Чужая тропа

Белый шум

— Если война с Чжао начнётся, ты за нас или за них, БЫСТРО?!
По комнате раздался пронзительный крик. Можно было подумать, что он мог воскресить и напугать даже мёртвого, однако раскатистый смех убил бы его вновь.
— Видели бы вы своё лицо, моя Госпожа, ха-ха, — девушка упала подле ложа кричавшей.
— К-кто ты и что тут делаешь?
— Как кто я? Ты что, головой вчера ударилась или от сна ещё не отошла? А может, у тебя температура? — задалась вопросом девушка, протягивая ладонь к своей Госпоже, которая всё так же сидела в недоумении. Вот только та в свою очередь моглалишь откинуть её.
— Что ты делаешь?
— Сы Чжуо, да что с тобой сегодня? Ты только проснулась, а уже чем-то недовольна.
И тут, словно очнувшись, лежавшая пришла в себя «Сы Чжуо? Откуда она знает моё имя?», «Стоп, не тот вопрос. ГДЕ Я, МАТЬ ВАШУ?!». Паника сменялась нарастающей тревогой, эмоции бушевали. Оглядевшись, она без труда поняла – это совершенно незнакомое место, и уж точно не её комната. "Но как? Почему? Когда?" – в голове царил полный хаос.
— Жунь Фен, если у кого-то из нас и есть проблемы с самочувствием, так точно не у нашей Госпожи. С тобой не то,что с ума сойти, да и помереть можно. Приношу свои извинения за неё, — девушка, зашедшая в комнату, склонилась в аккуратном поклоне. Высокая, с сдержанным выражением лица, но что-то в нём выдавало беспокойство. Глаза её были темны, словно ночь, но в них было ни капли сомнения, скорее лёгкая насмешка над напарницей, вперемешку с уважением по отношению к своей госпоже. Её чёрные, сейчас в лучах солнца казавшиеся тёмно-пепельными, волосы были аккуратно убраны в высокий хвост. — Вместо того, чтобы пугать её, лучше бы помогла собрать.
— Э Ла-а-ай, ну нам никуда сегодня не надо, ведь так?— протянула Жунь Фен, театрально потягиваясь и притворяясь сонной, когда поднималась со своего места. — Может, просто не будем выходить из комнаты? Только теперь, когда она выпрямилась во весь рост, можно было заметить тонкие различия в их одеяниях. Хотя эти детали были едва уловимы, они намекали на то, что Жунь Фен, судя по всему, занимала более близкое положение к своей Госпоже. Однако по-настоящему тревожным, до дрожи, было одно: у обеих женщин за пазухой скрывался меч.
— Немыслимо. Моя Госпожа, простите, — девушка опять склонилась в поклоне. — Даже если нам сегодня никуда не надо, это не значит, что мы не должны соблюдать правила. — Мне приказать подать завтрак?
«Как-будто пора очнуться и хоть слово сказать, разберусь по ходу дел».
— Нет.
Стоявшие девушки удивлённо переглянулись, будто услышали не отказ, а приговор о смерти.
— Принесите книги.
Мёртвая тишина окутала покои, пока одна из служанок не начала трясти другую за плечи.
— Э Лай, Э Лай, и ты говоришь, что у меня проблемы? Ты погляди что происходит. С ней явно что-то не так, точно температура, или лихорадка, или,или…
— Да успокойся ты, хватит меня трясти, — откинув руки Жунь Фен, она подошла к сидящей. — Моя Госпожа, прошу прощения за грубость, но позвольте спросить, хорошее ли у вас самочувствие?
«Мгм, значит, здесь я учиться не любитель, спасибо, хоть в чём-то мы похожи».
— Ну да, или я, по-вашему, не могу хоть раз в жизни сесть за книги? — она наиграно скрестила руки на груди. — В конце концов, если вы чем-то недовольны, выскажитесь сейчас, или просто выполните мой приказ.
