Чужая невеста

Идеальный сценарий отношений

Он врезался в меня в буквальном смысле.

Я стояла в очереди за кофе, листая ленту новостей и мысленно проклиная понедельник. За моей спиной кто-то споткнулся, и в мое плечо ткнулось что-то горячее и твердое.

— Черт! — выдохнул мужской голос прямо над ухом.

Я обернулась. Парень, высокий, в сером пальто и с растрепанными ветром темными волосами, пытался поймать крышку, которая слетела с его стаканчика. Кофе пролился ему на руку и забрызгал мою куртку.

— Боже, простите, я такой неуклюжий, — он поднял на меня глаза. У него были серые глаза, очень пронзительные, и смотрел он так виновато и искренне, что злиться было невозможно.

— Сильно обожглись? — спросила я, кивнув на его покрасневшую руку.

Он улыбнулся, и улыбка у него оказалась теплая, немного смущенная. Он тут же стянул перчатку и сунул обожженную ладонь в сугроб, который намело у входа в кофейню.

— Пустяки. Давайте я вам куплю новый кофе? И куртку в химчистку. И вообще, могу на руках носить до конца дня в качестве искупления.

— На руках? С такой-то координацией? — усмехнулась я. — Боюсь, мы оба расшиблись бы.

Он рассмеялся. Смех у него был легкий, и от этого почему-то захотелось улыбнуться в ответ.

Мы проговорили два часа. Сначала за кофе, потом за ланчем, потом просто гуляли по заснеженному парку, и я забыла, что на мне испорченная куртка и что вообще-то я спешила на работу. Его звали Дима. Он был архитектором, рисовал эскизы от руки и жил в районе, который я всегда считала самым романтичным в городе.

Через неделю я поняла, что влюбилась.

Через месяц мы уже не могли друг без друга дышать. Он приезжал ко мне с завтраками, я ждала его с работы с пирогами, которые совершенно не умела печь, но очень старалась. Мы ездили за город, смотрели старые фильмы и спорили, чья очередь мыть посуду. С ним было легко. Так легко, что иногда становилось страшно.

— Кать, — сказала я подруге, когда мы пили вино на моей кухне спустя полгода. — Кажется, я хочу замуж. Именно за него.

Катя присвистнула и чокнулась со мной бокалом.

— Ну наконец-то, а то я уж думала, ты собралась век вековать с этими своими котами и книгами.

Дима сделал предложение ровно через неделю после этого разговора. Мы поехали за город, в парк, расстелили плед на траве, он достал корзину с едой, а потом вдруг встал на одно колено и спросил, глядя прямо в глаза:

— Алиса, ты согласна стать моей женой?

Я согласилась.

И только сейчас, за день до свадьбы, стоя в примерочной свадебного салона и глядя на свое отражение в пышном белом платье, я вдруг поймала себя на мысли, которая холодной змеей проползла под ребра.

Я совсем его не знаю.

Я знаю, что он любит яичницу с помидорами и ненавидит дождь. Знаю, как он смешно храпит по утрам и что у него родинка на левой лопатке. Но я никогда не видела его по-настоящему грустным. Никогда не спрашивала, о чем он мечтал в детстве и от чего у него сжимается сердце.

Я отогнала эту мысль. Просто нервы. Просто предсвадебная лихорадка.

Но когда вечером он сказал: «Завтра ты познакомишься с моей лучшей подругой, Диной. Она прилетела», — внутри что-то екнуло.

— Лучшей подругой? — переспросила я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Что-то я о ней раньше не слышала.

Дима отвел глаза.

— Да так, старые связи. Мы с детства знакомы. Просто… много всего было. Ты не ревнуй, она для меня как сестра.

Я кивнула и улыбнулась. Как сестра. Конечно.

В конце концов, завтра я стану его женой. И это просто паранойя.