Чужая в академии наёмников

Глава 2 (24.01.2021)

Тихий мужской голос разбудил меня. Я открыла глаза и увидела придворного лекаря. Он улыбался и протягивал мне стакан с чем-то зеленым внутри.

— Здравствуй, Алярия, как ты себя чувствуешь?

— Здравствуйте, — рассеянно ответила я. 

— Вижу, что уже лучше, — заключил лекарь. Видимо, он был очень оптимистично настроен, потому что я все еще ощущала слабость и даже боялась взглянуть на себя в зеркало. После нескольких дней пребывания в камере, я скорее всего выглядела отвратительно. 

Он помог мне выпить жидкость, в которой было что-то разведено. Это снадобье очень быстро придало мне сил, хотя я все еще ощущала подавленность.

— Зачем вы это делаете? Меня все равно скоро казнят, — сказала я. 

Лекарь покачал головой. 

— Совет принял решение не убивать вас, так как ваша причастность к данному делу не доказана, к тому же, вы фрейлина… — пояснил он. 

Меня оставили в живых? Какая щедрость! Вот только какой в этом смысл, если мои родители мертвы? Лучше бы меня тоже казнили вместе с ними. 

— Мне приказано привести вас в порядок, миледи.

А вот это было откровенно странно. Сначала они держали меня в камере, а теперь проявляют такую благодетель? С какой целью? Интуиция подсказывала, что ничего хорошего от ее величества ждать не стоит, особенно, после того, как она убила моих родителей. Я достаточно долго ее знала, эта девушка никогда и ничего не делает просто так. Раз меня решили помиловать, значит я им для чего-то нужна.

Вздохнув, я попыталась сесть, но жестом была остановлена.

— Миледи, вам нужно лежать, — сказал лекарь и достал из-за пазухи склянку. Внутри лежали круглые пилюли. Вынув одну, он протянул ее мне. — Это новая разработка совместно с магами — лекарство, которое очень быстро восстанавливает силы. Уже завтра вы будете здоровы. 

Я послушно выпила пилюлю и закрыла глаза. Что ж, одно я знаю точно: свадьбы не будет. Если мой жених оставил меня совершенно одну в такой ужасной ситуации, то мне точно не стоит выходить за него замуж. Перед глазами встало лицо отца, который сказал бы то же самое. По щеке покатилась слеза, но я сдержалась от всхлипа. 

Почему это произошло со мной? Всё ведь было так хорошо! Помолвка, бал, вся жизнь расписана наперед. Многие завидовали тому, какая я красивая, и как легко мне всё удается. Десять лет назад, когда моя семья переехала в столицу, мы и думать не смели, что когда-то я стану фрейлиной императрицы. Буду жить при дворе, есть изысканные блюда и носить тончайший шелк. Когда мне исполнилось шестнадцать, я устроилась в замок простой служанкой. И через несколько месяцев будущая императрица заметила меня, да и трудно было не заметить: мои длинные нежно-розовые волосы всегда привлекали внимание, как не пыталась я их скрыть, заплетя в косу или завязав платок. А потом я стала фрейлиной. Одной из немногих приближенных к королеве. Отныне у меня было все — власть, деньги, красивая жизнь. 

Сейчас всё это разбито на осколки, которые уже не собрать воедино.

Теперь я жалкая пленница, и у меня ничего не осталось. 

Два дня я провела, словно в тумане. Утром я действительно чувствовала себя хорошо, как и обещал лекарь. В конечностях ощущалась сила, хотя еще некоторое время назад мне казалось, что я полностью выжата. Меня перевели из подвала в мою комнату. И приставили к дверям двух огромных охранников. А третий постоянно находился рядом и следил за мной. Вероятно, чтобы я не убила себя. 

Лекарь время от времени навещал меня, приносил еду.

— Я позову прислугу, чтобы они помогли вам искупаться, миледи, — сказал он, а я тут же покосилась на моего надзирателя. Мужчина в мантии императорской стражи хищно улыбнулся, заставив меня возмущенно вздернуть голову. 

— Пусть он уйдет.

Лекарь покачал головой.

— Ее императорское величество приказала не спускать с вас глаз.

Истеричный смех сам собой вырвался из моей груди. 

— Она думает, я сбегу? Брошусь вниз, на острые скалы? Конечно, это был бы неплохой вариант, но на окнах решетки.

Охранник так и просиял, предвкушая то представление, которое ему доведется увидеть, но я решительно замотала головой. 

— Я не стану раздеваться перед ним.