— Конечно, — Э Лай поклонилась и направилась к выходу, попутно схватив Жунь Фен.

***
Девушка в красных одеждах мерила свои покои широкими шагами вдоль и поперёк.
«Так разбираемся, если я каким-то образом попала в прошлое или вообще в другой мир, как я отсюда могу выбраться? А может, я вообще с ума сошла и просто лежу в психушке? Нет, навряд ли. Может я в коме или просто сплю, а что, если я умерла и всего этого нет?»
— Эй, Э Лай, ущипни меня, или ударь, — подозвав к себе девушку, имя которой пришло на ум первым, она делала пару шагов навстречу к ней.
— Но я… не могу, как же можно?
— Подожди,— обратилась Жунь Фен к своей напарнице, а затем посмотрела на Сы Чжуо. — Моя Госпожа, боюсь, если кто-то из нас сделает это, и если об этом узнает ваши родители, а страшнее всего об этом может узнать ваш отец, боюсь, нас похоронят заживо прямо под вашей половицей, ну или утопят на пристани прямо на глазах у всех. Хотя лично я предпочла бы перерезать себе горло прямо здесь…
— Не мели чушь, — шёпотом проговорила Э Лай и ткнула локтем в ребро рядом стоявшей девушки.
— Ничего страшного, сама справлюсь.
— Подождите, пожалуйста, моя Госпожа! — крик разнёсся по покоям.
— Если бы я знала, что вы обе умеете так кричать, я бы не предлагала себя щепать или бить, из-за вас оглохнуть можно.
«Зато я точно убедилась, я в реальности, как жаль, что не в своей».
— А где сейчас мои родители, коль вы их так боитесь?
Сы Чжуо села за письменный стол на котором лежали ранее принесённые книги. Столько макулатуры у неё отродясь не было. Служанки переглянулись, видимо та опять сказала не то.
— Ваш отец в главном зале, на совете старейшин. А ваша матушка в клане Цзин Мао.
«Хм. Если мой якобы отец находится на совете старейшин, то значит, мы здесь не последние люди»
Отложив одну книгу, девушка тут же взялась за другую. Её скорость чтения превосходила ту, что была у прежней Сы Чжуо, что свидетельствовало о значительно более высоком уровне её образования, несмотря на разницу эпох. И свидетелями тому были любопытные взгляды слуг в покоях.
— И что же они там обсуждают?
— Ну как же, мир на пороге войны, вот и разбираются как будем действовать, — ответила на вопрос Э Лай, склонив голову.
— И когда объявят решение?
Девушки вновь переглянулись, но в этот раз сказали вместе: «Никто не знает».
— Если хотите, мы можем попробовать разузнать у кого-нибудь из свиты вашего отца, хотя, зная их, это вряд ли получится, а подслушивать не вариант, нас убьют, и даже не посмотрят, что мы самые приближённые к вам, — Жунь Фен высказала свои предложения,сразу же отказавшись от них. Э Лай вновь пнула её в ребро своим локтем, показывая, что та говорит слишком много.
— Раз так, пойду туда сама.
— Моя Госпожа, позвольте мне выразить свои опасения. Я боюсь, что без надлежащего основания вам будет отказано во входе в главный зал. Несмотря на ваше высокое положение как любимой и единственной дочери главы клана Сюань Сы Цзя, подобное нарушение правил может повлечь за собой ваше длительное заключение в покоях, — почтительно, но с тревогой произнесла Э Лай, склонившись в поклоне. — Смею заметить, что в данной ситуации было бы разумнее воздержаться от подобных действий.
— Прекрасно, тогда я явлюсь с веской причиной, — ответила девушка, поднимаясь и направляясь к окну у входа в свои покои.
«Стоп, КТО МОЙ ОТЕЦ - ГЛАВА КЛАНА?!»
— И что же это за причина, Сы Чжуо?— Жунь Фен сделала шаг в сторону своей госпожи.
