Чужая ноша

2

 - Как она? 

Елизар интересовался не из праздного любопытства. Нефилимы довольно жалкие создания, хрупкие, как непонятно что... А девчонка пока что нужна ему живой и здоровой. Не хватало чтобы "ангелочек" зачахла до того, как выполнит свою миссию. Пускай он четко приказал не причинять вреда. 

Несмотря на века жизни среди смертных, падший все еще не разучился удивляться тому, настолько они слабы. Как низменна и не совершенна их природа. 

Венец Творения подкачал. 

Что бы род человеческий о себе не мнил. 

Люди казались мерзкими букашками, которые почему-то унаследовали прекрасный мир. Который и правда был подобен саду райскому до их появления. За тысячелетия падший успел разочароваться в своей способности хоть как-то понять величие Замысла. Он был проклятым бунтовщиком. И его еретические мысли не могли еще больше очернить душу. Она черная, как Первородный мрак, который был до начала всего Сущего. 

Ангелов Елизар, как любой порядочный демон, просто не переносил. 

Но нефилимы по степени его отвращения давали сто очков вперед бывшим собратьям. 

Смешение совершенства, чистейшего эфира, из которого их создал Отец, и грубой подделки человека - вот что было настоящим преступлением. Слабые, хрупкие только годились что в пищу и для забавы. Мир жесток и слабые обречены еще до того, как сделали свой первый вздох. 

Такова истина, от которой не уберечься. 

Небеса далеко и здесь их вотчина. Царство отверженных, презираемых, но не сломленных. Елизар был нетипичным в чем-то падшим. Он презирал ложь и никогда не лгал самому себе. Опутывать чужой разум сладкими иллюзиями это ни к нему. Он воин. 

Предпочитает более прямые методы, насколько это вязалось с представлениями демона о прямоте. На святость падший во всяком случае не претендовал, но свой кодекс чести не стремился нарушать. Именно поэтому нефилим еще жива. Елизар поклялся позаботиться о ребенке, и для этого была необходима девушка. 

Свое слово падший держал всегда. 

Демону было неприятно присутствие полуангела в своем доме. 

Даже сквозь расстояние и стены, что их разделяли, нефилим сияла. Ее благодать так и манила испить ее, осушить. Свет же просто раздражал. А еще страх, который растекся по всему дому. Она ведь совсем юная, дитя еще по сути, и ее похитили страшные демоны. Девочка точно знает, что ждет такую, как она, в руках зла. 

Елизар не пожелал спуститься вниз, когда ее вносили в дом. 

Все, что демон видел, стоя на вершине лестнице, это белоснежные без единого изъяна крылья. 

Тонкая насмешка Всетворца... Не знавшие карающего огня, смрада Бездны, в которую они были брошены, пламени битвы и разрывающей вечную Суть на двое агонии Падения. Тем не менее взлететь нефилим была не способна. Он, проклятый, мог, а она нет. 

 - Напугана, господин, но держится. 

Ведьма говорила осторожно. Она, несмотря на всю свою полезность, никогда не забывала, кем является ее хозяин. И что скрывается за ослепительной внешностью. Она знала, каков он в гневе. Имела "удовольствие" наблюдать и не желала испытать силу ярости милорда на своей шкуре. Поэтому слова подбирала со всей осторожностью. Вряд ли господина интересовала девчонка сама по себе, но было важно, чтобы нефилим была в состоянии делать, то что от нее требовалось. Не более того. 

Поэтому ее всего лишь посадили на цепь. Такая малость, в сравнении с тем, что могло быть. 

Им удалось поговорить... И Елена почти верила, что девочка поняла, что от нее требовалось. 

Нефелим боялась, и это не глушило того света, который полуангел излучала всем своим существом. Стойкая и неглупая. Господин ценил Елену за то, что она хорошо разбиралась в людях и нелюдях. Облегчала контакты с теми, к кому хозяин не желал снисходить самолично. Да и нефелим вряд ли легко бы перенесла встречу с падшим лицом к лицу. В дурном расположении духа хозяин просто выжигал все вокруг. 

Без милосердия и сантиментов. Мольбы девушки точно бы не тронули того, у кого сердца нет. 

Елена думала осторожно, но думала. Хозяин не станет лезть ей в голову. Ему это ни к чему. Она принадлежит ему и телом и душой - навсегда. Ни возразить, ни освободиться, только покорность. 

 - Ты объяснила ей, что от нее требуется? 

Елизар усмехается... Ведьме явственно не по себе. Обычно она чуть смелее. Потому что служит ему уже очень долго - больше двух веков. Умная, полезная и четко усвоила свое место, поэтому еще дышит. Падший не любит себе осложнять жизнь, подбирая новую прислугу. Лучше как следует дрессировать старую. Чтобы не было никаких проблем никогда. Так практичней. 

Елена знает, что в темных, искристых звездным светом глазах пляшет темное веселье. Злорадное и остро перемешанное с тьмой, к которой хозяин есть суть одно. Ведьма знает, что смотреть в глаза демона нельзя долго - забудешь себя, потеряешься. Перед этим очарованием никому из смертных не устоять. И она всего лишь добыча, несмотря на всю свою силу, всегда добыча. 

Он утончен... Красив возвышенной красотой. Настолько оторванной от этого серого мира, что почти больно. Правда, лишь в этом облике. Настоящий лучше не лицезреть. 

 - Да, господин. Думаю проблем с ней не будет, но обеспечить должный надзор необходимо. Вы позволите мне начать приготовления? 

Падший хмурится, остро воспринимая не прозвучавший намек на то, что времени не так уж много. Лучше не медлить иначе ребенку может стать хуже. Взмахов руки Елизар отпускает служанку и отворачивается к окну. Кормилица, если так можно сказать, или, вернее, источник благодати для новорожденного найден... Все равно демон не может избавиться от странного беспокойства. Словно он совершает ошибку. 

Сила монолитом окутывает особняк. Он ощущает слуг и охрану, чувствует слабеющий сгусток, еще не до конца сформировавшийся, - дитя. Время течет как обычно и заведено в мире смертных. Все в порядке. 

Елизар почти всевластен, и как всем демонам ему этого мало. Жажда большего, вот с чем приходится бороться ежесекундно. Он предпочитает точный расчет, а не порыв эмоций. Из-за одного такого "порыва" огненный меч серафима расколол небесные сферы и свергнул его вниз. Теперь он старше и почти умней.