Чужая земля

Глава 28

Замок, как замок… В том смысле, что именно такой, какими их обычно изображают в фильмах или игрушках на тему средних веков. Оборонный ров, достаточно широкий, чтобы конем не перескочить, и, наверняка, достаточно глубокий и илистый, чтобы вброд не перейти. Мощные, зубчатые стены… метров шесть-семь в высоту… из тесаного камня. Вернее — громадных брыл. По углам и рядом с вратами — островерхие башни, внимательно глядящие во все стороны узкими бойницами. Без осадных орудий и артиллерии брать такую крепость штурмом — кровью умоешься.

Нас, естественно, увидели издалека, но заметного оживления в жизни гарнизона это событие не вызвало. Два всадника и бричка — и не угроза, и не важность. Максимум, королевский собиратель податей или иной судейский чин, решивший с инспекцией к хозяину здешних мест наведаться. Все же, земли замка Тьерн, по вассальной присяге, подчинены столице. Но, что особого радушия, этому гостю сеньор не проявит, стражники не сомневались. Хорошо, если взашей гнать мытаря не велит… А, значит, и сами особого рвения демонстрировать незачем.

Может, вообще мимо проедут…

Зато, когда разглядели, что большинство из путешественников дамы, отношение сразу изменилось. Кто-то замахал руками, кто-то засвистел… Не знаю, за кого они нас приняли — за бродячий цирк или театральную труппу, но такая фривольность мне не понравилась. Похоже, к артисткам здешняя публика относилась без особого почтения. Пришлось, облачиться в доспех. Поскольку рваное платье вряд ли придало бы мне солидности в разговоре со стражей.

Могла и не беспокоиться. Мое вмешательство не понадобилось. Хватило сэра Ламберта. Молодой рыцарь с ходу показал себя во всей красе старинного рода и благородного воспитания.

Неторопливо направил коня прямо на стражника и соблаговолил заметить его только после того, как воин схватился за узду.

— Спасибо, милейший… — рыцарь легко спрыгнул с седла и, не глядя, ткнул стражнику монетку. — Напоить, задать овса. И это… У вас тут найдется местечко, где можно отобедать… так чтобы наутро животом не маяться?

— Милостивый сударь… — шагнул к нему стражник с виду постарше и повыше званием. — Вы не ошиблись? Это замок Тьерн, а не заезжий двор! Прошу прощение, не знаю, с кем имею честь…

— Спасибо, что подсказали, милейший. А то я задремал немного в пути, вот и не сразу сообразил, куда нас занесло. Их сиятельство у себя? Доложите… Виконт де Арманьяк… со спутниками. И поживее, любезный. Я не привык ждать… К тому же, со мной дамы!

Старший стражник, привыкший больше отдавать распоряжения, чем выслушивать их от других, заметно потемнел лицом, но все еще сдерживаясь, попытался вежливо вразумить чванливого вельможу.

— Милостивый сударь… вынужден вас огорчить, но его сиятельство…

Не знаю, чем бы их беседа закончилась, но в это время из ворот замка выбежала действующая модель огородного пугала и вихрем налетела на стражника:

— Маркус! Старый цепной пес! Ты что, совсем нюх потерял?! Это же госпожа Эвгения брюс Никина пожаловала! Зайди вечером, я тебе пару клизм поставлю. Сразу зрение улучшится!

Доктор Нострадамус бесцеремонно отодвинул стражника в сторону, мимолетно кивнул рыцарю и устремился к бричке.

— Доброго дня, госпожа. А мы уж заждались вас…

— И тебе не хворать, эскулап… — усмехнулась я, принимая протянутую руку, чтобы величественно сойти с брички, как полагается светской даме. А не спрыгнуть, как простолюдинка. — Я же говорила, что задержусь немного.

— Ну, да… ну, да… Впрочем, главное — целы и невредимы. А это кто с вами?

— Позже познакомитесь… Когда все соберутся? Кстати, где они? Все нормально? Ничего не случилось?

— Нет, нет… Все хорошо. Просто, после того несчастного случая… с невестой виконта Тьерна, здесь не слишком доверяют чужакам. Но, их сиятельство был так добр, что не забыл меня. Поэтому, нас впустили. Правда, с единственным условием — никому, кроме меня, не покидать своих комнат.

— Ничего себе, гостеприимство… Держать людей взаперти. Как в тюрьме…

— О, не извольте беспокоиться, госпожа Эвгения! — взмахнул руками доктор. — Вашим сестре и брату… а так же, госпоже Елене предложены роскошные апартаменты, а вчера подали такой шикарный ужин, что они наверняка еще спят. Только принцесса Зульфия не захотела оставаться. Сказала, что ей душно внутри каменных стен. Но, обещала, что клятву помнит и когда понадобиться — будет рядом.

— А тебя господин граф голодом морил? Что ты бодрствуешь? — рассмеялась я с облегчением. Все же неспокойно было на душе, после разговоров о людоедах и кровопийцах.

— Что? — захлопал глазами Нострадамус. — Ааа… Это шутка… Нет, господин граф был сама любезность. Просто больных в замке тьма-тьмущая, а последний лекарь сбежал еще прошлой зимой. А как без лекаря? Тому чирей вскрыть, того запоры мучают… Конюх давеча на вилы сесть умудрился… Правда, говорят — это его кузнец вилами угостил, когда с женой на сеновале застукал. Но, я думаю, брешут людишки… Видал я тутошнего кузнеца. Серьезный детина… Вроде вашего кучера, госпожа. Такой не стал бы вилами баловаться, а прибил бы на месте.

Рудольф проворчал что-то нечленораздельное и даже в нашу сторону не поглядел, но Нострадамус намек понял правильно.

— А я что? Мне без разницы… из-за чего и чей зад зашивать. Рана от этого не изменится… Ой, что ж я вам зубы то заговариваю?.. — спохватился, видимо сообразив, что зад конюха не самая интересная тема для молодой дамы.