Чужие небеса

Глава 21: Хранительница

Запись в сообществе «Чужие небеса»
Автор: Михаил Петров
Дата: 5 ноября. 16:40

Тишина повисла после моего вопроса. «Нужно ещё». Бродяга молчал, глядя на огонь. Все мы переводили взгляд друг на друга, мысленно сверяясь со списком. Казалось, мы упёрлись в тупик.

И тогда Алексей поднялся. Не сказав ни слова, он взял фонарь и вышел из круга света, скрывшись в тёмном тоннеле, ведущем к выходу. Мы переглянулись. Через несколько минут он вернулся. И не один.

С ним была Ирина. Мы её почти не видели эти две недели. Она появлялась мельком, всегда озабоченная, с котомкой в руках, и снова исчезала. Я думал, она просто тяжело переносит катастрофу, замыкается.

Она вошла в свет костра, и я увидел, что котомка у неё не простая — старая, кожаная, потрёпанная, набитая до отказа. Сама она выглядела усталой, но её глаза горели спокойной, неугасимой решимостью, которую я раньше в ней не замечал.

— Простите, что не была с вами, — тихо сказала она, обращаясь ко всем. Её голос был ровным, без дрожи. — Я не могла оставить их.

— Кого? — не удержалась Рада.

— Тихих, — ответила Ирина. — Старика Николая из пятого дома. Тётю Шуру из конца улицы. Они… они не пережили первого дня. Не физически. Их просто не стало внутри. Они сидят и смотрят в стену. Кто-то должен был их кормить, поить, греться рядом. Чтобы они знали, что мир ещё есть. Алексей помогал, носил им еду, но… я не могла привести их сюда. Это бы их добило.

Она опустила котомку на камень и развязала её. Оттуда она вынула не еду и не одежду. Там были тетради в клеёнчатых переплётах, пачки листков, завязанные бечёвкой, несколько старых фотоаппаратов-мыльниц. И отдельно, в платочке, — горсть вещей: пуговица, ржавый ключ, засушенный цветок, клок седых волос, детская машинка.

— Это я записывала, — она положила ладонь на тетради. — Всё, что видела и слышала. Когда появлялись дыры. Как менялся гул. Как вели себя птицы и Бакс. Рисовала знаки, которые находил Алексей. И это… — она коснулась платочка, — это память. От каждого, кто остался. И от тех, кто ушёл или «утих». Чтобы Сердце, если оно действительно всё чувствует, знало — за что бороться. За всех.

Она подняла взгляд и посмотрела прямо на бродягу.
— Я всё это время слушала. Не только гул. Тишину между ударами. И я знаю, кого не хватает. Не просто человека. Нам нужен тот, кто помнит звук этого места до нас. До посёлка. Первую песню этой земли. Его зовут Степаныч. Он лесник. Живёт на дальнем кордоне, у Чёрного озера. Если он ещё жив… он и будет двенадцатым.

Мы молча смотрели на неё. Эта хрупкая, всегда остававшаяся в тени женщина оказалась нашим летописцем, нашим хранителем. И теперь — нашим проводником к последней надежде.

Завтра идём к Чёрному озеру.

---
#ЧужиеНебеса #Глава21 #ИринаВозвращение #Хранительница #Память #Степаныч #ПоследнийЧеловек #ЧёрноеОзеро

(В комментариях):

Рада Огнева: «Ирина… прости, что мы не спрашивали. Ты совершала свой подвиг, пока мы бегали с фонарями. Спасибо тебе.»

Доктор Сергей: «Материалы бесценны. Систематические наблюдения за биологическими и геофизическими аномалиями… Это то, чего мне не хватало. И «память места» в виде артефактов… Гениально. Это может быть ключом к фокусировке нашего общего импульса.»

Бабушка Лизы: «Видела я, как ты ходила, дочка. Думала — ангел-утешитель. Так и есть. Ты собрала душу нашего места в эту сумку. Теперь ей есть что защищать.»

Алексей: (просто поставил лайк и значок «сердце»).

Аноним (бывший бродяга): «Степаныч… Да. Он помнит. Если дожил. Озеро Чёрное… там тишина особенная. Она в кости въедается. Идет — хорошо. Не идёт… ищите дальше. Но других нет.»