того, чтобы заглянуть под кровать, и, убедившись, что мой новый подопечный не испустил дух, плюхнуться обратно.

Что делать дальше? Когда Женя вернётся домой с работы, повесит ключи на гвоздик, сбросит ботинки на коврике у двери и первым делом найдёт меня? Когда сядет напротив и выразительно глянет из-под густых ресниц? Ведь он и ночью на меня так глядел: подозрительно, когда я облегчённо выдохнула, добившись ответа на свой вопрос о жертвах аварии; удивлённо, когда я решила забрать кота домой, вместо того чтобы оставить его до утра в клинике; озадаченно, когда я торопливо спряталась от него на заднем сиденье быстро подъехавшего такси. Трусливо спряталась, надо сказать, лишь затылком ощутив его недоумевающий взор, ведь обернуться я так и не решилась.

Как и не решилась ночью набрать Сашу. То ли опасаясь её разбудить, то ли из страха, что она не спит… Да и как начать разговор? Столько лет не интересовалась судьбой её брата, старательно избегая тем, которые начинаются с фразы: «А Ванька у нас…», а тут ни с того ни с сего, сама спрошу? Нет же… Это как минимум будет выглядеть странно.

А не спросить – будет подло.

Чёртов кот! Чёртов водитель, уснувший за рулём, чёртов Брагин и моё чёртово сердце, всю ночь тарабанящее в груди, а в эту секунду внезапно притихшее. Прямо сейчас притихшее, когда я и сама не дышу, ожидая, пока звук гудков сменится знакомым девичьим голосом.

– Чего ты в такую рань?

Не знает она ничего, иначе не звучала бы так беззаботно.

Сглатываю ком в горле, протираю вспотевшие ладони о пижамные штаны, и, набрав в грудь побольше воздуха, выдаю:

– Всю ночь не спала. Вчера за городом две машины столкнулись, не слышала? – она мычит в ответ, похоже, торопливо прожёвывая завтрак, а я расслабляюсь немного – ведь это хороший знак? Может быть, Брагин не сильно пострадал? Иначе врачи уже бы связались с его семьёй? Права были при нём, и наверняка мобильный…

Или как это часто бывает, они терпеливо ждут, пока родня сама начнёт шевелиться и бить во все колокола, разыскивая пропавшего родственника.

– Так вот, в одной из машин был кот. Его к Жене на осмотр проезжавший мимо водитель привёз. Пришлось к себе забрать.

– Пострадал?

– Нет, пара царапин. Только непонятно теперь, что с ним делать… Говорят, хозяина на скорой увезли.

Господи, брата твоего! Только как я могу признаться, если, по сути, и знать об этом не должна? Ведь если б не этот кот, которого с нетерпением ждёт дома незнакомый Саше мальчик, я бы и сама находилась в неведении. Так же вздохнула бы участливо, так же отодвинула в сторону переживания о незнакомых людях, оставив заботы о них знающим своё дело врачам, и подобно подруге занялась бы своей работой:

– Ужас какой… Так может, кота в приют определим? У тебя свадьба на носу, у меня и так живности в квартире под завязку, у девчонок все передержки забиты…

А где-то в спальном районе маленький мальчик по имени Миша наверняка закатывает маме истерики… Громкие, его вой подобен сирене.

– Нет, парень домашний, в приюте с ума сойдёт, – закусываю губу, злая на саму себя за неуместные переживания о чужом ребёнке и от волнения принимаюсь скатерть в пальцах мять. Мне бы только адрес узнать. Вернуть бедолагу владельцу, чёрт знает зачем убедиться, что Брагин жив, и дальше строго придерживаться разработанного плана, где есть только я и Женя. Я ведь немного хочу…

– Тогда давай для начала в больницу смотаемся.

– Кто нас пустит?

– А у меня там медсестра знакомая есть, месяца три назад я ей пса отдала, теперь курирую. Может у хозяина тоже лишь пара царапин?

Надеюсь. Если не ради Брагина, то хотя бы ради Саши, что шелестит фантиком от конфеты, и протягивает мне спасительную соломинку:

– В обед. Я за тобой заеду.

Улыбчивая, в лёгком цветастом сарафане, и вправду забирает меня в свой обеденный перерыв, и выруливая со двора, заметно хмурится. Видать, следы бессонной ночи у меня налицо – от еды воротит, голова кругом идёт от бесконечного потока мыслей. И чем ближе мы подбираемся к больнице, тем мрачнее они становятся.

– Вот смешная, Тань. Первый раз, что ли? Пристроим мы этого кота, – выдаёт не терпящим возражения тоном и смело распахивает дверь городской больницы.

Мне от запаха тушеной капусты хочется зажать нос пальцами, она хмурится, глядя на неопрятную разрисованную синяками женщину в сальном халате, что ожидает своей очереди на рентген . Народу тьма, дверей во всевозможные кабинеты и того больше, а Саша уверенно придерживается курса. Дважды сворачивает налево, за пошарпанной дверью, выкрашенной в грязно-белый цвет, находит нужную лестницу, три пролёта в полной тишине отстукивает каблуками по битым ступенькам.

– На посту она. Зовут Света, – шепчет, уже махнув рукой девушке в белом халате, и, потянув за руку, вынуждает меня ускориться. – Закончим здесь, и марш в постель. Не по себе мне, когда ты такая варенная!

Подчиняюсь. Теперь и шагаю увереннее, и улыбаюсь, как мне кажется, вполне естественно. Когда Саша протягивает знакомой коробку эклеров из своей кондитерской, когда медсестра недолго отпираясь, прячет эту самую коробку в ящике на посту. Когда перейдя на шёпот, немного упрямится для проформы.

– Нельзя, девчонки. Это же медицинская тайна!

– А ты в диагнозы не вдавайся. В общих чертах обрисуй. Знаешь ведь, как тяжело будет пристрой искать. А тут хозяин есть! И родственники у него наверняка есть. Может, заберут кота и будет всем счастье, – не сдаётся Саша, пока я молча рядом мнусь. Не знает же, что, по сути, и сама этому коту не чужая…