Чужие чувства: в погоне за собой

7. Шоу продолжается.

Чон Чонгук.

— Снято! — по съемочной площадке раздаётся голос режиссера, и камеры одна за одной гаснут. Операторы отходят в сторону и разминают затёкшую шею, а к нам спешат гримёры, чтобы подправить макияж.

Со стороны я наблюдаю, как к Намджуну подходит менеджер с бутылкой воды, Джин тянется за сценарием, Хосок, сидя на своём месте, что-то обсуждает с рядом сидящим Чимином, а Тэхён встает и направляется в мою сторону, его менеджер не сводит с него глаз, похоже, боясь, что он снова что-то выкинет.

Привычная нам жизнь вернулась с началом февральских запланированных съемок шоу за границей. В отличие от Кореи, в этих краях, несмотря на зиму, держится по-настоящему летняя, высокая температура. По площадке проносится холодный ветер, приносящий с собой запах свежести и дождя. Я поднимаю голову, взглянув на небо, и замечаю приближение дождевых туч. Прикрыв глаза, я подставляю своё уставшее от зноя лицо под поток ветра. Как хорошо.

— Как думаешь, — слышу я перед собой голос Тэхёна, — он знает?

— Возможно, — не открывая глаз, пожимаю я плечами. Прошёл уже месяц с тех пор, как наш друг исчез в потоке людей аэропорта. Третьего января, примерно в это время, его самолёт приземлился всего в нескольких милях от места проведения съемок.

— Скоро польёт, — слышу я вздох своего друга. Мне не нужно смотреть на него, чтобы понять, о чём он. Ясное небо неминуемо темнеет, прячась за громоздкими тучами, предзнаменуя нам хороший ливень.

Съёмки откладывают до окончания ливня, другими словами, в лучшем случае — до завтра. Я поднимаюсь со своего места и бессознательно бросаю взгляд в сторону возвышающихся гор. Кто-то однажды сказал, что Юнги находится где-то там, и я никак не мог избавиться от ощущения, что он наблюдает за нами. Это уже казалось бредом — до них не меньше часа езды, я проверял.

— Не могу отделаться от мысли, как близко мы находимся, — Тэхён всё ещё стоит рядом и, пытаясь открыть бутылку воды, предназначенную для меня, смотрит в том же направлении на горы. — Как думаешь, как скоро заметят, если мы сбежим?

— С самого приземления твой менеджер не сводит с нас глаз, — усмехаюсь я, кивая в сторону стаффа, собирающего аппаратуру. — Да и старшие полностью их поддерживают. Наше бегство принесёт больше проблем, чем пользы.

— Таким образом, ты хочешь оставить всё как есть? А куда делся дух авантюризма? — вытягивается лицо моего друга, хотя я точно уверен, что он говорит не всерьёз. Если он действительно захочет уйти, никто не сможет его остановить.

— Рассеялся вместе со снегопадом, — говорю я, отворачиваясь от гор и направляясь к стаффу, чтобы помочь. Начинает моросить.

Когда мы заходим в свои номера, капли дождя уже яростно барабанят по стёклам. В номере необычайно душно, и я открываю окно, впуская свежий воздух вместе с игривым ветром, который проносится по всем поверхностям. Листочки, лежащие в небольшом беспорядке на столе, взмывают в воздух и падают на пол, как и пустой стаканчик из-под кофе, с громким стуком, следом за ними.

Наблюдая, как ветер катит стаканчик по полу, я снимаю верхнюю одежду и поплёлся в душ. Нестерпимо хочется смыть с себя слой пыли вместе с чувством груза на душе, но, как бы долго я ни стоял под потоком воды, он не становится меньше. Накинув на себя что-то лёгкое, я выхожу из душа и ложусь на кровать. Набатом по голове бьют её слова о том, что у неё есть жених.

***

В идеальном мире всё должно было быть по-другому. Наша встреча была случайной, и я в этом убедился на третьей по счету встрече, когда вместо того, чтобы пригласить её на ужин, я потребовал, чтобы она угостила меня кофе. Я мог бы сто раз оправдывать себя тем, что день не удался с самого начала.

У входа в компанию образовалась небольшая толпа с недовольными лозунгами: «Верните Юнги», «Откройте нам правду». Их быстро разогнали, и никто не пострадал. Это были первые звоночки будущих проблем, о которых мы ещё не знали. Далее ведущую сменили прямо перед началом интервью, что стало настоящим шоком для нас. Вместо Сэ Ра, которая встретила нас в гримерной, в студию вошла Пак Сувон, и все мы замерли в ожидании худшего. К счастью, после этого ничего не было запланировано.

Интервью уже подходило к концу, и стоило бы выдохнуть с облегчением, что всё закончилось благополучно, когда Сувон неожиданно подняла нашумевшую тему.

— Давайте поговорим о вашем друге Мин Юнги, — она сделала паузу и невинно улыбнулась нам. — До выхода новостей никто и предположить не мог что у него аутогонистофобия, и то, что он смог скрывать это в течении нескольких лет, — удивительно! — Сувон изображает шок, слишком наигранно. — Наверное, сложно было работать с артистом, который боится камер?

Я сжал руку в кулак и почувствовал лёгкое покалывание на том месте, где был порез. Она пыталась показать Юнги плохим с тех пор, как он отверг её. Краем глаза видел, как Тэхён, незаметно для всех, коленом ударил бедро Хосока, который сидел рядом с ним. Я не мог видеть выражение лица Хосока, но был уверен, он —убийственный, этих вопросов не было в сценарии.

— Юнги всегда прекрасно выполнял свои обязанности, — с тонким раздражением ответил ей Джун. — Он никогда не жаловался и делал всё, что от него требуется.

— А как он справлялся перед камерами? — всё тот же невинный тон.

— Всегда по разному: иногда сам, а иногда помогали мы, — смотря ей в глаза, ответил Джин. Я всё ещё не понимал, зачем мы вообще согласились на замену, совести у неё как не было, так и нет.

— Его состояние никак не помешало нашему новому альбому, — с намёком сказал Тэхён.

Она уже хотела что-то сказать, но прозвенел звонок, и пришло время завершать интервью. Сувон лишь нервно посмеялась и попрощалась с телезрителями. Как только камеры погасли, мы с Тэхёном с двух сторон схватили Хосока и потащили в сторону гримерок, не хватало ещё ссоры на съёмочной площадке.

— Эй, Хо, — крикнула нам вслед Сувон. — Даже не попрощаешься? Обидно, я думала, мы друзья.