Чужая, но моя

Глава 9. Болезнь

Светлана добралась до квартиры поздно вечером, когда Маша уже спала. Тихо сняв мокрую одежду в ванной, она завернулась в полотенце и на цыпочках прошла в свою комнату. Всё тело дрожало от холода, но она не хотела будить подругу и объяснять, что случилось.

Утром проснулась с ощущением, что её переехал грузовик. Голова раскалывалась, в горле першило, всё тело ломило. Температуры не было, но чувствовала она себя отвратительно.

— Света, ты что-то бледная, — заметила Маша за завтраком. — Не заболела?

— Нет, всё нормально, — соврала Светлана. — Просто плохо спала.

Она кое-как доплелась до офиса, но весь день чувствовала себя как в тумане. Коллеги несколько раз спрашивали, не нужна ли помощь, но Светлана отмахивалась.

К вечеру стало хуже. Появилась температура, начался кашель. Дома Светлана сразу легла в постель, сказав Маше, что просто устала.

— Света, ты горячая какая-то, — забеспокоилась подруга, потрогав её лоб. — Давай я врача вызову.

— Не надо, — замотала головой Светлана. — Само пройдёт. Простуда обычная.

Но не прошло. На следующий день температура поднялась до тридцати девяти, кашель стал сухим и мучительным. Светлана с трудом встала с постели, чтобы позвонить на работу и предупредить, что заболела.

— Светлана, немедленно к врачу! — строго сказал Егор Дмитриевич. — И не вздумай завтра приходить, пока не выздоровеешь.

Но к врачу Светлана не пошла. Лежала в постели, пила чай с малиной, которой наварила встревоженная Маша, и тупо смотрела в потолок. Болезнь словно помогала не думать о Николае — голова была тяжёлой, мысли путались.

— Света, мне страшно, — сказала Маша на третий день. — У тебя такая высокая температура, а ты даже таблетки не пьёшь.

— Не хочу, — прошептала Светлана. — Оставь меня.

— Не оставлю! Завтра же идём к врачу!

— Не пойду, — упрямо повторила Светлана и отвернулась к стене.

— Я взрослая, имею право болеть как хочу, — говорила она сквозь кашель.

К концу недели стало ясно, что это не простая простуда. Светлана почти не вставала с постели, ела через силу, а кашель стал очень сильный. Температура скакала от тридцати семи до сорока.

В понедельник утром Маша обнаружила, что подруга бредит. Светлана металась по кровати, что-то бормотала про Николая, про мост, про воду.

— Света! — трясла её Маша. — Света, ты меня слышишь?

— Не надо, — шептала Светлана, не открывая глаз. — Не надо было с моста уходить... там было хорошо...

Маша в панике схватила телефон и набрала номер скорой помощи.

— Алло? Мне нужна скорая! Подруга уже неделю с высокой температурой, а сейчас бредит!

Скорая приехала быстро. Молодой врач осмотрел Светлану, послушал лёгкие и покачал головой:

— Воспаление лёгких. Причём запущенное. Почему так долго не обращались?

— Она не хотела, — всхлипывала Маша. — Я уговаривала, но она отказывалась...

— Нужна срочная госпитализация. Состояние тяжёлое.

— Не хочу в больницу, — простонала Светлана, приходя в себя на минуту. — Оставьте меня дома...

— Девушка, — строго сказал врач, — у вас двустороннее воспаление лёгких. Без лечения можете не выжить.

— И не надо, — прошептала Светлана и снова потеряла сознание.

Маша подписала все документы, и Светлану увезли в больницу. В приёмном покое её сразу направили в реанимацию — состояние было критическим.

— Что с ней случилось? — спросила дежурная медсестра у Маши. — Как можно было так запустить болезнь?

— Не знаю, — плакала Маша. — Неделю назад она была счастливая, влюблённая, а потом... будто сломалась. Говорила, что ей всё равно, что будет.

Медсестра покачала головой. Таких случаев она видела немало — когда люди теряют волю к жизни, организм перестаёт бороться даже с обычной простудой.

— Молитесь, — сказала она Маше. — И надейтесь. Девочка молодая, должна справиться.

Но Светлана лежала в реанимации без сознания, подключенная к аппаратам, и никто не знал, захочет ли она бороться за свою жизнь.