Чужая жена-3

Глава 6

Громов

Отёчность с левого глаза спала, а на нижней губе осталась лишь маленькая трещинка, которая была почти незаметна, если особо не приглядываться. Рубашка и костюм были тщательно отутюжены. Безупречную картину дополнял идеально подобранный галстук. Пригладив волосы, я отошёл от зеркала и бросил взгляд на часы. Пора выезжать, но перед тем, как покинуть дом, я заглянул в комнату, где когда-то жила Мира.

В спальне всё оставалось неизменным уже на протяжении нескольких месяцев, как Мира покинула особняк. Не распакованные пакеты и коробки с вещами бесформенной кучей лежали в дальнем углу. Она так и не приняла мои подарки. Покидая дом, она не взяла ничего, словно не желала, чтобы нас хоть что-то связывало. На полках стояли сувениры, купленные в наших поездках, а на журнальном столике лежали написанные ею картины с изображением сада и особняка. Подняв находящийся там же скетчбук, я в который раз пролистнул его.

В этих простых карандашных набросках чувствовалось особенное очарование. Вот, Эйфелева башня, переданная в мельчайших деталях, вместе с километровой очередью к ней. Вот, один из соборов, поразивший эту восторженную идеалистку своей архитектурой. А вот, знаменитое авиашоу в Ле Бурже. Мира была первой, кого я пригласил туда, а не на какой-нибудь показ мод. Мне хотелось показать ей что-нибудь грандиозное. Она же всюду оставалась собой. Триумфальная арка, Елисейские поля, собор Парижской Богоматери, экспонаты Лувра, красочное представление в Мулен Руж, и я… Меня было много на её рисунках: я пью кофе и читаю последние новости, я курю сигару, глядя в закатное небо, я наблюдаю за канканом. Эта девушка умудрялась в мельчайших подробностях передавать настроение: задумчивость, грусть, радость, счастье. С ней хотелось быть самим собой, отпустить извечный самоконтроль, и это пугало.

Я думал, мне хватит двух месяцев, чтобы пресытиться ею, но вместо этого мне хотелось пить её снова и снова. Я был как тот пират, брошенный умирать на необитаемом острове, а она моей личной маркой рома, вызывающей безудержную жажду.

Когда я предложил Мире стать моей женщиной на определённый срок, то полагал, что за это время с неё слетит флёр загадочности и таинственности, и я успею убедиться, что она такая же, как и все: продажная и меркантильная. Но она была из того редкого сорта людей, к которым не липнет грязь. Мира будила во мне давно забытые чувства. Её хотелось защищать и оберегать. Я желал всему миру показать, что эта женщина — моя! И я показал! Показал моим деловым партнёрам, а также тем самым кредиторам, отправившим в реанимацию её недоумка-мужа. Все видели, под чьей протекцией Мира находится. Да, при этом я отрезал ей все пути к отступлению, но её возвращение к мужу заботило меня в последнюю очередь.

Охрана передала мне, что Игорь, этот неудачник, пытался встретиться со своей женой. Конечно же, его никто не пустил, а на следующий день я увёз её в Париж, где я совершил роковую ошибку — остался с ней до утра в нашу последнюю ночь. Держать её в объятиях, чувствовать её тепло оказалось самым сладостным из всех испытываемых мною наслаждений. Так не могло продолжаться. Я должен был прервать наши отношения, чтобы не утонуть в них. И я думал, что так я забуду её быстрее. Однако не забыл.

На моё последнее предложение Мира ответила отказом. Уж не знаю, что творится в голове этой наивной молодой женщины, раз она так легко отмахнулась от открывающихся перед ней возможностей, но теперь-то она никуда не денется. Ребёнку нужен отец, как умная женщина, она должна это понимать.

С того самого часа, как я узнал о беременности Миры, я не жил — летал. Дурацкая улыбка не сходила с лица, даже когда кулак Игоря расквасил губы в кровь, а затем раскроил надбровницу. Кстати, там также остался почти невидимый шрам. Потом, придя в себя, я, конечно, тоже надавал этому недоумку, выглядел он в итоге ничем не лучше меня.

Все эти дни я места себе не находил. Покидая бар после драки, хотел в тот же миг ломануться к Мире, но не желал оскорбить её чувств, представ перед ней в столь неприглядном виде, потому решил ждать, пока побои сойдут. Но я не просто ждал — выбрал комнату для будущей детской и приказал её освободить. Сначала думал сделать ремонт и сразу всё оборудовать, но потом понял, что Мире наверняка тоже захочется принять в этом участие.

Окинув спальню взглядом ещё раз, я вышел за дверь, спустился в гостиную и направился к выходу. Сердце радостно замирало в груди. Давно я не испытывал подобного волнения перед встречей с женщиной. Узнать, где теперь живёт Мира, не составило особого труда. После ухода от этого недоумка она обосновалась на востоке столицы. Начальник службы безопасности уже через несколько часов раздобыл её новый адрес.

Я заехал в цветочный магазин и купил букет из сто одной белой розы. Я долго думал, как лучше поступить: отправиться к ней на работу и там заявиться прямиком в офис, подождать на выходе или лучше у дома. А потом решил прийти на квартиру. И вот, я уже стоял у подъезда и разглядывал многоэтажку, где Мира сняла жильё. Она у меня, конечно, большая молодец, самостоятельная девочка, но пора ей привыкать к мысли, что теперь есть кому о ней позаботиться. Глупышка моя, почему сразу не сказала о беременности? Неужели полагала, что я буду не рад этому известию? Сейчас я её уверю в обратном.

Поправив галстук и пригладив волосы, я нажал на дверной звонок.