Чужая земля

Глава 45

Заночевать пришлось там же. Как не старались, а слишком большая оказалась добыча. Если в предыдущих случаях весь улов с разбойников был «горсть вшей да шерсти колок», то в этот раз несостоявшиеся грабители оказались чуть ли не нас самих богаче. Особенно троица с золотыми шпорами и поясами. Плюс коней добрый табун. А еще близняшки отличились — обнаружили неподалеку лагерь отщепенцев. С целым возом всевозможного товара и здоровенный сундук, почти наполовину заполненный различными ювелирными изделиями.

Положим, лично мне было на все это имущество наплевать с высокой башни. Понимала, что игра… Но если б приказала бросить добычу и двигаться дальше — боюсь, товарищи меня бы не поддержали. Это только в балладах люди сражаются и умирают за любовь и честь, а в жизни — пусть она даже виртуальная — золото и слава имеют куда большее хождение. Особенно, когда идут как дополнение первого списка. Или — вознаграждают за него же.

Прикинув скорость сбора добычи, а также предполагаемый объем, я поняла, что в ближайшую неделю мы к Императорскому дворцу не доберемся. Либо — надо отряд разделить. На разведчиков и трофейную команду. Вторых отправлять со всем, нажитым праведным грабежом имуществом к графу Тьерн, поскольку его замок ближайший из дружественных нам, а самой — продолжать движение. Взяв с собой только самых необходимых товарищей, без кого эта экспедиция не имеет смысла. То есть — Нострадамуса, единственного книгочея в отряде, обладающего хоть какими-то познаниями в этом вопросе и сестричкой, как предполагаемой представителем той самой императорской крови, перед которой должны распахнуться ворота дворца.

Почему именно Светлана? Потому что братца Сергея и за уши не оттащить от амазонки, тем более на несколько дней, — а в самой себе я сомневалась. По идее, — я тоже член семьи. Но кто знает, как отреагирует игра на наложение моей матрицы поверх игрового персонажа? Лучше не рисковать.

Определившись с приоритетами, я отдала соответствующие распоряжения и, поскольку из-за позднего времени сегодня мы все равно уже никуда не отправлялись, с чистой совестью занялась самым любимым женским делом — инвентаризации ценностей.

Надо сказать, рыцари-отщепенцы времени зря не теряли и успели много народу ограбить. Судя по содержимому сундука. В реальной жизни столько ювелирных безделушек вряд ли нашлось бы в целом средневековом городе, рангом поменьше Парижа или Рима. Хотя, как знать, может все совсем наоборот? Откуда-то ведь взялись стартовые капиталы всех этих Ротшильдов, Морганов и других уважаемых семейств, чьи прапрадедушки начинали обычными корсарами, а то и вовсе пиратами. И тоже, вот так, после боя делили и раскладывали на кучки монеты, броши, кулоны, серьги и перстни. Которые, за неимением карманов и других надежных мест, романтики большой дороги тут же распихивали по голенищам или нацепляли на себя, вплоть до вдевания в ноздри. Если таковые еще имелись, а не были вырваны палачом.

М-да… Даже как-то жутковато сделалось. А куча золота отчетливо завоняла кровью и тленом.

— Сестра-командир…

Как сказал в схожей ситуации батька Махно: «Ох и труден атаманский хлеб. Ни минуты покоя…» Впрочем, может он этого и не говорил.

— Да, сестра.

— Бивак разбит. Ужин готовится. Мужчины стаскивают в кучу последнее из более-менее ценного. Может, пора к наказанию приступить?

Вот уж неймется ей. Ладно, я тоже не из тех, кто предпочитает оттягивать неприятные моменты. Особенно, неизбежные.

— Да, ты права, сестра. С делами лучше покончить до ужина. Отойдем в сторону?

— Зачем… — амазонка пожала плечами. Потом быстро стащила через голову перевязь и с поклоном вручила мне меч. А когда я приняла оружие, расстегнула камзол, бросила его под ноги, шагнула к ближайшему дереву и обняла за ствол. — Я готова, сестра-командир.

Ну, готова, так готова…

Я перехватила ножны удобнее, встала сбоку и врезала плашмя по подставленной заднице… словно теннисной ракеткой.

— М-м-м?.. — промычала удивленно Елена.

Она-то думала — я по спине бить буду. Извини, подруга. Этому меня не учили, а если сослепу колотить, можно и покалечить. Моя бабушка, всегда отцу говорила, когда тот нас с братьями уму-разуму учить собирался: «Рукой не бей и по спине не бей — ты силы не чувствуешь. Возьми розгу или палку, да по заднице надавай. Там костей нет. Не перешибешь…» Вот и я не собиралась собственноручно калечить лучшего бойца в отряде. А о такую округлость, намозоленную седлом, проще меч сломать, чем организму повредить.

— Да сопутствует вам удача, люди добрые…

Я от неожиданности чуть орудие экзекуции не уронила. Зато сумела сдержаться и на голос повернулась неторопливо. Сообразила, что враги сперва стреляют, а потом здороваются. Да и девочки-рыбачки тоже не спят. И если незнакомца еще не утыкали стрелами — значит, он не опасен. По крайней мере, с виду.

Ну, да… В монашеской рясе и темном плаще с капюшоном. Капюшон, правда, отброшен — можно разглядеть усталое, покрытое морщинами лицо, в благородном обрамлении седых волос, усов и такой же, густо покрытой серебром, коротко подстриженной бороды.

— Позволите у вашего костра погреться?

Да запросто. Если бы перечисленным выше вся благообразность незнакомца не ограничивалась. В плечах он был пошире моряка, хотя и не так высок. Левая пола длинного плаща подозрительно оттопыривалась, а в поводу вел явно не монастырскую лошадку — такому боевому коню даже граф Тьерн позавидовал бы.