— Увидите.
Сказав это, она выскочила через образовавшийся проём из служанок и направилась куда глаза глядят.
Не теряя ни секунды, она рванула к дверям главного зала и с силой распахнула их. В глубине помещения, на возвышении, восседал мужчина, а по бокам от него, словно тени, стояли двое стражей, чьи руки мгновенно легли на эфесы мечей. Вдоль стен, словно изваяния, сидели старейшины. Дерзкий поступок девушки вызвал волну шепота среди них, но один, ближайший к главе клана, оставался неподвижен, его голова склонена, будто он предвидел этот момент. Быть может, он уже видит будущее?
— Отец, — девушка ворвалась в центр зала, упав на колени и преклонив голову. Находящиеся старейшины затихли от стука колен о пол. В зал забежали идве девушки, Жунь Фен и Э Лай, которые всё это время следовали за своей госпожой, и тоже упали на колени в поклоне. — Отец, я требую отправить меня на передовую.
«Да она с ума сошла»,— единственное, что проносилось в голове у большинства присутствующих, в том числе у двух служанок, которые и вздохнуть громче положенного не осмеливались. Глава Сы подскочил сместа от просьбы дочери в недоумении, но сразу сменил своё выражение лица на гнев.
— Что ты имеешь в виду, Сы Чжуо?!
— Я требую отправить меня на передовую!
— Ты уже забыла, что эти отморозки Чжао сотворили с твоим братом?!
— Я требую отправить меня на передовую!
— Ты не можешь отправиться туда, ты не обучена техникам ведения боя, да ты даже золотое ядро не развивала никогда!
— Я требую отправить меня на передовую!
Одна и таже просьба повторялась каждый раз, как только глава клана выдвигал свои аргументы.
—Как ты можешь быть так безрассудна? Я не могу, просто не могу отправить тебя туда! Ты – единственная надежда нашего клана Сюань Сы Цзя, его будущее. А если со мной или твоей матушкой случится беда? Ты представляешь, что станет с кланом без правителя, и уж тем более без наследников? Это было бы равносильно самоубийству – отправить тебя навстречу неминуемой гибели! — несмотря на бушующую в нём ярость, его глаза выдавали неприкрытый, первобытный страх. Очевидно, Сы Чжуо претерпела разительные перемены: от прежней не осталось и следа. Теперь она была воплощением напористости, остроты и бескомпромиссности, готовая отстаивать свою позицию до последнего.
«Пусть лучше думают, что я сумасшедшая, но пока я здесь, я буду той, какой я была до того, как попала сюда».
— Старший брат, прошу прощения за беспокойство, но позвольте мне выдвинуть своимысли. Если молодая госпожа так рвётся в бой, может быть, нам стоит отложить её предложение до возвращения второй госпожи дома Сы? Я полагаю, что данное решение не следует приниматься в спешке, без должного обсуждения с Сы Лан, — вставший со своего места, старейшина, чья одежда, хоть и была схожая с остальными, выглядела более дорогой, онпоклонившись, обратился к главе. Он был немного моложе самого главы, волосы его были частично собранными в высокий пучок, закреплённый нефритовой шпилькой, и в чёрном ханьфу с красными вставками.
— Ты прав, Сы Минж. Подождём возвращения госпожи Лан. А пока… — мужчина повернулся к сидящей дочери, — Поднимайтесь и ступайте в свои покои, до возвращения вашей матери я вам и слова больше не скажу. А вы, — он обратился к двум девушкам. — Как вы посмели допустить такую ситуацию? Разве вам не было приказано не пускать младшую госпожу в главный зал, во время совета? Пошли вон, пока я на глазах у всех вас не утопил!
— Есть! — хором ответили служанки.
— Благодарю отца за снисходительность, — девушка вновь упала в поклоне вместе с Жэнь Фен и Э Лай. Затем они поднялись и поспешно вышли из тронного зала.