Чужая невеста. Истинная для дракона

13

Лес редел. Деревья расступались, кусты царапали лицо, но я только закрывалась локтем и шла дальше. Дыхание со свистом вырывалось из горла.

Впереди, между чёрными стволами, забрезжил лунный свет. Облака разошлись, и луна залила поляну мертвенным серебром.

Развалины.

Остатки каменных стен, заросшие ежевикой. Обрушенная крыша, стропила торчали, как рёбра скелета. Фундамент, покрытый мокрым мхом. Тонкая струйка дыма из-за обломка стены.

Сердце подпрыгнуло.

В августе здесь была густая трава по колено. Спелая ежевика, тёплая от солнца. Шмели гудели в зарослях. Мы прятались от грозы, и дождь лил стеной, и Валериан снял камзол и набросил мне на плечи. Мокрая ткань пахла яблоками. Он обнял меня, чтобы согреть. Я подняла лицо. Он поцеловал меня. На губах был вкус дождевой воды и ежевики.

Сейчас ежевика стояла голая. Чёрные колючие плети тянулись из щелей между камнями. Трава пожухла, примятая дождями.

Я остановилась на краю поляны и привалилась к стволу дерева. Ноги дрожали. Руки дрожали. Всё тело дрожало.

Шурш на плече завозился, вцепившись коготками в шерсть платья. Он больше не светился. Магия кончилась в лесу, когда он грел меня последними крохами.

Тень отделилась от каменной арки. Силуэт в тёмном дорожном плаще с откинутым капюшоном. Золотистые волосы поймали лунный свет.

Валериан.

Имя вырвалось хрипло, сорванно, на полувсхлипе. Я оттолкнулась от ствола и бросилась к нему. Спотыкалась о корни, путалась в подоле. Ветка хлестнула по щеке. Камень впился в босую пятку. Всё равно. Бежала.

Врезалась в жёсткую сухую шерсть камзола. Обхватила руками за шею. Уткнулась лицом в плечо.

Тёплый. Сухой. Пахнущий шерстью, кожей и чуть-чуть вином. Моё тело, измученное холодом, впитывало его тепло. Я прижалась крепче. Вцепилась в воротник окровавленными пальцами, оставляя бурые полосы на дорогой ткани. И разрыдалась.

Всё. Дошла. Канализация, лес, холод. Всё позади.

Его ладони коснулись моей спины.

И тут же скользнули вниз, по предплечьям. Пальцы обхватили мои локти. Сжали. Отодвинули.

— Элара. — Голос торопливый, сдавленный. Глаза метнулись мимо моего лица к опушке леса. . — Давай руку. Живо.

— Что?..

— Руку. Левую. Быстрее.

Он перехватил мою кисть. В лунном свете блеснул металл. Широкая полоса тёмного серебра, покрытая рублеными рунами. Руны мерцали красноватым тусклым огнём.

Валериан задрал мой рукав, обнажая метку. Чёрная чешуя, крылья, оскаленная пасть на моей коже. Его пальцы обхватили запястье и защёлкнули браслет прямо поверх рисунка.

Металлический щелчок.

— Всё. — Пальцы разжались. — Руны заглушат поисковую магию. Он тебя больше не найдёт.

Метка под браслетом онемела.

Гул на краю сознания оборвался. Тот самый, что сопровождал меня с венчания. С первой секунды, когда узор дракона впился в кожу. Оборвался резко. Как оборванная струна.

В груди стало пусто.

Ни пульсации. Ни чужого тепла. Ни сердцебиения под кожей. Ничего. Будто из меня вытянули что-то живое и осталась дыра.

Колени подогнулись. Я судорожно втянула воздух, хватаясь рукой за грудь.

За неделю я привыкла к чужому пульсу. К ощущению, что где-то бьётся ещё одно сердце, настроенное на моё. Ненавидела это. Проклинала. И вот его нет. И я задыхаюсь.

Шурш на плече вздрогнул. Когти впились в кожу через ткань.

— Сними, — шёпот, одними губами, прямо в ухо. — Сними это.

— Элара! — Валериан перехватил меня под локоть. — Только не вздумай падать в обморок. Нам нужно идти.

Он осёкся. Ноздри дрогнули. Губы сжались. Выдохнул сквозь зубы и отвернул голову.

— Светлые боги, Элара... чем от тебя несёт?

Он смотрел на мой подол. Мокрая шерсть, чёрный ил, ряска, пятна тины.

— Калитка полыхала, — простучала я зубами, обхватывая себя за плечи. — Купол пробили. На замок напали. Кайар дрался. Он перехватил меня у калитки. Я шла через водосток. Несколько часов. В ледяной воде.

Я протянула к нему ладони. Ободранные, распухшие, с содранными ногтями, с засохшей кровью в каждой трещине.

Валериан посмотрел на них. Быстро, вскользь. Его взгляд соскользнул с моих рук и вернулся к опушке леса.

— Через водосток? — Он отпустил мой локоть и отступил на шаг. — Я отдал этим магам мешок золота за чистый проход. Мешок золота, Элара!

Он развернулся и быстро зашагал вдоль разрушенной стены. Плащ хлопал по голенищам, тёмный, добротный, на тёплой подкладке. Дошёл до угла. Развернулся на каблуках.

— За тобой точно никто не увязался? Стража? Ищейки?

— Я пришла одна.

— Следы? Водосток не отследят?

— Не знаю. Вода...

— Вода. Хорошо. Смывает следы. — Он провёл ладонью по волосам, откидывая их со лба. — Хорошо. Мы уедем отсюда, любовь моя. У меня есть план. Всё будет хорошо.

Он говорил это, глядя на опушку леса.

— Иди к ручью, — он указал в сторону деревьев. — Смой это. Если дракон пустит гончих, запах выведет их на нас.

Подошёл к замшелому камню, достал из-под плаща серый свёрток. Протянул мне на вытянутой руке.

— Платье придётся бросить в воду. Сбить след. Надень это, но сначала помойся, быстрее. Я и так ждал тебя очень долго.

Я взяла свёрток. Развернула. Грубая колючая ткань. Тёмно-серое простое платье с завязками на груди. Тонкое.

Валериан перехватил мой взгляд.

— Не до красоты. Иди. Живо.

Я пошла к ручью.

Шурш молчал. Сидел каменным комочком. Когда я присела на берегу, перебрался на ветку надо мной. Повернулся спиной.

Ручей блестел в лунном свете. Быстрая, мелкая вода по камням. Я дотронулась пальцами. Ледяная. Ещё одна порция холода. Сколько их уже было за эту ночь.

Пальцы не слушались. Я дёргала завязки мокрого платья, ломала ногти, скулила от боли сквозь зубы. Наконец ткань сползла с плеч. Я осталась в тонкой разорванной сорочке. Ночной воздух обжёг мокрую кожу.

Опустилась коленями на камни. Зачерпнула воду. Ладони обожгло. Начала тереть. Лицо, шею, руки. Грязь, тина, вонь канализации.