Чужая жена

1. Золотой ангел

Серые сумерки ненастного дня окутывали окрестности плотным туманом, словно природа решила спрятать старинные башни родового замка Гарднеров и окружающие его деревеньки под дымчатым покрывалом. Влажный воздух, пропитанный прохладой, струился повсюду, распространяя пряный запах сырой земли и мокрой травы.

Сквозь мглистую завесу солнце едва пробивалось редкими лучиками, освещая пространство мягким, рассеянным светом, создавая таинственную атмосферу. Древние стены и замшелые мостовые поглощали звуки, делая их тише – каждый шорох шагов становился почти неразличимым, голоса терялись в воздухе призрачным эхом и отголосками.

Во внутреннем дворике двое мальчишек – семилетний Эйвин и пятилетний Флинт – увлечённо занимались фехтованием. Под внимательным взглядом сурового, но заботливого мечника Гарета она постигали первые азы боя, соревнуясь друг с другом в ловкости и силе.

Эйвин, лёгкий и стремительный, подобный воздушной стрекозе, мастерски повторял движения учителя. Младший же Флинт радостно светился улыбкой, жадно впитывая каждое слово Гарета, искренне стремясь подражать старшему брату, хотя ещё неуклюже и неуверенно выполнял приёмы.

Высоко на одной из башен леди Анна пристально наблюдала за своими детьми, испытывая гордость и нежность одновременно.

– Удары мощнее, – спокойно наставлял детей Гарет. – Вам предстоит овладеть искусством защиты и нападения одновременно.

Увлечённый игрой, Флинт сделал попытку исполнить трюк Эйвина, но деревянная рукоятка выскользнула из детских пальчиков, отправляя оружие далеко прочь. Весёлый смех разлился по двору, когда мальчик бросился вслед за своим мечом, явно наслаждаясь занятием.

– Соберитесь, дети! Вспомните о самодисциплине, держите корпус ровно, – вновь наставлял учитель.

Маленький Флинт упорно тянулся к деревянному клинку, рассыпаясь звонким смехом.

Наблюдая за ним сверху, Анна любовалась сыном. Он походил на яркую искорку среди тусклого пейзажа. Малыш ловко двигался между камнями, словно солнечный зайчик, излучающий энергию и радость. Круглые щёчки, украшенные игривыми ямочками, глубокие карие глаза и чёрные шелковистые локоны подчёркивали его принадлежность к роду Гарднеров.

Тем временем сердце матери невольно сжималось тревожной дрожью, стоило кому-нибудь внимательнее взглянуть на старшего Эйвина. Семилетний наследник семьи внимательно следил за младшим братом с добродушной улыбкой, послушно выполняя все требования учителя. Тонкие пальцы уверенно держали деревянную рапиру, движения мальчика становилось увереннее с каждой новой тренировкой.

И вместе с тем вся фигура Эйвина свидетельствовала о принадлежности к совсем иной породе. Изящные линии сложения, тонкие кости, нежные черты лица с высокими скулами и светлые, золотистые волосы создавали резким контраст с традиционно сильными и крепкими представителями северных воинов.

Особенно поражали глаза мальчика. Большие, миндальной формы, насыщенного фиалкового цвета, мерцающие металлическим отливом, столько характерных для членов дома Драгонрайдеров. Эта особенность неизменно привлекала внимание окружающих, вызывая восхищение и опасливую настороженность, ведь такие глаза ассоциировались с древними магическими силами и тайной властью загадочных драконов.

Каждое движение Эйвина отличалось благородной элегантностью и лёгкостью. Казалось, он принадлежит другому миру, абсолютно непохожему на суровую простоту северной провинции. Несмотря на юный возраст, мальчик уже начал проявлять признаки той особой силы и властности, которой обладали почти все представители Драгонрайдеров, создавая впечатление, что он находится не на своём месте.

Эти особенности стали причиной постоянного интереса и обсуждений как внутри стен замка, так и за его пределами. Однако авторитет лорда Тома сдерживали проявления недовольства, удерживая сплетников от нежелательной откровенности.

– Что поделать, если мой первенец тонкокостный и светловолосый? – нередко шутливо говорил Том, подняв бокал хорошего вина. – Вы взгляните на мою супругу. Сын вылитая её копия. Зато младшенький в меня пошёл. За наше общее будущее! За достойных сыновей своего отца! За их восхитительную мать!

– За процветание рода Гарднеров! За сыновей! – откликалось общим гулом общество.

Анна в ответ улыбалась, скрывая глубоко запрятанные чувства тревоги и боли. Прошло восемь лет с тех пор, как она оставила Роял-Гейтс, потеряв любовь всей жизни и вынашивая ребёнка от наследника короля…

Наставник Гарет строго следил за обеими детьми, но всё равно акцентируя внимание на младшем отпрыске:

– Флинт, будь внимательнее! Ты забываешь о боевом порядке! Это серьёзно, мальчик! Этой крайне важно, молодой воин!

Однако Филт в ответ лишь весело смеялся. Подняв свой меч, он ухватился за древко двумя мелкими руками:

– Да, учитель! Да! Я постараюсь.

Эйвин же оставался серьёзен. И этой своей серьёзностью он порой даже пугал Анну, потому, что в его чертах её начинал мерещиться не золотой Фэйтон, всегда готовый к усмешкам и легкомыслию, а его мрачный серебряный брат Сейрон.

Как и его дядя, Эван подходил к изучению боевых приёмов с чёткостью и элегантностью, не свойственной большинству его сверстников. И когда младший сын вновь упал, разбрызгивая грязь, Анну охватило чувство беспокойства и горечи. Поверх этой сцены наслаивалась другая, когда другие братья готовы были всерьёз вцепиться друг другу в глотки…