Чужая земля

Глава 40

Не помню точно кто и кому сулил полцарства за карету. Что-то из школьной литературы, кажется… Я бы точно не отдала. А вот за ванную — настоящую, эмалированную… полную горячей воды с душистой пенкой… чтобы нырнуть с головой и лежать, сколько хватит дыхания — очень даже возможно. Тем более, виртуального королевства.

Несмотря на то, что мужчины уже пятый раз со всей деликатностью начинали покашливать за дверью, я и не думала вылезать. Тем более, Таисия Степановна меня понимала и гоняла их, едва начинались очередные поползновения, ограничить личные свободы и порывы.

— Да уймитесь вы, оба… Дайте девочке в себя прийти… — выдавала она постоянно одну и ту же фразу. После чего очередной хронически простуженный удалялся от двери ванной комнаты, чтобы минуты через три вернуться…

— Все! Выхожу! — в конце концов не выдержала я морального прессинга. Да и вода уже остыла. А демонстративно журчать, набирая новую, это уж совсем обнаглеть. В конце концов — я не просто в гостях, а у замдекана. И границы дозволенного лучше не переступать.

Вторая невероятная роскошь, о которой можно лишь мечтать после омовения — шикарный, мягкий, как пух, махровый банный халат. Рассчитанный, наверно, на пару молодоженов. В смысле — для совместного пользования. Я, во всяком случае, могла бы в него, при желании, завернутся трижды.

А добила меня Таисия Степановна огромной, я бы даже сказала, гигантской, наверное, литровой кружкой кофе-гляссе. Причем, сливочно-ванильного мороженного там было больше половины объема.

Совершенно беспардонно, с громким причмокиванием, я втянула в себя большущий глоток нежной, сладкой пены и облизнулась.

— Да… Везде хорошо, а дома… — в этом месте я запнулась, поскольку вспомнила, что дом мой родной совсем не здесь. И, собственно, ради того, чтобы туда не вернуться, я влипла во всю эту историю. Настроение сразу испортилось… процентов на сорок.

— Совершенно верно, Женечка… — погладила меня по руке, как маленькую, Таисия Степановна. — Сейчас ты дома. Можешь в этом не сомневаться…

Хорошо, что в мире еще остались такие простые и искренние люди. Глядя в глаза этой, уже пожилой женщины, сразу становится понятно — она говорит именно то, что думает. Ни капельки не лукавя.

— Спасибо…

— Тебе спасибо, Женечка… Честное слово, даже не представляю, что бы случилось — если бы ты отказалась помочь. Наверняка Михась сам бы туда полез. Или Иван… Ай, — она махнула рукой. — Что в лоб, что по лбу… Обое-рябое… Умнейшие головы во всем, что касается их работы и… чистые дети в остальном. Я иной раз воспитателем в детском саде себя ощущаю…

Она явно имела еще что сказать, но махнула вторично и замолчала. И это тоже верно. Не то время и не то место.

— Я готова… Спрашивайте.

Михал Иваныч и доктор буквально подпрыгнули на стульях. И все же профессор сумел сдержаться и друга остановил.

— Нет, нет… Вопросами мы только с толку сбивать будем. Ты сама расскажи. По порядку, с самого начала… А мы, если чего не поймем или захотим подробностей, тогда и уточним.

— Хорошо…

Прихлебывая из кружки, для прояснения памяти, слово за словом, я поведала обо всем, что происходило со мною в игре, с момента попадания.

И о моих, неожиданно осиротевших, брате и сестричке, и о славном городе Конкрее с его бунтарскими традициями… И о том, как заканчиваются несанкционированные восстания. О Императорском замке, в который нет входа никому, кроме отпрысков последней правящей династии… О таинственном Черном Соборе и его адептах черной магии… О викингах, о речных пиратах… О варварах и амазонках… Сперва хотела рассказывать со всеми подробностями, но когда Таисия Степановна стала охать и хвататься за сердце уже при упоминании о первой стычке в порту — решила, самые щекотливые моменты пропустить. В конце концов — это только игра. Все уже в прошлом. Но не вспомнить недобрым словом разработчика не смогла.

— Извините за прямоту, но что за недоумок писал сценарий и работал с моделями персонажей? Вы его знаете? Очень хочется взглянуть этому сексуально озабоченному маньяку в глаза.

Михал Иваныч посмотрел на врача, а тот неуверенно кивнул.

— Видите ли, Евгения… Деньги в бюджете больницы на программиста не предусмотрены. И мы воспользовались случаем… В хирургии лежал парень, с фактурой… э-э-э… переломом… Неважно… Гипс, вытяжка… Три месяца… неподвижности. Потом — реабилитация… Вот мы и воспользовались моментом. Ему не так скучно, и научно-медицинскому центру польза.

— А, ну тогда понятно, — поморщилась я. Поскольку нечто подобное и подозревала. — Молодой парень. Полгода в койке… Вокруг медсестрички в халатиках до половины по… бедер и не на все пуговички застегнутых ходят. Спермотоксикоз… и никакого контроля за творчеством, поскольку в его теме никто фишку не рубит.

— Евгения! — возмутилась Таисия Степановна.

— А чего? — я тоже умею глазами сверкать. — Вы бы видели, что этот… что он в игре понапридумывал. Сплошное порно… Детям до двадцати одного вход запрещен. Думаете, мне сильно приятно было, голышом перед целым городом стоять?

— Это когда? — заинтересовался профессор. — Прошу прощения, но ни о чем подобном вы не упоминали. Гм… не поймите превратно. Но, похоже, Женечка, имеет смысл пройтись по вашим приключениям более детально. Кажется, вы все же многое упустили.